каморка папыВлада - журнал Юный натуралист 1991-06 текст-4
каморка папыВлада
журнал Юный натуралист 1991-06 текст-4
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 25.02.2017, 07:37

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

НЕОБЫКНОВЕННАЯ АМУНИЦИЯ

Наверное, за свою жизнь каждый поймал хотя бы одну муху никто ведь не хочет носить обидный ярлык: мол, так ленив, что мух не ловит. Не поэтому ли за ними охотились все и вся, в том числе и августейшие особы? Например, в старинной книге «Зрелище насекомых или наиболее мелких животных» написано: «Сам император Домициан не считал мушиную охоту ниже своего достоинства. С неутомимым рвением нанизывал царственный охотник всех попадавшихся на стенах его комнаты мух на длинную железную иголку, так, чтобы рабы на вопрос: «Есть ли кто у императора?» со спокойной совестью могли ответить: «Нет даже мухи!»
Однажды поймал муху и великий Аристотель. Он не стал нанизывать ее на иголку, а дал научное описание с позиций того времени. К сожалению, это событие не прибавило славы Аристотелю: он почему-то насчитал у мухи лишнюю пару ног, и это его ошибочное утверждение продержалось вплоть до XVIII века.
«Муха по полю пошла, муха денежку нашла». Наступила она на монетку и сразу же узнала, из чего денежка сделана: серебряная она или медная. Лапки мухи покрыты густой щеточкой очень тоненьких волосков — нервных нитей. Эти волоски и сообщают мухе о химическом составе предмета, на который она наступила. Муха исследует вещество быстро и экономно: в зависимости от его свойств меняются электрические сигналы волосков на лапках.
Комнатная муха (есть и домовая, но у нее ноги желтые, а не черные) давно покинула лоно природы и теперь живет рядом с нами в городах и селах. Она великолепно себя чувствует в чуме, небоскребе и полинезийской хижине. И везде под суетливые мушиные ноги и хоботок попадает наша еда, и всюду это лохматое существо (взгляните на нее под микроскопом) разносит заразу — на ее теле в среднем 30 миллионов микробов. Ничего не поделаешь: муха ползает и на помойке, и по скатерти.
Когда ноги сообщают, что она села на съедобное вещество, муха пробует его на вкус неким подобием языка пористой подушечкой-лабеллой на кончике хоботка. Вдавливая хоботок в пищу, муха втягивает в него мельчайшие частички. Но так недолго и подавиться. Чтобы этого не случилось, муха ест, вернее, все время пьет, только хорошо растворимые вещества.
Если человеку положить в чай сахар или сахарин, он не сразу поймет разницу. Муха же мигом отвергает сахарин. А над кусочком сахара ей придется попотеть: растворить весь кусок муха не может слюны маловато. Поэтому она скоблит сахар так называемыми предротовыми зубчиками. И только то, что отскоблилось, идет в дело.
У нашей соседки крыльев мало — всего два! Но какие! 330 взмахов в секунду, высший пилотаж, оптимальный в энергетическом отношении профиль крыла, легкость конструкции. На таких крыльях не страшно отправляться в путешествия. И вправду, лет семьдесят назад туча мух, занесенная ветром, села на корабль, который плыл в Средиземном море в ста милях от берега!
Вообще-то муха может без отдыхи лететь не более часа со скоростью двадцать километров в час. При ее размере эта скорость внушительна. И все-таки комнатные мухи домоседы. Дальше, чем на пятьсот метров, от человеческого жилья обычно не улетают. И ввысь не забираются: выше пятидесяти метров их не видели.
Полет дается нелегко. Несколько минут активной мышечной работы и температура мухи может подпрыгнуть на 15—20 градусов. В жаркую погоду от этого можно и «ножки протянуть».
Как справедливо заметил К. Чуковский, у мухи «позолоченное», желтоватое брюхо. А сама она будто из вороненой стали выкована. Такая металлическая окраска снижает температуру ее тела, отражая солнечные лучи.
Тоненькое, прозрачное крыло комнатной мухи пронизывают трахеи и нервы. Оно несет на себе сложное навигационное оборудование: мельчайшие щетинки и колбочки, которые помогают ориентироваться. Например, скорость полета она узнает по изгибу щетинок встречным потоком воздуха. Помогают мухе и три крошечных глазика, треугольником разместившиеся между двумя огромными фасеточными глазами, состоящими из множества как бы отдельных глазков. Но, несмотря на обилие глаз, муха подслеповата и отчетливо видит лишь в пределах 40—70 сантиметров. Стрекоза, например, глазастее и видит на расстоянии полтора-два метра.
Муха за неделю может дать почти тысячу потомков. Были бы отбросы, а уж за ней дело не станет: каждые два дня самка откладывает по 150—200 яичек. Делает она это быстро — кучки по 60—70 яиц будут пристроены за четверть часа. Вскоре из них выйдут личинки, которые и займутся пищевыми отбросами или навозом.
Выделив наружу пищеварительные соки, личинки сначала «полупереварят» еду вне себя. А уж потом высосут ее. Едят они немного. Чтобы личинка развилась, ей достаточно всего семи миллиграммов питательных веществ.
Перед окукливанием личинка старается зарыться в землю — там посуше. В сухом месте она проведет от трех до девятнадцати дней. Чем теплее, тем срок короче. Но даже и за это время лопата или розовый пятак свиньи могут занести личинку глубоко в почву. Но муха не будет заживо погребена, у нее есть временный таран — лобный пузырь. Выпячиваясь, он раздвигает частицы почвы, потом сжимается, и муха протискивается на освободившееся место. Так, мало-помалу, раздвигая землю эластичным лбом, слабенькая, еще ни разу не евшая новорожденная муха может преодолеть метровую толщу песка.
Вот и выходит, что муха лбом землю прошибает.
Таранит землю и майский жук, именуемый в науке хрущом. Его амуниция для подземных работ кое в чем превосходит снаряжение мухи.
В погожие дни полчища хрущей вылезают из-под земли. Выставив усатую голову между комочками почвы, они настойчиво ждут вечера, чтобы отправиться в брачный полет, откормиться на березах и отложить в землю яички. Казалось бы, что тут необычного? А между тем неуклюжий полет хруща отвергает один из канонов аэродинамики, по которому майский жук летать не должен — слишком мал у него так называемый коэффициент подъемной силы. А жук летает. Как это ему удается, пока знает только матушка-природа.
Если легонько потереть пальцем жука, только что вышедшего из подземелья, он заблестит: палец сотрет крохотные сероватые волоски, роль которых еще доподлинно неизвестна.
Да и вообще с майским жуком еще придется разбираться — неясно даже, как он, будучи ослепленным и к тому же с оторванными усиками (главным органом для контактов с внешним миром), не блуждает в земле, где тело его сдавлено со всех сторон, а упорно протискивается вверх по кратчайшему пути.
Личинки майского жука сущие злодеи. Они терзают корни растений. Белые, жирные, орудуя головой, словно киркою, прокладывают они путь к корням сосен или проросткам пшеницы. Похоже, что они находят корни по повышенной концентрации углекислого газа, выделяемого корешками. Во всяком случае, личинки будут рыть головой землю в том направлении, куда шприцем впрыснули углекислоту.
Значит, майские жуки могут помочь людям в создании нового способа подъемной силы, приборов для проходки вертикальных выработок и чувствительного газоанализатора. Впрочем, все это под силу и мухе.
Домашней и комнатной мухе все равно какая зима. Они зимуют не в поле и не в лесу, а в жилье человека — спят где-нибудь между рамами или в другом укромном местечке. Уничтожив весной проснувшуюся муху, вы убьете миллионы мух — ее будущее потомство. Можно вести счет и на миллиарды: в Подмосковье при благоприятных условиях летнее потомство одной перезимовавшей самки может составить 5 598 720 000 000 особей. Цыплят по осени считают, мух легче сосчитать весной.
С. СТАРИКОВИЧ

Рис. В. Каневского


КРАСКИ ПЕРВОЛЕТЬЯ

ПОПОВНИК
Разгар лета. Мы на лугу, где-нибудь на опушке леса, на краю поляны или в долине реки. Простор. Дует легкий ветерок, колышется трава. А в ней — цветы. Море цветов. Насколько тянется луг или опушка — настолько видны и цветы. Они самые разные: белые, желтые, голубые, фиолетовые. А каких больше всего? Если это — начало лета, то на лугах преобладает белый цвет с добавлением желтого — в это время массовое цветение ромашки-нивянки, одного из самых любимых наших цветов. Популярность эта связана не только с его красотой (крупный желтый диск посредине в обрамлении белых язычков-лучей), но и с обычаем гадать на нем: «любит — не любит». Вышло в первый раз «не любит» — бери другой цветок и снова начинай обрывать лепестки, до тех пор пока не получится «любит». Теперь можно успокоиться. Но сколько цветков до этого придется оборвать? Оборвать и выбросить. Ведь оставшийся после такого гадания «голый» желтый диск вовсе не красив.
Приглядимся к нему повнимательнее. Что собой представляет желтый диск вблизи? Снизу к нему прикрепляется стебелек, на котором он рос. Сам он внизу похож на блюдечко, только не гладкое, а чешуйчатое, покрытое как бы маленькими листочками. Это и есть настоящие листочки. И так как они находятся как бы при цветках, ботаники их называют «прицветные листочки».
А что представляет собой желтый диск сверху? Проведем по нему пальцем и увидим, что он вовсе не сплошной, а состоит как бы из множества столбиков. Присмотримся к этим столбикам повнимательнее, а еще лучше — через небольшую (с небольшим увеличением) лупу. Боже! Да ведь каждый такой отдельный столбик — это же самый настоящий цветок! Только маленький, в виде трубочки. Но трубочка эта заканчивается пятью лепестками, а внутри нее спрятаны пять тычинок и пестик. Все, как полагается у настоящих цветков. А что же представляют собой белые «лепестки», которые мы так безжалостно обрываем? Оказывается, это тоже маленькие цветочки, которые отличаются от желтых трубочек только тем, что три лепестка, составляющие у трубчатых цветочков часть трубочки (венчик), сильно вытянутые и белые, а два других — очень короткие, едва заметные. Тычинки и пестик также недоразвиты. В общем — тот же цветок, только несколько измененный для того, чтобы обратить на себя внимание. Да ведь сами видите: «голые» желтые диски без обрамления белых язычков — некрасивы и невзрачны, а с белыми лучами — совсем другое дело, красота! Конечно, цветок заботится не о том, чтобы услаждать взор человека, тем более что для растения это оканчивается весьма печально. Привлекает он к себе таким образом насекомых-опылителей, которых на ромашки слетается множество. Тут и бабочки, и мухи, и жуки. Цветки хоть и трубчатые, мелкие, но доступны всем. Если, конечно, поле или луг не обработаны химикатами.
На что больше всего похож цветок ромашки? (Теперь-то мы знаем, что это не единичный цветок, а целое собрание цветков — соцветие.) Не догадываетесь? А представьте, что язычки-лучи — не белые, а желтые, и что само соцветие раз в десять крупнее? Что получилось? Опять не ясно, ну тогда подскажем — подсолнух. Вот тут сразу видно, что «цветок» подсолнуха — целое собрание, много-множество отдельных цветков, ведь их не нужно рассматривать через лупу. И что получается от этих цветков? Семечки подсолнуха. От каждого отдельного цветочка — одно семечко. То же и у нивянки. Только семечки здесь очень мелкие. И еще. Не правда ли, как похожи соцветия подсолнуха на корзинки? Полная корзинка цветков. А у нивянки — не корзинка, а корзиночка. Но принцип организации соцветий у того и у другого — один и тот же. Поэтому и нивянку, и подсолнух ботаники относят к одному семейству растений — сложноцветным. Догадываетесь почему? Правильно, потому что у них множество мелких цветочков составляют как бы один крупный сложный цветок. И этот сложный цветок есть соцветие, а название этому соцветию — корзинка. Правда, как все просто и логично?
Вот о чем можно подумать и порассуждать, обрывая лепестки у ромашки. Только лучше это все проделывать мысленно. Не так много у нас осталось на лугах ромашек, да и других цветков тоже. Вы сорвете цветок, ваш друг, друг вашего друга, и что останется? Луг без ромашек. Красиво будет?
И вот еще о чем можно подумать, глядя на ромашку. А какие еще растения относятся к семейству сложноцветных? Какие вы знаете еще «цветы», похожие на корзинки? Ну не обязательно точно — на корзинки, можно и на кувшины, чашки и прочую посуду, лишь бы сами цветочки были маленькими и собранными в пучки, напоминающие целый цветок. Догадываетесь? А ведь таких цветков вокруг нас не мало. Семейство сложноцветных — самое большое и в нашей стране, и в мире. Ну, думайте...

КОЛОКОЛЬЧИК РАСКИДИСТЫЙ
Если вы прочитали «Месяцеслов» этого номера, то уже познакомились с колокольчиком круглолистным — изящным растением сосновых боров. Но он — далеко не самый распространенный вид колокольчика. Вообще видов колокольчиков достаточно много, так как встречаются эти цветы почти повсюду. Но самый распространенный из них — колокольчик раскидистый. Это именно он встречается на лугах, опушках, по перелескам.
Отличить его от колокольчика круглолистного не стоит большого труда, хотя они, в общем-то, сходны по размерам всего растения и величине цветков. Только окраска цветков у круглолистного голубая, а у раскидистого — больше лилово-фиолетовая, и сами колокольчики у круглолистного больше похожи на настоящий колокол (в основании они закруглены), а у раскидистого — на граммофонную трубу (книзу несколько сужены, а зубцы колокола у него крупнее — венчик, как говорят ботаники, вырезан глубже). Ну и, конечно, у круглолистного колокольчика в основании стеблей есть побеги с круглыми листьями, а у раскидистого вообще никаких побегов нет, ведь растение это однолетнее. Да и весь облик их не так уж похож друг на друга. У колокольчика раскидистого действительно некоторые веточки направлены в разные стороны, как бы раскиданы, а у круглолистного — все стараются склониться в одном направлении. Оттого и цветки у него большей частью пониклые, смотрят вниз, а у раскидистого — в стороны.
Есть и другие признаки отличия и в строении самих цветков, и плодов, и листьев. Но уже тех, что перечислены, наверное, достаточно, чтобы отличить эти два вида друг от друга. И не забудьте: растут-то они в разных местах, а чтобы вместе — очень редко, лишь в том случае, когда луга расположены близ сосновых боров.

ГВОЗДИКА-ТРАВЯНКА
Все вы, конечно же, хорошо знаете гвоздику. Я имею в виду ту самую гвоздику с крупными махровыми цветками, которую продают в ларьках и на рынках. Это различные сорта гвоздики садовой. А если мы с вами в самый разгар лета пойдем на прогулку на луг, поляну или опушку леса, то увидим, как среди зеленой травы вдруг замелькают тут и там красные звездочки. Приглядимся к такой звездочке повнимательнее и увидим небольшой цветок с длинной трубчатой чашечкой и пятью розово-красными зубчатыми лепестками. Это гвоздика-травянка, ближайшая родственница гвоздики садовой. Только у крупных садовых гвоздик в толстой упитанной чашечке находится целый пучок из множества лепестков, а у травянки их всего пять. Из-за небольших размеров и за то, что растет она среди густой травы, нашу дикую гвоздичку называют гвоздикой-травянкой. А ее культурная родственница потому так велика и пышна, что росла на всем готовом, в избытке воды, света и удобрений. Нашей же дикой гвоздике-травянке самой приходится бороться за жизнь, а на бедной почве, да еще в окружении других трав крупной не вырасти. Но подумайте, какой цветок красивее? Лично мне больше по душе нежная и скромная травянка.
Присмотритесь, какие насекомые садятся на этот цветок, и вы заметите, что чаще всего — бабочки. Именно они и опыляют гвоздику-травянку, потому что только им под силу достать нектар со дна глубокого венчика, который достигает длины полутора сантиметров.
Созревшие семена травянки находятся в коробочке и выбрасываются оттуда при раскачивании стебля ветром. Интересно, что во время дождя коробочка с семенами закрывается специальными зубцами, набухающими от влаги, чтобы вода не намочила семена.
Все лето будет радовать нас дикая гвоздика своими яркими цветками-звездочками. Очень образно описала ее в своих стихах поэтесса Е. Серова:
Погляди-ка, погляди-ка!
Что за красный огонек?
Это дикая гвоздика
Новый празднует денек.
А когда настанет вечер,
Лепестки свернет цветок:
— До утра! До новой встречи!—
И погаснет огонек.

ИВАН-ДА-МАРЬЯ
В первой половине лета, в только одевшихся листвой лесах, березняках и дубравах, светится желтыми и фиолетовыми огоньками иван-да-марья, или марьяник дубравный. Кажется, будто у растения есть и желтые и фиолетовые цветы. Приглядимся к нему повнимательнее и увидим, что на верхушке побега у растения не цветы, а фиолетовые листочки с зубцами — бахромой. Это прицветники, в пазухах которых находятся бутоны (нераскрывшиеся цветки). Цветет иван-да-марья обычно с конца мая до начала июля. Цветки на побеге как бы сменяют друг друга: нижние увядают, а верхние распускаются. Если присмотреться к цветкам, можно увидеть, что венчик у них двугубый, с тонкой, расширяющейся кверху желтого цвета трубкой, красной у основания. Вообще же цветок марьяника дубравного похож на цветок глухой крапивы и опыляется теми же насекомыми, хотя относится к другому семейству — норичниковых. Но строение завязи и плода у них совсем разное: у губоцветных плод состоит из четырех орешков, а у норичниковых, в том числе и у марьяника, плод — коробочка со множеством мелких семян.
Очень интересно приспособился марьяник к распространению семян — помогают ему в этом муравьи. Дело в том, что его семена, похожие на пшеничные зерна, имеют мешковидный придаток из богатых маслами клеток. Для муравьев эти масла — лакомство, поэтому и перетаскивают они семена. Такие растения называются мирмекохорами. Вполне вероятно, что насекомые специально распространяют такие полезные и нужные для них растения близ своих жилищ.
Глядя на марьяник, поневоле восхитишься — красивая травка, но, оказывается, не такая уж и безобидная. Дело в том, что у нее на корнях есть присоски, прикрепляющиеся к корням других растений. Вот и получает иван-да-марья часть готовой пищи, высасывая соки из растений-хозяев, как будто ворует. А другую часть органических веществ синтезирует сам, ведь есть же у него зеленые листья, а значит, и фотосинтез идет. Поэтому ботаники и назвали марьяник полупаразитом.
А откуда взялось это красивое название — иван-да-марья? Люди, любуясь этим цветком, сочинили красивую легенду: пошли в лес по грибы Иван да Марья, но засверкала молния, началась гроза. Негде было спрятаться, и храбрый Иван заслонил красавицу Марью. Как только стихла непогода, Иван и Марья вернулись домой, а на том месте, где он спасал девушку, поднялась трава с красивыми фиолетовыми листочками, которые, как Иван Марью, защищали от непогоды желтые цветы. Вот и пошло отсюда название иван-да-марья.
О. ХОХРЯКОВА


ОНИ ЖИЛИ НА ЗЕМЛЕ

КВАГГА

Многие из вас зачитываются повестями английского писателя Майн Рида о путешествиях и приключениях охотника в Южной Африке. Герои его книг проявляют незаурядную смекалку и выдержку, выходят из самых опасных и безнадежных ситуаций, в которых они оказываются во время охотничьих скитаний. Однажды семья голландского поселенца оказалась в совершенно дикой местности. Их лошади, укушенные мухой цеце, заболели и погибли. Но молодым охотникам удалось поймать и приучить к седлу квагг — самых обычных южноафриканских копытных.
При первом взгляде на кваггу трудно отделаться от впечатления, что перед тобой некий гибрид лошади, осла и зебры. Полосы на голове и шее делают ее похожей на зебру, светлые ноги придают сходство с ослом, а однотонный буланый круп напоминает лошадиный. Однако телосложение, форма головы, короткая стоячая грива и хвост с кисточкой на конце выдают в животном настоящую зебру, правда, необычно окрашенную. В литературе неоднократно приводились сведения о ручных объезженных кваггах, но вообще зебры плохо поддаются приручению. Они дики, злобны, от врагов защищаются мощными зубами и чаще передними, чем задними копытами. Бывали случаи, когда человек получал серьезные травмы от укусов зебры.
Когда-то многотысячные табуны квагг громом копыт сотрясали пространства южноафриканской степи — вельда. Все путешественники прошлого знали, что квагга — самый обычный вид зебр, обитающих к югу от реки Лимпопо. Как и другие сородичи, она вела кочевой образ жизни, постоянно передвигаясь в поисках корма — травянистой растительности. В период сезонных миграций на новые пастбища небольшие косяки животных сливались в крупные стада, часто образовывались даже смешанные скопления из разных видов травоядных.
В конце XVIII — начале XIX века положение начало постепенно меняться. Высадившиеся на южной оконечности материка голландские колонисты — буры — начали оттеснять обитателей дикой природы все дальше на север, занимая землю под пастбища, посевы и фермы. В вельде зазвучали первые ружейные выстрелы.
Именно к этому периоду относится повествование Майн Рида. Казалось бы, квагге ничего не грозило — трофей она была никудышный, так как не обладала ни вкусным мясом, ни красивыми рогами, как антилопы, ни ценной шкурой, как хищники. Изредка мясом квагг белые поселенцы кормили туземных невольников, кожа животных шла на ремни, а из желудка иногда изготовляли бурдюки для воды. Правда, скотоводы считали кваггу, как и других копытных, конкурентом своего домашнего скота и временами устраивали грандиозные облавы, уничтожая сотни животных.
А середине XIX века ситуация еще более ухудшилась. Капской колонией завладела Англия, буры были вынуждены переселиться во внутренние области Южной Африки. То разгораясь, то затухая, между бурами и англичанами шли бои, постоянная война велась европейцами и против коренного населения. Из Европы прибывали фермеры, торговцы, военные, искатели приключений. Наконец, в Южной Африке были открыты алмазные россыпи, богатейшие месторождения золотых, свинцовых, урановых руд. Началось стремительное освоение территории, на некогда пустовавших местах возникали прииски, рудники, поселки, города. Девственный край за короткое время превратился в густонаселенную промышленную местность.
Самым известным из вымерших по вине человека африканских животных стала квагга. Последние особи были убиты около 1880 года, а последняя в мире квагга умерла в 1883 году в Амстердамском зоопарке.
Е. КОБЛИК
Рис. автора


ЗЕЛЕНАЯ ПОЛКА

Авакян А. Б. Водохранилища /А. Б. Авакян, В. П. Салтанкин, В. А. Шарапов.— М.: Мысль, 1987.— 325 с.: ил., карт.— (Природа мира).
Арсеев Г. Г. Водопады.— М.: Мысль, 1987.— 125 с.: ил.
Галазий Г. И. Байкал в вопросах и ответах: Справочник.— 3-е изд., испр. и доп.— М.: Мысль, 1988.— 285 с.: ил.
Григорьев Н. Ф. Наш друг природа.— М.: Политиздат, 1985.— 239 с.
О науке гидрологии, изучающей природные воды.
Гусаков Б. Л., Петрова Н. А. Перед лицом великих озер.— Л.: Гидрометеоиздат, 1987.— 123 с.: ил.
Кульский Л. А. и др. Вода знакомая и загадочная /Л. А. Кульский, В. В. Даль, Л. Г. Ленчина.— Киев: Рад. шк., 1982.— 120 с.: ил.
Лесненко В. К. Мир озер: Кн. для внеклас. чтения учащихся 8—10-х кл. сред. шк.— М.: Просвещение, 1989.— 156 с.: ил.— (Мир знаний).
Новиков Ю. Ф. Внимание: вода!— М.: Мол. гвардия, 1983.— 207 с: ил.— (Эврика).
Рациональное использование воды.
Синюков В. В. Вода известная и неизвестная.— М.: Знание, 1987.— 175 с.: ил.
Соколов А. А. Вода: проблемы на рубеже XX века.— Л.: Гидрометеоиздат, 1986.— 166 с.: ил.
Водные ресурсы нашей страны.
Супруненко В. П. Молчаливая вода кяриза. — М.: Мол. гвардия, 1987.— 173 с.: ил.
Родники, колодцы, источники пресной воды.
Ярошенко В. Энциклопедия «Живая вода».— М.: Мол. гвардия, 1989.
Экологическая хроника трех пятилеток.


Научно-производственная организация арендаторов «ОРЕШЕК» реализует наложенным платежом семена: пальм, чая, лавра, калины вечнозеленой, олеандра, кордилины, аукубы, фатсии, лавровишни, плюща, бирючины, нандины, гинкго, мирта и многие другие. Минимальная сумма заказа 20 рублей.
Адрес: 354002, г. Сочи, Курортный проспект, 74-1а-2.


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz