каморка папыВлада
журнал Наука и жизнь 1967-05 текст-8
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 21.04.2019, 21:44

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

НАУКА И ЖИЗНЬ
РЕФЕРАТЫ

ПОД МАСКОЙ - РАДУГА

Внешне электроннолучевая трубка 59ЛК3Ц почти не отличается от больших современных кинескопов. Ее чуть выпуклый, с едва закругленными углами экран имеет размеры 380 X 480 мм. Но на этом, пожалуй, сходство кончается. Последняя буква названия — «Ц» — говорит, что перед нами первый советский кинескоп для цветного телевидения, сложный и совершенный электронный прибор.
Тонкий слой люминофора, покрывающий изнутри «лобовое стекло» трубки, состоит из мельчайших зерен, дающих красное, синее и зеленое свечение. Зерна собраны аккуратными триадами (тройками), число которых достигает 550 тысяч. Иными словами, люминофор цветного кинескопа — это сложнейшая мозаика, составленная из 1,65 миллиона элементов. Кроме того, в отличие от черно-белых кинескопов экран цветного «зажигают» одновременно три электронных луча. Один из них всегда попадает только на «красные» зерна люминофора, другой — на «синие», третий — на «зеленые». Для того, чтобы получить столь точные попадания, лучи пропускают через тонкую (0,15 мм) металлическую цветоотделяющую маску. В ней электрохимическим способом сделано 550 тысяч отверстий (по числу триад) диаметром 0,25 мм. Находясь на расстоянии 12 мм от люминофорной мозаики, дырчатая маска препятствует попаданию электронных лучей (они проходят сквозь отверстия под разными углами) на зерна «чужого» цвета.
Создание серийного цветного кинескопа — важнейший шаг на пути широкого развития цветного телевидения.
Я. ВИНННКОВ, Е. МИХАЙЛОВ. Масочные кинескопы. «Радио» № 2, 1967 г.

АННА ЯРОСЛАВНА - КОРОЛЕВА ФРАНЦИИ

На групповой фреске в Киевском Софийском соборе вместе с матерью и сестрами изображена дочь Ярослава I Мудрого княжна Анна, с именем которой связано довольно много исторических загадок. Начать с того, что неизвестно, когда родилась эта знаменитая впоследствии киевлянка. Некоторые историки датируют ее рождение 1024 годом, другие считают, что это произошло на восемь лет позже. Зато точно известна другая дата: 4 августа 1049 года в Реймсе Анна Ярославна обвенчалась с французским королем Генрихом I (из династии Капетингов) и стала королевой Франции. А еще через 11 лет, после смерти короля, Анна, как регентша наследника — своего сына Филиппа I, начала фактически управлять страной.
Окончание властвования киевской княжны во Франции также покрыто пеленой неясности. Так, на портале церкви в ее личной резиденции Санлисе подпись под скульптурой Анны гласит, что она «возвратилась в землю предков». Значит ли это, что княжна вернулась в Киев? Может быть, она жила там по тогдашним обычаям в монастыре до конца своих дней? Или из Киева опять вернулась во Францию (есть основания считать, что именно там находится могила Анны Ярославны)? К этим вопросам можно было бы прибавить много других, в частности такой: являлся ли сын Анны Филипп одновременно и сыном короля? Есть достаточно веские основания считать, что отцом Филиппа был граф Рауль III Крепи-и-Валуа — представитель династии, сменившей Капетингов в XIV веке. Если это действительно так, то смена династий на французском троне произошла почти на 270 лет раньше, чем это утверждает официальная история.
Д. Д. КУЛИНИЧ. Анна Ярославна - королева Франции. «Вопросы истории» № 2, 1967 г.

ОЧЕНЬ СЛОЖНЫЕ ПРОСТЫЕ ДВИЖЕНИЯ

Какие мышцы и в какой последовательности приходят в движение, когда нужно поднять руку? Для того, чтобы ответить на эти, казалось бы, простые вопросы, от различных мышц испытуемого отводили биопотенциалы (снимали электромиограмму) и по их изменению определяли момент «включения» и «выключения» той или иной мышцы. Прежде всего обнаружилось, что сами мышцы руки, поднимающие ее, «включаются» со значительным опозданием — примерно через 0,15 сек. после того, как подана команда «Поднять руку!». Однако это время не уходит напрасно. Прежде чем включаются мышцы руки, начинает подготовительную работу мускулатура ног, бедер и многие мышцы туловища.
«Вычислительные машины» — нервные управляющие центры — за время паузы между командой и подъемом руки определяют, как изменится центр тяжести тела, какие появятся механические моменты, нарушающие равновесие. По этим прогнозам и принимаются меры к тому, чтобы при подъеме руки тело не сдвинулось с места. В число таких мер входит компенсирующая подъем руки подготовительная активность самых различных мышц. И поэтому не нужно удивляться, что движение руки, образно говоря, начинается с движения ноги.
В. Е. БЕЛЕНЬКИЙ, В. С. ГУРФИНКЕЛЬ, Е. И. ПАЛЬЦЕВ. Об элементах управления произвольными движениями. «Биофизика», т. XII, выпуск I, январь—февраль 1967 г.


• ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ПРАКТИКУМ

Тренировка геометрического воображения и умения мыслить логически

ПЕНТАМИНО

Вначале, как всегда, решения задач, помещенных в предыдущем номере.
Задача 9.
Задача 10.
Фигура сложена таким образом, что она легко трансформируется в «пирамиду», прямоугольник 6 Х 10 и «параллелограмм» 6 Х 10.
Задача 11.

Теперь новые задачи.

Задача 12.
Из 12 элементов пентамино сложите квадрат 8 X 8 с четырьмя симметрично расположенными отверстиями.

Задача 13.
То же, но отверстия ближе к центру (рис. вверху справа).

Задача 14.
Из 12 элементов пентамино можно сложить квадрат 8 X 8 и с таким расположением отверстий:

Задача 15.
В квадрате 8 X 8 угловые квадратики вынуты. Покройте оставшееся поле 12 элементами пентамино.

Задача 16.
Постройте прямоугольник 21 X 3 с тремя симметрично расположенными отверстиями.


• НАУКА - ЖИЗНИ

БЛУЖДАЮЩИЕ СОКРОВИЩА
Кандидат биологических наук К. КОНСТАНТИНОВ. (г. Мурманск. Институт рыбного хозяйства)

ЗАДАЧА СО МНОГИМИ НЕИЗВЕСТНЫМИ
Все отрасли нашего народного хозяйства развиваются на основе государственного плана. Не составляет исключения и рыбная промышленность. На предстоящее пятилетие, год, квартал, месяц заранее намечено, сколько рыбы должен добыть каждый промысловый флот, каждое рыболовное судно. Планируется видовой состав будущих уловов, выгрузка, переработка, хранение и транспортировка рыбы, все экономические показатели любого рыбного порта, каждой судоремонтной верфи, консервного, коптильного или бондарного завода. Планируется строительство и модернизация флота, производство орудий лова, подготовка кадров. С масштабами добычи рыбы увязывается развитие животноводства и холодильной техники, транспорта и торговли, даже медицины (вспомните, например, рыбий жир).
Многолетний опыт показывает, что в одном и том же водоеме рыба в разные годы ловится далеко не одинаково. Поэтому план должен предусмотреть все будущие колебания уловов. Ошибки и в сторону завышения и в сторону занижения одинаково недопустимы. Если вылов окажется ниже запланированного, то будут сорваны поставки рыбы сбытовым организациям и пострадает потребитель. Из-за невыполнения плановых рейсовых заданий по добыче рыбы упадет заработок у моряков промыслового флота. Если же улов окажется значительно выше планового, береговые предприятия не смогут справиться с приемкой, переработкой, хранением и отгрузкой возросшего притока рыбы.
Как же предвидеть будущие рыбные урожаи?

СКОЛЬКО РЫБ В МОРЕ?
На первый взгляд кажется, что сосчитать рыбу в море невозможно.
Она подвижна. Сверкающие серебром косяки, словно заколдованные клады, исчезают в одном месте и появляются в другом. Сегодня погода солнечная, ясная, море спокойно, с самолета авиаразведки можно увидеть (и нанести на рабочий планшет) скопления сельди, скумбрии, сайры... А завтра завоет свирепый норд-ост, море почернеет, закипит, и скроются косяки из глаз, уйдут вглубь, растают, как призраки, чтобы потом появиться в совершенно другом месте, где их никто не ждет...
Как узнать, сколько сейчас в море рыбы? Больше или меньше, чем было в прошлом году? На какой улов можно рассчитывать сейчас, в ближайшем и отдаленном будущем?
Представьте себе, что вы темной ночью плывете, или, выражаясь морским языком, идете на быстроходном судне где-нибудь в безбрежных просторах Норвежского или Гренландского моря. До ближайшей земли сотни миль. И вдруг впереди по курсу... огромный город, сверкающий яркими огнями!
Именно так выглядит флотилия судов в несколько сот вымпелов, промышляющая сельдь плавными (или дрифтерными — от слова «дрейф») сетями. С каждого судна высыпана в море сотня сетей, связанных в общий порядок. Всю ночь дрейфуют суда, дрейфуют сети, а утром начинается выборка порядков и обработка улова. Бывает, что в каждой сети объячеится по двести килограммов сельди, а во всем порядке — двадцать тонн. Хороша добыча, да вот беда: в таких случаях порядок иногда погружается вглубь, отрывается и гибнет.
Горько для рыбака потерять и улов и снасти, но еще хуже, когда дрейф выполняешь за дрейфом, а за бортом полощутся пустые сети. Замечено, что неудачные сезоны, месяцы, годы чередуются с удачными до некоторой степени периодически. Выходит, сельди в море становится то меньше, то больше!
Планируя промысел, надо как-то учесть эти колебания. Поголовная «перепись» рыбы в открытом море невозможна. Но в период зимовки норвежская сельдь чуть ли не со всего моря собирается на небольшой площади в густые и малоподвижные скопления. Специальные рыбопоисковые приборы позволяют проследить их границы, нанести их на карту, определить толщину слоя сельди. Плотность слоя оценивается при помощи подводного фотографирования и путем облова особым тралом, идущим по заданному горизонту. Таким образом, исследователи могут подсчитать, сколько штук сельди находится в кубическом метре, в каждом отдельном скоплении и всего на местах зимовки. Известен средний вес одной штуки; значит, сельдь учтена — с точностью хотя и не до единицы, но до миллиона штук, до тысячи центнеров, а этого вполне достаточно для практических целей.
Советские ученые уже не раз выполняли подобную съемку. Так, в декабре 1963 года запас сельди в Норвежском море был равен 32,5 миллиона центнеров, или 16 миллиардам экземпляров; в декабре 1964 года — 68 миллионам центнеров, или 28 миллиардам экземпляров. В дальнейшем запас сельди продолжал увеличиваться.

НУМЕРОВАННЫЕ СТРАННИКИ
Про кольцевание птиц знают многие, но в гораздо более широких масштабах практикуется мечение промысловых рыб. Чтобы метить, а потом опознавать рыб в улове, ученые-ихтиологи разработали много тонких и остроумных способов. Вот один из них: на спину рыбы-путешественницы крепится крошечная передаточная станция, сигналы которой принимаются издалека. Таким образом, путь рыбы становится известным. Подробно о целях, методах и результатах массового мечения промысловых рыб уже рассказывал журнал («Наука и жизнь» № 12, 1962 г.).
Мечение позволяет судить не только о направлении и скорости движения рыбы, но до некоторой степени также о запасах. Проведем несложные вычисления. Допустим, в каком-то водоеме поймали 1 000 экземпляров. Их пометили и выпустили обратно. Прошел год, и 50 меченых рыб (или 5 процентов) попались вторично. Очевидно, что промысловая снасть не отбирает только меченых или только немеченых рыб, а ловит всех подряд. Следовательно, можно считать, что за год из нашего водоема изъято 5 процентов всей находившейся там рыбы. Допустим, что эти пять процентов весили двести пятьдесят тонн. А всего рыбы в водоеме 250 X 20 — 5 тысяч тонн. Это простой способ сосчитать рыбу. Простой, но, к сожалению, с большими изъянами.
Как бы осторожно мы пи обращались с рыбой при мечении, многие из выпущенных экземпляров вскоре погибнут — или от полученных повреждений, или от хищников (в первый момент после выпуска меченая рыба еще не обрела прежнюю подвижность и осторожность). Некоторые меченые экземпляры, оказавшись на воле, ухитряются освободиться от метки. Но многие после мечения благополучно избегут всех опасностей, сохранят метку и спустя длительное время будут пойманы вторично. Но в большом промысловом улове они могут не попасться на глаза! А бывает, что и рыбак поленился сообщить о своей находке. Может случиться, наконец, что меченые рыбы сосредоточатся в той части водоема, которая не посещается промысловым флотом или, напротив, посещается гораздо чаще остальных. В обоих случаях наше допущение о равной вероятности вылова меченых и немеченых экземпляров окажется неверным, а вместе с ним и все расчеты общего запаса.
Значит, мечение может дать лишь приближенные, ориентировочные результаты. Многих рыб вообще не удается метить. Например, огненно-алый морской окунь с огромными темно-синими глазами — обитатель глубоких слоев океана. Извлеченный на поверхность, он крайне тяжело переносит резкий спад внешнего давления. Если морского окуня пометить и снова выпустить в море, то еле живая, раздутая рыба не сможет погрузиться вглубь и станет добычей жадных морских птиц. А разве просто пометить, скажем, нежную сардинку? По старинному норвежскому поверью, сардины умирают даже от одного взгляда человека.

БУТЕРБРОД НА ДНЕ МОРЯ
Люди давно заметили, что во время икрометания рыба густыми стаями собирается на сравнительно небольшой площади. У одних видов рыб выметанная икра всплывает и разносится течениями; у других — прилипает ко дну или водной растительности. Очевидно, чем больше икры обнаружено на нерестилище, тем больше рыб участвовало в нересте.
Икринки, плавающие в толще воды, могут быть пойманы специальными сетями из очень частой кисеи (газа). Если в районе нереста регулярно облавливать толщу воды такими сетями, можно выяснить, на какой площади встречается икра. Потом нетрудно подсчитать среднее количество икринок на один квадратный метр поверхности моря и, зная площадь, общее количество выметанной икры.
Известно, сколько икринок мечет одна самка; значит, можно вычислить количество самок, а прибавив такое же количество самцов, подсчитать суммарную численность рыб, участвовавших в нересте.
Таким путем английский ихтиолог Кушинг определил численность половозрелой сардины в проливе Ла-Манш. Исследователь получил астрономическую цифру: 10-10 экземпляров!
Еще точнее получатся результаты, если икра не расплывается, а остается на месте. В 1962 году канадские ихтиологи провели тщательный подсчет икры сельди на одном из нерестилищ в заливе Св. Лаврентия. Липкая икра сплошным толстым слоем покрывала грунт. Настоящий бутерброд на дне моря!
Аквалангисты отметили буйками границы площади, на которой ковром лежала икра, сфотографировали, с помощью специальных дночерпателей и трубок взяли пробы. Была установлена площадь нерестилища, плотность икряного слоя и общее количество выметанной икры. Полученную цифру разделили на среднюю плодовитость одной самки, затем удвоили результат и таким образом получили численность всей сельди, участвовавшей в нересте.

ЛОТЕРЕЙНЫЕ БИЛЕТЫ
Для промысловиков был бы интересен и обратный подсчет: по количеству икринок, отложенных на нерестилище, определить количество будущей рыбы, которая выклюнется из икры, вырастет и спустя положенное время сама придет на нерест.
К сожалению, этот подсчет произвести нельзя. У каждой отдельной икринки не больше шансов уцелеть и превратиться во взрослую рыбу, чем у лотерейного билета — принести главный выигрыш.
Давайте в этом убедимся. Основа промысловых уловов в Баренцовом море — треска. Достигнув половой зрелости, она нерестует ежегодно, с каждым разом выметывая все больше икринок. Максимальная плодовитость самых крупных экземпляров — почти 10 миллионов! Будем осторожны в подсчетах и допустим, что каждая треска-самка на протяжении жизни отмечет только 5 миллионов икринок. Численность взрослой трески в море остается неизменной, точнее, колеблется вокруг некоторого среднего уровня, но не нарастает (и не убывает) непрерывно. Следовательно, из 5 миллионов икринок только две превращаются во взрослых, половозрелых рыб, заменяя родительскую пару. Остальные 4 999 998 икринок или выклюнувшихся мальков гибнут. Выжившие рыбы составляют всего 0, 00004 процента. Если бы этот процент был постоянным, то количество выметанной икры предопределяло бы численность взрослой рыбы. Однако в действительности выживание икры (и мальков) очень резко колеблется от года к году. В Баренцовом море советские ихтиологи регулярно выполняют контрольный лов молоди трески, достигшей двух-трехлетнего возраста, уже миновавшей период массовой смертности. Результаты показывают, что «урожайный» год может дать в 40—50 раз больше трески, чем «неурожайный». Что же тут удивительного? Вспомним, что не каждый год одинаково родятся грибы или ягоды.
Икринку в океане подстерегает много опасностей. Всплывшая к поверхности икра трески разносится течениями в районы будущего откорма молоди. Дрейфующие икринки погибают от свирепых штормов, от резких колебаний температуры, от хищников; а когда из уцелевших икринок выклюнутся крошечные рыбешки, они не всегда смогут найти достаточно пищи — микроскопических морских организмов. И вполне естественно, что в разные годы формируются то бедные, то средние, то исключительно мощные поколения.
Из всех районов Баренцова моря треска уходит на нерест к берегам Норвегии (обратный путь икринки и мальки совершают при помощи течений). По уловам норвежских рыбаков можно приближенно оценить количество нерестовавшей трески и выметанной икры. От года к году это количество изменяется обычно в полтора-два раза. Например, от 1964 к 1965 году норвежская добыча нерестовой трески снизилась на 12 процентов, а от 1965-го к 1966-му выросла на 35 процентов (численность очередного поколения трески может варьировать в 40—50 раз). Значит, количество выметанной икры позволяет судить о численности будущей рыбы с меньшей точностью, чем количество приобретенных лотерейных билетов — о количестве выигрышей, которые на них выпадут!

ПОТЕРЯННЫЕ ПОКОЛЕНИЯ
Если не количество икры, а условия ее развития предопределяют численность поколений промысловых рыб, то разве нельзя, изучив морскую среду, предсказать будущие рыбные урожаи? Такую идею положил в основу своих исследований замечательный советский ученый Г. К. Ижевский.
В самом деле, выживание рыбешек, только что начинающих питаться, зависит от состава и обилия корма — мельчайшего планктона. Массовое появление планктона возможно только при наличии жизненно важных органических и минеральных веществ, которые выносятся в море реками. Береговой сток определяется обилием осадков, а те, в свою очередь, особенностями атмосферной циркуляции. В этой сложной цепи явлений Г. К. Ижевский сумел найти основное звено, выбрать наиболее надежные показатели, опираясь на которые можно предвидеть численность промысловых рыб. Так, ученый заранее предсказал, что в 1959, 1960 и 1961 годах в Норвежском море должны появиться мощные поколения сельди. Сельдь рождения 1959, 1960 и 1961 годов и сейчас служит основой продуктивнейшего промысла.
В 1966 году после необыкновенно суровой зимы создались крайне неблагоприятные условия для выживания икры и мальков. И, как показали исследования советских и норвежских ученых, в 1966 году сельдь, треска и пикша вовсе не оставили потомства, хотя в нересте участвовало очень много рыбы. Как это ни грустно (особенно для промысловиков), но у рыб бывают потерянные поколения!

ПРИРОДА И ТРАЛ
До сих пор говорилось о природных факторах, регулирующих численность промысловых рыб. Но сам промысел? Не пересиливает ли природу опустошающее действие современного промыслового лова?
В некоторых случаях, безусловно, да. Интенсивный вылов быстро отражается на запасах камбаловых — малоподвижных, широкотелых рыб, создающих плотные скопления на небольших подводных отмелях (как говорят промысловики, банках). Такое скопление недолго вычерпать тралом — основным орудием современного морского промысла. Ползет трал по грунту и забирает все, что встретит... Подводные киносъемки показали, что неповоротливая, тихоходная камбала сначала пытается удрать от надвигающегося чудовища, но скоро обессиливает и попадает в трал.
В самом начале текущего столетия выдающийся русский ученый Н. М. Книпович практически доказал, что в Баренцовом море возможен продуктивный траловый промысел. Но, как это часто было в дореволюционной России, замечательным открытием нашего соотечественника воспользовались в первую очередь иностранцы. Целые флотилии английских, немецких, бельгийских и голландских траулеров устремились к берегам Мурмана, где за короткое время рыбаки набивали трюмы отборной камбалой, высоко ценимой в Западной Европе. Хищнический облов камбальих банок не замедлил сказаться: общая добыча камбалы и уловы на один рейс нарастали с 1906 до 1909 года, а затем начали быстро падать. Запасы ценнейшей морской рыбы были подорваны. А ведь это было на заре современного тралового промысла! С тех пор примеры перелова рыбы повторялись часто.

ВЕКОВОЙ БОР ИЛИ ЗАЛИВНОЙ ЛУГ?
Встречается и противоположная крайность: любое снижение добычи рыбы рассматривают как последствие чрезмерного вылова. Пять-шесть лет назад уловы норвежской сельди состояли из рыб главным образом одного сверхмощного поколения 1950 года. Смены ему не было, и постепенно запас сельди стал таять; тут сыграл роль и растущий вылов и естественная смертность сельди, которую уничтожают целые полчища прожорливых врагов. С каждым годом уловы становились беднее. Многие промысловики и ученые восприняли это как необратимое последствие «чрезмерного промысла»! Между тем достаточно было появиться нескольким урожайным поколениям (в 1959, 1960 и 1961 годах), и сразу же резко возросли запасы сельди, а с ними и уловы, превысившие уровень всех предыдущих лет. В Баренцовом море добывают главным образом треску и пикшу. Суммарный вылов этих рыб иногда снижается. Некоторые специалисты склонны объяснять это снижение «чрезмерным промыслом». Подобная трактовка неверна хотя бы потому, что во многих случаях запасы трески падали, а запасы пикши в то же время резко возрастали. Между тем современный траловый промысел должен влиять на пикшу больше, чем на треску. Пикша, питающаяся донными животными, держится ближе к грунту. Она более широкотела и менее подвижна, чем треска.
До сих пор не отмечено никаких последствий интенсивного облова мойвы, зубаток, сайры, некоторых видов тихоокеанских тунцов.
С другой стороны, помимо камбалы, у многих морских рыб численность снизилась именно вследствие вылова. История промысла морского окуня — это история открытия и быстрого исчерпания все новых и новых глубоководных банок. В 1950 году рыбаки ФРГ обнаружили плотные скопления морского окуня на банке Розенгартен (между Исландией и Фарерскими островами), интенсивный промысел за несколько последних лет буквально опустошил этот район. В 1955 году последовало открытие банки Антон-Дорн, и тем запасы окуня были вскоре подорваны. Та же участь постигла окуня и у побережья Норвегии и в северо-западной части Атлантического океана.
Объясняется это тем, что морской окунь очень медленно растет и поздно достигает половозрелости. Те небольшие экземпляры, которые лежат на прилавках рыбных магазинов, имеют возраст 15-20 лет! Следовательно, после истребления окуня в каком-нибудь районе нужно очень долго ждать восстановления его запасов. Очень медленно восстанавливается численность камбалы, морских окуней, промысловых акул. Рост этих рыб условно можно сравнить с восстановлением векового бора или самшитовой рощи.
Гораздо быстрее растут и достигают половозрелости сельдевые и тресковые рыбы. Запасы мойвы, хамсы и сайры можно уподобить заливному лугу: не успели вывезти сено, а уже можно начинать новый покос!
Ответственная задача ихтиолога — установить, к какому именно типу (по динамике численности) относится промышляемая рыба, предвидеть, как изменяются ее запасы, рекомендовать наиболее оправданные масштабы вылова.

КОЛИЧЕСТВО И ПЛОТНОСТЬ
Современная ихтиология располагает немалым арсеналом средств, позволяющих оценивать рыбные богатства океана. Но для того, чтобы предвидеть производительность промысла, чтобы планировать улов на одно судно и на рыболовный флот в целом, недостаточно знать только количество рыбы. Производительность любого промысла зависит также от плотности облавливаемых скоплений рыбы. Подсчитано, что если бы в Баренцовом море вся треска равномерно рассредоточилась по горизонтали и вертикали, то каждое траление приносило бы всего одну рыбину. Современный траловый промысел возможен только благодаря тому, что рыба создает стаи, скопления. А плотность этих скоплений зависит от целого ряда факторов, среди которых общая численность рыбы далеко не всегда играет решающую роль.
Представим себе, что интересующая нас промысловая рыба стала вдвое многочисленнее; будут ли ее косяки вдвое плотнее? Нет, не будут. Не только рыбы, но любые водные и наземные животные при возрастании численности расселяются на более широкой площади. Напротив, вслед за падением численности сужается область распространения (ареал). При этом плотность населения может не меняться или меняться незначительно.
Вернемся снова к рыбе. С декабря 1963 по декабрь 1964 года общий вес половозрелой сельди в Норвежском море увеличился вдвое, а улов за то же время на дрифтерную сеть вырос всего на 20 процентов (со 108 до 130 килограммов).
Другой пример: с 1956 года уловы крупной морской рыбы сайды у побережья Норвегии резко снизились, но выросли в Фареро-Исландском районе. Как показал ихтиолог из ФРГ Ульрих Шмидт, причиной тому было сильное охлаждение моря, сместившее ареал сайды к юго-западу. Прежний запас сохранился, а возможности промысла сайды в одном районе ухудшились, в другом улучшились.
А вот как описывает Н. М. Книпович резкий перелом в промысле трески у Западного Шпицбергена: «В 1873 году несколько норвежских парусных судов заметили случайно большие количества трески у Шпицбергена; на следующий год туда пошли 3 судна и вернулись с богатым уловом; быстро развился у Шпицбергена большой норвежский тресковый промысел, продолжавшийся до 1882 года включительно, причем ежегодный привоз шпицбергенской трески только в два порта — Тромсе и Гаммерфест — колебался от 147 000 до 595 000 штук; но в 1883 году все суда, которые пошли на промысел у Шпицбергена, поймали всего 3 экземпляра трески, и шпицбергенский промысел временно совершенно прекратился». Следует добавить, что впоследствии треска снова появилась у Западного Шпицбергена, и в 1959 году там было выловлено около полумиллиона центнеров.
Из-за периодического похолодания и потепления Арктики промысловые рыбы в районе Западной Гренландии то появляются, то исчезают. Массовое мечение помогло выяснить, что треска сначала совсем не заходила в гренландские воды, потом мигрировала туда (от берегов Исландии) только на летний откорм и, наконец, создала у Западной Гренландии самостоятельное, обособленное стадо. Сейчас там происходит и нагул, и зимовка, и нерест трески.

БОЛЬШИЕ СТАНЦИИ НА РЫБЬИХ ДОРОГАХ
Рыба создает скопления далеко не везде. Например, Баренцово море разбито на несколько тысяч промысловых квадратов, а траловый флот использует всего пятьдесят — сто из них. Эти, по выражению моряков, «проходные» квадраты служат как бы большими станциями на рыбьих дорогах. Именно здесь задерживаются косяки. Одну из причин привязанности рыбы к определенным местам вскрыл советский ихтиолог И. И. Месяцев. По его мнению, рыба накапливается в зоне относительного затишья, где не нужно расходовать силы на борьбу с течением. Таким образом, большие станции на рыбьих дорогах — это места отдыха. Зимовка, откорм, нерест тоже происходят не повсюду, а только в пунктах с жизненно необходимыми условиями.
Охлаждение Баренцова моря особенно ощутимо сказывается на ходе промысла в мае — июне, то есть в период, когда треска и пикша занимают самые западные участки своего ареала. В холодные годы май — июнь бывают наиболее трудными месяцами для тралового флота. Так было, например, в 1964 и 1966 годах, когда рыба не ловилась. А уже в июле 1964 и 1966 годов промысловые косяки вернулись в «проходные» квадраты Баренцова моря. Запас промысловых рыб оставался практически постоянным и достаточным для выполнения плана, но вытеснение рыбы из самых продуктивных районов привело в мае — июне к резкому спаду промысла.

ВШИРЬ И ВГЛУБЬ
Для того, чтобы правильно оценить возможности промысла, надо смотреть не только вширь, но и вглубь. Например, успех лова донным тралом зависит как от горизонтального, так и от вертикального распределения рыбы. Донный трал облавливает лишь двух-трехметровый слой над самым грунтом: достаточно рыбе подняться немного выше — и она в безопасности. Поэтому ночью, когда придонные рыбы рассредоточиваются в толще воды, траловые уловы обычно уменьшаются. В туманную и пасмурную погоду уловы меньше, чем в ясную, солнечную.
На успех дрифтерного промысла ощутимо влияет даже лунный свет, заставляя сельдь или скумбрию погружаться в более глубокие горизонты.
Вот еще интересный пример. Нерестилища балтийской трески расположены в Борнхольской впадине. Если там застаивается вода, бедная кислородом, треска нерестится значительно выше дна, в средних слоях. Если же во впадину поступает соленая, богатая кислородом вода из Северного моря, то косяки нерестующей трески сосредоточиваются у самого грунта. Ихтиологи ГДР разработали простой и надежный метод предсказания уловов трески, следя за химическим составом воды Балтийского моря. В данном случае успех промысла зависит не столько от запаса, как от распределения рыбы под влиянием внешних условий.
Итак, много сложных факторов влияет на ход рыболовства. Это и численность рыбы, в свою очередь, зависящая от «урожайности» очередных поколений, от выедания хищниками, от промысла, и распределение рыбы — горизонтальное и вертикальное,— обусловленное особенностями внешней среды. Совсем не рассмотрен ряд важных факторов, таких, как скорость роста рыб, их взаимная конкуренция из-за пищевых ресурсов и нерестилищ.
Как правило, чрезвычайно сложные подсчеты практически неприменимы. Они требуют слишком обширной первичной информации, которую не всегда удается получить. Как установить масштабы естественной гибели морских рыб от хищников, болезней, паразитов? Можно ли точно выяснить предельный возраст, которого достигает рыба? А между тем множество подобных показателей следовало бы учесть, чтобы правильно оценить рыбные ресурсы. А их использование зависит еще от таких капризов океана, как штормы, туманы, айсберги...
Чтобы наметить плановые цифры вылова рыбы, приходится обычно использовать лишь несколько из важнейших факторов, влияние которых на ход промысла хорошо изучено. Чаще всего принимают во внимание численность молодой рыбы, которая пополняет основной запас, масштабы промыслового лова в предыдущие годы, возрастной состав уловов, ожидаемые гидрологические условия. Редко бывают удачными прогнозы, опирающиеся только на одну предпосылку, какой бы важной она ни казалась, например, на предполагаемую численность рыбы.

Мировой улов рыбы увеличивается очень быстро (значительно опережая прирост населения земли), и не только потому, что все успешнее удается предвидеть и использовать возможности добычи давно облавливаемых объектов. Большое значение для развития мирового рыболовства имеет освоение новых видов промысловых рыб, новых районов промысла и глубин.
Каких-нибудь десять — пятнадцать лет назад пятисотметровая глубина считалась предельной для работы трала. Сейчас советские рыбаки облавливают скопления рыб на глубине почти километра. Известны новые районы рыболовства у Северного Лабрадора, Южной Америки, Западной Африки, в Беринговом море. С каждым днем совершенствуется техника лова, разведки и исследований морских рыб. Подводные наблюдатели проникли в глубочайшие впадины Мирового океана.
На палубу промысловых кораблей попадают новые рыбы, незнакомые ни морякам, ни широкому потребителю. Необычайный, подчас причудливый облик этих посланцев океана — серьезное препятствие для их проникновения в торговую сеть. Как бы ни было вкусно и питательно мясо неизвестной рыбы, потребитель обычно предпочитает что-нибудь хоть и костлявое, но испытанное.
А использование массовых новых для нашего рынка морских рыб поможет увеличить уловы, сделает еще богаче и разнообразнее стол советских людей.


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz