каморка папыВлада - журнал Крестьянка 1985-12 текст-7
каморка папыВлада
журнал Крестьянка 1985-12 текст-7
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 27.02.2017, 14:09

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

ЖЕНЩИНЫ В РЕВОЛЮЦИИ

ОЛЬГА, МАРИЯ, НАДЕЖДА

«Уже революция 1905—1907 годов — первая народная революция эпохи империализма — показала силу рабочего класса, явилась прологом грядущих побед пролетариата».
(Из проекта новой редакции Программы КПСС)

Зимний рассвет едва забрезжил, когда с улицы донеслись странные звуки: будто что-то разламывалось и падало. Ольга подошла к окну. Мглу пробивало красноватое пламя костра, и в его свете солдаты разбирали баррикаду.
...В канун восстания Ольга присутствовала на заседании Московского комитета РСДРП и слышала, как сказал один рабочий-железнодорожник: «Мы всю ночь ковали и куем оружие. Если вы дадите приказ воздержаться от вооруженного восстания, мы все равно выйдем». В его голосе, в его словах была уверенность человека, давно все взвесившего: «Рабочий класс готов биться, и Московский комитет должен взять на себя руководство восстанием».
И Ольга тогда решила для себя: она тоже будет на баррикадах. Вместе с рабочими Кушнеревской типографии. Как распространитель партийной литературы она бывала здесь, на Пименовской улице, со многими знакома, да и живет неподалеку — в Божедомском переулке — в любой момент явится по тревоге. Пока недоучившийся, но все же фельдшер, санитарный отряд возглавить может.
В Москве еще в среду, 7 декабря, остановились фабрики и заводы. «Известия Московского Совета рабочих депутатов» опубликовали призыв к вооруженному восстанию и свержению царизма. В пятницу и субботу во многих районах города улицы перегородили баррикады.
В воскресенье — 11 декабря — Ольга встала пораньше, собрала в сумку инструменты, бинты. Домашние спали, и хорошо, что спали — начались бы расспросы, а с отцом у нее никогда не было понимания. Он не подозревал, что Ольга уже год состоит в социал-демократической рабочей партии.
«Меня попросили однажды устроить явку,— писала Оля во Владикавказ знакомому студенту Московского университета,— я устроила, и вот с тех пор все вращаюсь среди членов Московского комитета, и я не только слышу много интересного, но и вижу дела... Да, много, много еще требуется мне знания... Я буду учиться, у меня теперь много энергии и желания учиться и работать...» — неизвестно, дошло ли это письмо до адресата, студента Вахтангова, будущего знаменитого режиссера, а вот в руках охранки оно побывало. Неважным конспиратором была поначалу Ольга Пилацкая, и ей, действительно, многому предстояло научиться...
В то утро лишь редкие прохожие попадались Оле навстречу — шли из церкви. Кое-где у ворот толпились люди, видно, обменивались слухами. Замолкали при виде тоненькой девушки с двумя повязками на рукаве — красной и белой с красным крестом. Что будет? Что сегодня будет?
Тишина, безмятежно кружится снег... Почему перед боем всегда особенное затишье? Во всяком случае, тот, кто боев не пережил, привык об этом читать. Легко принять за литературный штамп, если б не свидетельствовали очевидцы. А может, это уже из боя, из грохота, свиста, из опасности кажутся невероятно тихими и спокойными предшествующие часы, минуты — и такими остаются в памяти?
Бой не заставил себя ждать... В Кушнеревскую типографию пробирались дружинники из разных концов Москвы, чтобы получить свеженький номер «Известий Московского Совета рабочих депутатов». Два номера из пяти напечатали кушнеревцы. И жители окрестностей с нетерпением ждали газеты, буквально вырывали листки из рук: что в Москве, какие новости? Бои в Миусах, в Грузинах, на Пресне, на Каланчевской площади...
Ольга чувствовала, как среди жителей росли симпатии к борющимся. На какие-то считанные минуты жизнь свела ее с одним врачом, и она запомнила его на всю жизнь. Они успели побывать в двух домах, где были раненые, а когда бежали к типографии — там тоже ждали помощи,— врач был тяжело ранен разрывной пулей. Разрывными стреляли по рабочим.
Спустя несколько дней это бы ее не удивило. Удивляться после пушек, после того, как обстреляли подводу с ранеными? Какими же они были наивными, когда повесили на дугу лошади красный крест!
Ольга, с тягостным чувством всматривающаяся в серый рассвет, была уже не той Ольгой, которая ушла из дому несколько дней назад. Отныне ее жизнь бесповоротно определилась.
За окном солдаты. Одни разваливают, растаскивают баррикаду, другие озираются по сторонам, держа ружья на изготовку. Страх в напряженных позах. Разве похожи они на победителей?

Заскрипели створки высоких дверей, нехотя, тяжело поплыли в разные стороны, открывая взглядам публики роскошный белый зал с портретами российских императоров. Публика никогда не видела этакой роскоши, портреты — этакой публики. Екатерининский зал — самый большой зал в здании, судебных установлений в Кремле — не так часто выбирался для слушания судебных дел. Если и шли здесь громкие процессы, то они собирали в основном толпу вельможную, вальяжную — сюртуки, крахмальные воротнички, модные дамские шляпы. А тут — рубахи-косоворотки, ситцевые кофты, платки... Большинство обвиняемых так еще молоды! И за спиной молодости — конвой с шашками наголо. Особое присутствие Московской судебной палаты слушает дело о вооруженном восстании на Пресне.
Вот молодой рабочий Василий Честнов. Держится свободно, с достоинством. Неподалеку от него — Мария Козырева, двадцатитрехлетняя работница Прохоровской мануфактуры — «Трехгорки», как сказали бы мы сегодня. Есть возможность взглянуть на нее из зала: «...простое круглое лицо крестьянки с несколько наивными глазами и добродушной улыбкой»,— написал о ней очевидец.
Мария, Маша... В самых разных воспоминаниях о Декабре, о Пресне мелькает ее имя. Яркой звездочкой осталась она в истории первой революции — неунывающая, справедливая, бесстрашная. Избрана в районный Совет рабочих депутатов. Представитель рабочей власти на Пресне.
А вот Надежда Дробинская — ровесница Марии. В строгом глухом платье с тугими манжетами, женственной прической, открывающей высокий лоб. Учительница. Во время восстания ее узнали почти все дружинники: она организовала для них столовую в Серебряковском училище, в Большом Предтеченском переулке.
На излете уже ноябрь 1906. Без малого год велось предварительное следствие, двадцать шесть томов придавили зеленое сукно судейского стола. Оглашается длинный обвинительный акт.
Начало и развитие событий на героической Пресне в нем представлено как некое «брожение» среди рабочих Прохоровской мануфактуры, которое стало наблюдаться в октябре 1905 года. В спальнях устраивались собрания, на них выступали посторонние лица и рабочие, призывали аудиторию к экспроприации земли и фабрик, к свержению существующего строя, замене его демократической республикой. А для этого, убеждали ораторы, надо готовиться к вооруженному восстанию... 7 декабря в 12 часов дня по приказу депутатов остановлены работы на Прохоровской фабрике... 10-го вечером разбиты на Пресне все фонари, улицы погрузились во мрак... Дружинники нападали на городовых, обезоруживали... И дальше: обстреляли казачий разъезд, стреляли с баррикад...
Приблизительно так все выглядело в обвинительном акте. Не народ, мол, восстал, а бунтовщики учинили возмутительные беспорядки. Поставлены в вину собрания в спальнях, но, естественно, ни слова о самих этих рабочих спальнях, о нечеловеческих условиях жизни. Как тяжкое преступление расценивается призыв к свержению самодержавия, но разве не сам царь толкнул рабочих на баррикады, бросив в январе 1905 года войско на мирных ходатаев, залив кровью петербургские улицы? Учтены все «злодеяния» пресненцев 10 декабря, но именно в этот день на Большой Пресне на рабочую демонстрацию — Мария Козырева шла в первых рядах, вместе с одной работницей-красильщицей несла кумачовое полотнище — налетели казаки. Так сплошь и рядом оборачивался дарованный царизмом манифест о свободах. Кони врезались в толпу. Есаул размахивал над головами нагайкой. Напарница Марии выронила древко, но его подхватила ткачиха Александра Быкова. Девушки смело рванулись навстречу казакам: «Убейте нас, живыми мы знамя не отдадим».
...Обвинительный акт отмечает непосредственное активное участие Козыревой в партизанских боевых выступлениях прохоровской дружины. Ей и всем остальным подсудимым предъявлена статья 100-я, самая беспощадная статья нового Уголовного уложения.

О 100-й статье Надежда узнала еще до суда, сделав из тюрьмы запрос прокурору. Ей ответили, что она обвиняется в посягательстве на насильственное свержение существующего образа правления и в присоединении к вооруженному восстанию, направленному к этой цели. Полагающееся за это наказание — смертная казнь с заменой на каторгу сроком не менее 8 лет. В реальность столь суровой кары себе не поверила. Да, устроила столовую для женщин и детей. Донесут, что кормила дружинников? Но разве это такое страшное преступление — кормить голодных?
Арестовали ее в Петербурге и препроводили в Москву, в Бутырскую тюрьму, в одиночку. Вечерами, когда расходилось тюремное начальство, можно было общаться с товарищами. Удавалось поговорить и во время прогулки — надзиратели этого «не замечали». Она не могла сначала понять, почему, но ей объяснили: тюремщики боятся. Никогда еще в Бутырке не было столько политических. Не десятки, не сотни — тысячи.
Началось многодневное судебное разбирательство. Вызвано 180 свидетелей. Прокурор все время отводит вопросы защитников.
Но как ни противодействовали председатель и прокурор, на суде ясно вырисовывалась картина «покорения» последнего оплота восставших. 17 декабря, в четыре утра со всех сторон ударила артиллерия. Не остановило, что в пресненских рабочих кварталах — тысячи женщин, детей, стариков, которые могут погибнуть, пострадать при массированном обстреле. Были перекрыты все выходы с Пресни, чтобы стрелять по бегущим. Атака за атакой накатывалась на баррикады... От артиллерийского огня начались пожары...
Солдаты — из Петербурга специально прибыл Семеновский полк — хватали всех, на кого указывали городовые и дворники. Рабочих избивали прикладами, пороли плетьми, расстреливали.
На суде обнаруживаются многие подробности расправы, защитники требуют призвать к ответу участников злодеяний. Председатель обрывает их: «Семеновцы творили суд, а не совершали преступление».
День за днем заполняется Екатерининский зал. Звучит речь прокурора: в России не было и не могло быть революции, ибо народ предан монарху и никогда не посягнет на существующий строй. Во всем виновата группа безответственных интеллигентов, вынашивающих преступную цель — свержение монархии — и сеющих смуту... Прокурор словно не видит, кто сидит перед ним. Да, она, учительница Дробинская, дочка многодетного, полунищенствующего конторщика, интеллигентка, вот еще неподалеку от нее — юноша-гимназист и еще — служащий с Прохоровки... А остальные? Разве этих рабочих надо было подстрекать? Она хорошо знает настроение, которое охватило фабрики, заводы уже в январе 1905 года. Будучи молодым членом партии, большевичкой, вела рабочий кружок. Учила, училась сама. Читала рабочим статью Ленина «Начало революции в России». То, о чем он писал, ее кружковцы пережили сами и наблюдали в своей среде: 9 января стало незабываемым, великим уроком для русского пролетариата.
...На тринадцатый день суд вынес приговор. Хриплый старческий председательский голос произнес слово «каторга» — раздались рыдания матерей, сестер, жен. Осужденные криками с мест пытались их успокоить. Но возмущенный шум, плач нарастали. Ввели дополнительную охрану. Чтение приговора продолжалось. И как только смолк старческий голос, вдруг грянуло:
Отречемся от старого мира...
Пели все — осужденные и оправданные. Пели их родственники и друзья в зале, пели... защитники.

Ольга, Мария, Надежда. Они оказались на самом гребне революции в России 1905—1907 годов: Декабрьское вооруженное восстание в Москве — ее взлет, ее кульминация. Они не главные действующие лица московского Декабря. «Таких, как я, были тысячи»,— скажет потом о себе Надежда Николаевна Дробинская (Колесникова). Но тот декабрь восьмидесятилетней давности оказался решающим в их жизни.
К трем годам исправительно-арестантских отделений приговорил суд Марию Козыреву. Это значит — проживание вместе с уголовниками, принудительные работы, телесные наказания. Потом — лишение всех прав и запрет на жительство во многих местах России...
Ее след после суда теряется. Но что бы ни произошло, разве сгинула эта жизнь? В памяти, в сознании товарищей, которым предстояли через несколько лет новые революционные бои, Мария навсегда...
Надежде Дробинской были определены те же исправительные отделения, только сроком поменьше — полтора года. Но она узнала об этом много позже: во время чтения приговора сбежала из зала суда. Охранники упустили не просто молоденькую учительницу, замешанную в «беспорядках» на Пресне,— будущего комиссара Бакинской коммуны, председателя Астраханского губкома РКП(б)...
А Ольга? Став профессиональной революционеркой, она прошла через неизменные на этом пути аресты, эмиграцию. В Лейпциге на доме 45 по Элизенштрассе правительством ГДР установлена мемориальная доска: здесь бывал Владимир Ильич Ленин. В этом доме находилась штаб-квартира партии. Ее хозяин — известный большевик Владимир Загорский, хозяйка, его жена,— большевичка Ольга Пилацкая. В 1917 году, в октябре, Ольгу можно было увидеть в Москве, в Военно-революционном комитете Городского района. В 1918-м партия направляет ее в Московскую губчека, в 22-м — на Украину: она заведует женотделом ЦК КП(б)У, работает заместителем председателя Госплана республики...
Известные ленинские слова о первой революции в России как «генеральной репетиции», без которой невозможны были бы ни Февральская, ни Октябрьская революции, наверное, можно отнести и к этим трем судьбам, и к тысячам, тысячам судеб...

Тамара АЛЕКСАНДРОВА


КРЕСТЬЯНКА 86
Фото А. ВИКТОРОВА.
ЯНВАРЬ • ФЕВРАЛЬ
Пн. 6 13 20 27 I 3 10 17 24
Вт. 7 14 21 28 4 11 18 25
Ср. 8 15 22 29 5 12 19 26
Чт. 2 9 16 23 30 6 13 20 27
Пт. 3 10 17 24 31 7 14 21 28
Сб. 4 11 18 25 1 8 15 22
Вс. 5 12 19 26 2 9 16 23
МАРТ • АПРЕЛЬ
Пн. 3 10 17 24 31 7 14 21 28
Вт. 4 11 18 25 1 8 15 22 29
Ср. 5 12 19 26 2 9 16 23 30
Чт. 6 13 20 27 3 10 17 24
Пт. 7 14 21 28 4 11 18 25
Сб. 1 15 22 29 5 12 19 26
Вс. 2 9 16 23 30 6 13 20 27
МАЙ • ИЮНЬ
Пн. 5 12 19 26 I 2 9 16 23 30
Вт. 6 13 20 27 3 1017 24
Ср. 7 14 21 28 4 11 18 25
Чт. 8 15 22 29 5 12 19 26
Пт. 2 9 16 23 30 6 13 20 27
Сб. 3 10 17 24 31 7 14 21 28
Вс. 4 11 18 25 1 8 15 22 29
ИЮЛЬ • АВГУСТ
Пн. 7 14 21 28 4 11 18 25
Вт. 1 8 15 22 29 5 12 19 26
Ср. 2 9 16 23 30 6 13 20 27
Чт. 3 10 17 24 31 7 14 21 28
Пт. 4 11 18 25 1 8 15 22 29
Сб. 5 12 19 26 2 9 16 23 30
Вс. 6 13 20 27 3 10 17 24 31
СЕНТЯБРЬ • ОКТЯБРЬ
Пн. 1 8 15 22 29 6 13 20 27
Вт. 2 9 16 23 30 7 14 21 28
Ср. 3 10 17 24 1 8 15 22 29
Чт. 4 11 18 25 2 9 16 23 30
Пт. 5 12 19 26 3 10 17 24 31
Сб. 6 13 20 27 4 11 18 25
Вс. 7 14 21 28 5 12 19 26
НОЯБРЬ • ДЕКАБРЬ
Пн. 3 10 17 24 1 8 15 22 29
Вт. 4 11 18 25 2 9 16 23 30
Ср. 5 12 19 26 3 10 17 24 31
Чт. 6 13 20 27 4 11 18 25
Пт. 7 14 21 28 5 12 19 26
Сб. 1 8 15 22 29 6 13 20 27
Вс. 2 9 16 23 30 7 14 21 28


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz