каморка папыВлада
журнал Крестьянка 1984-09 текст-2
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 25.04.2019, 18:43

скачать журнал

ВСЕМ МИРОМ
Валентин СЕРГЕЕВ

«Что-то давно не читали о колхозе «Мир». Очерки о нем печатались в прошлом году в 8-м и 12-м номерах, а в этом году — только в 1-м номере о нем рассказывали. Интересно, удалось ли поднять это хозяйство? А может, завалили там дело? Тогда тоже не скрывайте, расскажите, как есть. Ведь все понимают, как нелегко вылезать из долгов, наладить настоящую работу. Собственных сил может и не хватить... У нас в Пензенской области тоже было немало отстающих хозяйств. Вытягивали их сообща, так что знаем, как это делать. Приглашаем специалистов «Мира» к нам, научим всему, чему сами научились. Да и мы смогли бы приехать, помочь и практически и советом.
Животноводы колхоза «Вперед к коммунизму» Лунинского района Пензенской области».
Это письмо пришло в редакцию «Крестьянки» в тот день, когда председатель колхоза «Мир» Гаврилов-Ямского района Ярославской области Анаит Георгиевна Лебедева и секретарь партийной организации Елена Михайловна Моругина вместе с корреспондентами «Крестьянки» уезжали в колхоз «Советская Белоруссия» Брестской области — по приглашению его председателя Владимира Леонтьевича Бедули, Героя Социалистического Труда. Он прислал в «Мир» телеграмму: «Предлагаю подумать вместе тчк чем сможем тем поможем тчк сообщите прибытие тчк Бедуля».
О том, что увидели гости в «Советской Белоруссии», рассказано в 7-м номере «Крестьянки». Пока еще рано говорить, что именно из богатой практики белорусских колхозников приживется на ярославской земле. А вот ответить на письмо читателей из Пензенской области — самое время.
Начну с того, что в колхозе дело не завалили. Налаживают там дело, стараются люди. Колхоз становится рентабельным — это, пожалуй, главное. Правда, до высокой рентабельности «Миру» еще далеко. В 1983 году доход составил всего 47 тысяч рублей. Но и этой скромной цифре там радуются — ведь прибыль начали считать, а не убытки, как раньше.
И все-таки колхоз идет в гору медленнее, чем хотелось бы всем — и колхозникам, и Гаврилов-Ямскому совету РАПО, и, думаю, всем читателям «Крестьянки». Почему? Вот об этом и пойдет речь. И пусть читатель сам судит: где правление недорабатывает, а с какой проблемой и не справиться самим. Словом, постараюсь рассказать о колхозе так, чтобы читатель видел все как есть.
Если бы удалось проследить, как добывался хотя бы один рубль из тех сорока семи тысяч, что образовали прибыль, интереснейшая получилась бы история. Да что там рубль, копейка могла бы о многом рассказать, подтвердить, что не зря ее издавна народ называет трудовой и что именно она, копейка, рубль бережет.
От убытков — к прибыли. За счет чего? Ответ вроде бы прост: за счет лучшей организации труда в колхозе, более рационального использования земли, техники, за счет экономии и бережливости. Но как много таит в себе простота ответа!
...Отсеялись нынче в «Мире» рано. Работали дружно, и на собрании, что провели сразу после окончания сева, выступающие не скупились на добрые слова в адрес полеводов. В похвале, когда она касалась безнарядного звена, возглавляемого агрономом Евгением Александровичем Черепениным, звучали даже нотки удивления — уж так ловко и споро звено работало! Ни опозданий, ни простоев. Колесом все крутилось!
В звене Черепенина 26 человек, и каждый владеет по меньшей мере двумя специальностями. Звено выполняет весь цикл работ — от задержания снега на полях и вывозки удобрений до сбора урожая и сдачи его на приемные пункты. Любой член звена материально и морально заинтересован в конечном результате, ему нет нужды ставить рекорды, допустим, на вспашке, гнаться за лишним рублем на ускоренном выполнении иной сезонной работы — он прочно «завязан» на конечный результат, он зависит от собственной добросовестности и добросовестности товарищей.
Не тяготит ли такая зависимость и тем более завязанность человека? Вначале тяготила, беспокоила, что скрывать. Многие работали с оглядкой на товарищей: не подводит ли кто, не лодырничает ли, не халтурит? Но постепенно проникались доверием друг к другу и оглядываться стали реже. Вместе подсчитывали, где и на чем можно сэкономить, обойтись меньшими силами и меньшими расходами, а где и не пожалеть сил, средств, времени, если эти затраты могут окупиться сторицей. Включили в звено учетчика Татьяну Ветюгову, и ей пришлось стать «замом по экономике», вести не только учет сделанного, но и рассчитывать, анализировать трудовые и материальные затраты, находить способы для того, чтобы копейка не только берегла рубль, но и удваивала.
Первый год работает звено Черепенина. И весь год оно на виду и на контроле у всех. Присматриваются к нему те, кому предлагали войти в звено, и те, кто хотел быть там, да не взяли. Почему один сам отказался, а другому отказали? Жалеет ли первый, досадует ли второй? Или радуются оба, что так получилось? Покажет тот самый конечный результат, на который «завязано» звено. Преимущества новой организации труда налицо: плюс к почасовой оплате, что шла членам звена весь год 81 копейка в час, каждый получил еще по 100 с лишним рублей,— аргумент в пользу безнарядного звена веский, но год на год не приходится... А как нынче сложится? Надо посмотреть, подумать...
Ну, что же, дело действительно новое. И организация новых звеньев станет возможной только тогда, когда преимущества будут очевидны и ощутимы, когда аргументом станет не только количество и качество выращенного и собранного урожая, но и «сумма прописью» в выплатной ведомости, почетная грамота и аплодисменты при ее вручении. И колхозный счет в банке, с которого можно взять пусть пока небольшие, но свои, не дотационные деньги на нужды колхоза, распорядиться ими по собственному усмотрению.
Стало быть, умно и расчетливо организованный труд — вот первое, что может позволить колхозной копейке сберегать и удваивать колхозные рубли. Справедливости ради замечу, что расчеты далеко не всегда еще точны, сбоев еще предостаточно в колхозе, тем более в животноводстве. И особенно в организации труда на фермах. И тем досаднее сбои, чем мельче причины, порождающие их...
Ворота фермы широко распахнуты, и коровы дружно выходят на вольный воздух. До выпаса около двух километров, и стадо не надо погонять: проголодались за ночь животные, трусцой бегут. Да и солнце уже высоко — восьмой час утра.
«Восьмой час?— спросит читатель.— Не оговорился ли автор, не врут ли у него часы? Добрые люди чуть свет скотину выгоняют!»
Автор не оговорился. И часы точные. Стадо выгоняют действительно в восьмом часу. Три с половиной часа пасут и гонят на дойку. Потом, когда спадет жара, снова в путь. А в восемь, а то и в семь вечера коровы уже под крышей стоят. Наелись, не наелись, а рабочий день у пастуха кончился.
Объясняется все очень просто: пастух живет на центральной усадьбе, в деревне Шалаево. А ферма, где стоят 107 коров, в пяти километрах, возле деревни Холм-Огарев. Пастух поднимается в пять, выходит в шесть. Час на дорогу. Вот и считайте, во сколько он стадо выгонит. Дояркам — на ферме пятеро работают — тоже удобно: и поспать хорошо можно, и по хозяйству управиться время есть. Только вот с надоями плоховато что-то, девять килограммов на круг. Это летом-то!
Нина Николаевна Бахилина — она заведует, фермой — готова винить за низкие надои всех и вся. Ее горячо поддерживает Людмила Васильевна Исаичева: виноваты, мол, кормовозы — всю зиму на голодном пайке держали скотину, не допросишься корму завезти. В кормушки и гнилье, и с землей силос попадает. Вот и отощали коровенки к весне, вот и летом мало молока дают...
Доярки не чувствуют себя хозяевами на ферме. Механизаторы, получающие наряд на подвозку корма,— тем более. Пастух — вообще человек для фермы посторонний и к тому же временный. Сезонник. Кто же здесь хозяин?
— А вот он, Сергей Михайлович. Все фермы ему подчиняются. С него и спрос.
Сергей Коломенчук слушает доярок молча, опустив голову, и по лицу его видно, что слышит все это не в первый раз. И знает: не в последний. Ему 23 года, главным зоотехником колхоза назначен недавно. Парень он скромный и отбиваться от острых на язык доярок еще не научился. Да и понимает, что надо не столько отбиваться, сколько решать волнующие доярок вопросы. А вот как решать?
Это главный вопрос для правления, для партийной организации колхоза и, конечно же, для самих животноводов.
Председатель, партийный секретарь, специалисты хозяйства давно пришли к выводу, надо вводить коллективный подряд, поставить оплату труда всех занятых на ферме — а не только доярок — в зависимость от надоев.
Но осуществить это не так-то просто. Что прежде всего требуется?
— Люди должны быть на фермах постоянные и надежные,— говорит заведующая фермой в деревне Коромыслово Муза Илларионовна Балдина.— А нас на ферме только трое постоянных: две доярки и телятница. Остальные — кормачи, механизаторы — кого пришлют, сегодня одного, завтра другого. Разве их к молоку привяжешь? Вот мы — да, привязались. И каждый для себя старается — оно вернее. Одной, глядишь, муж подсобит, травы накосит да подвезет, к другой дочь на дойку придет, прибраться поможет. А третья — одна да одна. Ясно, что в ее группе коров и надой невысок. Но где людей-то взять?
Где людей взять — вопрос не совсем точный. Желающих, как знает читатель из ранее опубликованных материалов о колхозе «Мир», множество: и приезжают и пишут сюда люди со всех концов страны. Где поселить людей, куда пристроить детей — вот в чем проблема. В колхозе нет ни одной резервной квартиры, ни одной койки в общежитии. Детский сад — всего 23 места.
А фронт работ в колхозе ширится. Растет поголовье дойного стада, телят стало больше — сказывается добросовестный уход за животными, племенная работа. Новые земли в оборот вводятся и тоже людей требуют. А люди — им нужны условия, и для работы и для полнокровной жизни.
Есть ли такие условия в «Мире»? На центральной усадьбе есть, хотя и там многое требует улучшения, а в деревнях, где разместились фермы? Далеко не везде. И даже та, показавшаяся на первый взгляд «мелкой» причина позднего выгона стада на пастбище — пастух далеко от фермы живет — не так уж мелка. Трудности с жильем, детским садом, школой — это проблемы, как принято считать, человеческие. Но они же и проблемы производственные, от их решения зависит организация и производительность труда, экономическая эффективность всего колхоза.
Сколько бы могло дать «Миру» внедрение коллективного подряда на фермах!
Специалисты Гаврилов-Ямского РАПО подсчитали, что в бригадах, работающих по коллективному подряду, производительность труда на треть выше средней по району, потери рабочего времени на 20 процентов меньше. В животноводческих бригадах — на таких же фермах, как и в «Мире»,— надои выше на 18—20 процентов, а зарплата чуть ли не вдвое больше. Почему? Да потому, что в летнее время доярки берут на себя дополнительные обязанности, «подряжаются» заготовить определенное количество кормов, используют свободные между дойками часы для работы в кормоцехах, на силосовании. В «Мире» же рабочий день некоторых доярок длится не больше четырех часов.
— Минутку,— скажет читатель,— разве рабочий день доярок так уж зависит от тех проблем с жильем, детскими учреждениями, что назывались выше? Неужели нельзя организовать их труд по тому же образцу, что в соседних хозяйствах, или так, как он организован в колхозе «Советская Белоруссия», куда ездили за опытом руководители «Мира»? И читатель вправе задать такой вопрос.
Не будем забывать о возрасте доярок, работающих на фермах в отдаленных деревнях. Большинство ушло было на заслуженный отдых, остальные — предпенсионного возраста. Молодых же раз, два — и обчелся. Не заманишь молодых в дальние деревни, ни жилья там для них нет, ни условий для отдыха. И развлечений никаких. Это реальные трудности, с которыми приходится считаться, и колхозу их преодолеть пока не удается. И как ни заманчив пример выгодного для хозяйства и для самих себя участия доярок в свободные от дойки часы на заготовке кормов или других работах, а «Миру» он не подходит. Пока по крайней мере.
Другое дело — центральная усадьба. Там построен довольно большой, на 320 коров, животноводческий комплекс. Просторно, светло. Механизмы действуют, облегчают труд. Но доярок и там не хватало. Вроде бы и здесь безвыходное создалось положение. Но выход все же нашли. Два года назад общими усилиями райкома партии, райкома комсомола и колхоза на ферму пригласили выпускников средней школы из Гаврилов-Яма — комсомольско-молодежный отряд. 28 парней и девчат выразили желание проработать в колхозе год, с августа по август. Им и отдали весь комплекс. В наставники выделили опытную доярку Нину Васильевну Поздееву и заведующую — Георгину Поликарповну Архипову.
Что и говорить: выручили ребята колхоз. Быстро овладели навыками доярок девушки, а парни, получившие еще в школе специальность механизаторов, успешно справлялись с подвозкой и раздачей кормов, уборкой навоза, с ремонтом механизмов.
Отряд стал хозяином фермы. Это был единый коллектив, сплоченный общностью цели. У всех одинаковая квалификация. Трудились дружно.
Прошел год. Несколько ребят ушло в армию, четверо девчат остались в колхозе, а остальные или поступили в вузы или устроились в городе. В августе прошлого года прибыл в колхоз другой отряд. Как-то так случилось, что и в колхозе и в райкоме комсомола посчитали, что он будет работать так же хорошо, как и первый. И особого внимания к отряду не проявили. Получилось же совсем по-другому. ...Надои упали. Работали кое-как, дисциплина хромала... Но вот к нынешнему лету председателю и комсомольской организации колхоза удалось переломить настроение молодых животноводов, дружнее и добросовестнее стали они работать. Увеличились надои, вырос и заработок. Однако подошел срок и им уезжать из колхоза. Новый отряд идет на смену — из соседнего села Шопша. Стало быть, комплекс будет обеспечен людьми. А старые фермы в деревнях так молодежи и не увидят. Кто же будет обновлять и деревни и фермы? Этот вопрос пока остается открытым, хотя именно там, вокруг дальних деревень, куда ни глянь, прекрасные выпасы, и колхоз рассчитывает в ближайшем будущем именно там и стадо увеличивать и надои повышать. Но как много для этого надо сделать!
И все-таки планы развития колхоза, роста его экономики, даже самые смелые, совсем недавно казавшиеся несбыточными, сегодня даже заядлым скептикам видятся вполне реальными. Набирает силу «Мир». Что говорить: постарались в районе, щедрость проявили, внимание отстающему хозяйству оказали. В январе нынешнего года обсудили вопрос о помощи колхозу на бюро Гаврилов-Ямского райкома КПСС. Да и до этого колхоз в районе не забывали.
С производственной стороны посмотрим.
За три последних года фондообеспеченность хозяйства возросла на 32 процента, наличие основных фондов на 100 га сельхозугодий составляет 97.6 тысячи рублей. (В среднем на одно хозяйство области — 88 тысяч рублей.) За этот же период колхоз получил 16 тракторов из 28 выделенных району. 7 автомобилей. В хозяйство поступило 1102 тонны минеральных удобрений (454 кг на 1 га). Выполнен большой объем работ по мелиорации земель: осушено 765 га, в том числе 594 га пашни.
Теперь с бытовой стороны взглянем: что прибавилось в колхозе за три года? Построены 4 жилых дома общей площадью 1773 кв. м — это 20 процентов от всего введенного жилья по району. Заложен детский сад на 92 места. Тоже вроде бы немало.
Как используется все, что колхоз получил и построил? Научились ли в «Мире» по-настоящему, по-хозяйски бороться за эффективность каждого гектара земли, каждого трактора или иного агрегата?
Пожалуй, еще нет. Еще много в колхозе участков, про которые можно сказать, что там что-то «недо...»: недодумано, недоделано, недоиспользовано. И в результате недополучено.
Большинство «недо...» устранимы своими силами, и читатель видел, где и как это можно сделать. Упор на собственные возможности, на внутренние резервы остается главной стратегией правления, коммунистов хозяйства, всего коллектива. В «Мире» не делают из этого тайны. Знают о главной стратегии и партнеры колхоза, и руководящие организации района и области. И относятся одобрительно, не прочь похвалить за это. Услышали, что руководители «Мира» в Белоруссию за опытом съездили, тоже похвалили, правильно, мол, делают. Предложение пензенских животноводов — приехать помочь — тоже, наверное, понравится.
Но «Мир» стоит на ярославской земле. Партнеры и подрядчики тоже не из-за моря — земляки, соседи. И хлеб едят не привозной, а тот, что в «Мире» или по соседству выращен. Так что не грех бы и заботиться получше, чтобы хлеба было больше. И молока, и мяса, и всего того, что в экономике называется «конечным продуктом». А пока... Вот несколько картинок с натуры.
...Машины, трактора, агрегаты сгрудились возле здания мастерской. Помещение небольшое, тесное, ветром насквозь продувается. Заведующий мастерской, толковый и энергичный парень Сережа Валдаев, сумел многое улучшить, перепланировать помещение, но и ему далеко не все под силу. Желания его скромны и незатейливы: пристроить теплозащитные тамбуры, установить калориферы, оборудовать кузнечный участок. Глядишь, и работа пойдет веселее, простаивать машины будут меньше. А если завести фрезерный станок, а если еще и кран-балка будет — так и совсем хорошо! Да и территорию машинного двора огородить бы, заасфальтировать. А пока трактор трактором вытаскивать из грязи приходится поутру, если ночью дождь лил. Свои механизаторы к таким условиям вроде бы и привыкли, а новых сюда не заманишь.
Второй год стоит пустым почти готовое картофелехранилище. Почти нет вентиляционных установок, воздуходувок. 500 тонн картофеля из-за этого зимовало в буртах.
Строили картофелехранилище специалисты управления «Яртэцстрой» Колхоз рассчитывал с их помощью и другие нужные позарез объекты возвести, но где там: отказал «Яртэцстрой» в помощи (хотя и далеко не безвозмездной) «Миру», сослался на увеличение объемов собственных работ. А без строительных организаций ни «Миру», ни другим поднимающимся хозяйствам района не обойтись. Не обойтись и без надежного партнерства с предприятиями агросервиса, без помощи, хотя бы кратковременной, в страду, городских промышленных предприятий.
Еще одна картинка с натуры.
Май месяц. Идет посадка картофеля. Вернее, должна идти полным ходом, и колхозники «Мира» все сделали, чтобы запустить работу на самый полный ход. И настроение боевое, и погода благоприятствует. Но...
Семенной картофель пророс, превратившись в единую, прочно сплетенную длинными ростками массу. Он отваливается глыбами, и рассыпать глыбу, очистить клубни от ростков, сложить в корзину, вынести, выгрузить в кузов — эта работа требует множества рук. Свои от мала до велика — от пенсионеров до работников бухгалтерии — мобилизованы. Предприятия райцентра прислали людей на помощь, но лишь четвертую часть от числа, на которое рассчитывали в «Мире». Обещали выделить машины, но и их нет. На звонки председателя колхоза руководители не отвечают: кто совещание проводит, кто в областном центре, кто в районном.
Тревожно и на машинном дворе. Два трактора вышли из строя на непросохших полях, деталей на замену нет. Для двух действующих Сергей Валдаев сливает дизтопливо и масло с других тракторов. Причина простая: свой автозаправщик стоит на приколе, инспектор районного ГАИ снял номера из-за неисправностей, а кто привезет горючее и масло?.. Нефтеснаб? Как же, жди... Без номеров стоят еще два грузовика. А поля, тщательно подготовленные, распахнутые во всю ширь, ждут, парят под горячим солнцем, ежечасно теряя влагу и живительную весеннюю силу.
В седьмом часу вечера к правлению подкатил «уазик» председателя райисполкома. Николай Александрович Ширин вник в сущность дела мгновенно. Сел к телефону, и на другом конце провода сразу один за другим стали возникать голоса тех, до кого не могла весь день дозвониться Лебедева...
Часа через два, благо было еще светло, двум машинам из трех, стоявших на приколе, строгий инспектор ГАИ вернул номера — машины были теперь в полном порядке. Подошел и заправщик с нефтебазы.
— Вот так, — сказал Ширин.— Поднимаем хозяйство. Всем миром!
И устало, чуть иронично улыбнулся, давая понять, что и сам хорошо знает цену такой помощи. Закурил и снова потянулся к телефону. Узнал, что в соседнем хозяйстве его заместитель помощь оказывает, и, распрощавшись, умчал в другой конец района.
И еще одна, последняя картинка с натуры.
В первых числах июля мне довелось присутствовать на заседании государственной комиссии по приему одного из участков — 187 гектаров — мелиорированных земель. Собрались в кабинете председателя, разложили на столе карту, проектную и сметную документацию. Волнующие минуты: мелиораторы сдают, колхоз и председатель РАПО принимают обновленную землю!
На бумаге было все гладко. Гладко журчала речь представителя мелиораторов. Председатель РАПО Болеслав Антонович Заблотский слушал внимательно и удовлетворенно...
Речь коснулась площади в 56 гектаров возле деревни Хватково. Работа там проделана большая: произведена раскорчевка, внесены удобрения, проложен дренаж. Но вот оказия: как раньше к этим угодьям подъезда не было — овраг, а в овраге речка,— так и теперь до них не добраться. Проект предусматривал строительство моста, а мелиораторы решили, что колхозники и бродом обойдутся. Вот и получается: и есть готовое к работе поле и нет его, поскольку оно недоступно. Опять «недо...»! Мелиораторам нужно отчитаться, а колхозу как быть? Лег овраг между партнерами, ни обойти, ни перепрыгнуть...
Пожалуй, и примеров и картинок с натуры достаточно, чтобы читатель представил себе, как обстоят дела в колхозе «Мир», почему он идет на подъем хоть и верно, но пока медленно. Почему не каждая трудовая копейка оборачивается рублем, не каждый рубль удваивается.

В страду непросто собрать людей — на полях от зари до зари.
Но уж соберутся — разговор идет деловой, горячий.
Сергей Коломенчук, 23 года, главный зоотехник колхоза. Много дел на фермах, и за все он в ответе.
На боевом ходу колхозная техника
Этот отряд молодых животноводов работает на колхозной ферме. Хоть веди оттуда передачу «А ну-ка, девушки!»
Сергей Валдаев, заведующий мастерской, — специалист, что называется, широкого профиля: шофер, тракторист, механик, слесарь, ремонтник, токарь...
Фото Б. ЗАДВИЛЯ


,,ХОЧУ ЛЕТАТЬ, ГДЕ ЗВЕЗДЫ..."

Женщина работала. Работала не спеша, точно и четко выполняя операцию за операцией. Ее лицо было спокойно и сосредоточенно, а голос до обидного будничен:
— Напыление идет хорошо, лучше даже, чем на земле...
Женщина в открытом космосе! Сенсация! Событие исторической важности. На земле, затаив дыхание, глазами телекамер следили за каждым ее движением, удивляясь смелости и... хладнокровию. Ведь что ни говори, но женщинам свойственны эмоции... Эмоций не было. Была лишь четко исполняемая работа здесь, в космосе, среди сказочных чертогов мироздания, среди холодных и ясных звезд... А над землей полыхали зарницы, шли грозы... Тяжелые теплые ливни падали на землю, поили леса, поля, сады. И девчонки, сняв туфельки, танцевали на мокром асфальте, закинув нежные лица к небу...
Женщина работала. Работа была скрупулезной, и, исполнив ее «на отлично», женщина не удержалась и подмигнула симпатичной зеленой звезде, до которой, казалось, если захотеть, можно было дотянуться рукой...
Ах, как хочется написать красиво! Например, так: «Бессонными ночами девочка любила глядеть на мерцающие звездные россыпи и мечтать, как однажды, преодолев земное притяжение, она поднимется в небо и полетит среди звезд, вслушиваясь в их музыку». Красиво, романтично, но... неправда.
Пройдет время, и летчик-космонавт СССР Светлана Савицкая на вопрос журналистов, когда же она все-таки стала мечтать о небе, ответит суховато, но искренне:
— Я никогда не мечтала, я знала, что буду летать...
Так что ночью Света Савицкая спала спокойным сном, а засыпая, думала не о звездах, а о формулах и чертежах, в которые для нее было закодировано небо.
Небо для дочери прославленного летчика дважды Героя Советского Союза Евгения Яковлевича Савицкого — для Светланы Савицкой, которая станет первой в стране женщиной дважды Героем Советского Союза,— было не романтической мечтой, а, если так можно выразиться, «средой обитания». Небо было работой отца. Небо было темой разговоров в доме, предметом воспоминаний друзей отца — фронтовиков, когда они собирались у Савицких. Небо стало призванием, работой Светланы.
Итак, профессия выбрана. Но ее еще нужно получить. В девятом классе втайне от отца Светлана отправляется в аэроклуб. Приемная комиссия непреклонна: нынешняя авиация не для женщин. Светлана воспринимает отказ как помеху, которую нужно преодолеть. Нет, не с помощью авторитета отца. Своими силами, это обязательно. Итак, в летчики не берут. Но небо открыто для всех...
В семнадцать лет Светлана Савицкая получила первый спортивный разряд по парашютному спорту. Это было в 1965 году. А потом прыжки, прыжки и прыжки. Одиночные и групповые, ночные и дневные, обычные и затяжные... И однажды тот, рекордный прыжок, первая ее высота! Покинув самолет на высоте 14 тысяч 252 метра, Светлана Савицкая в свободном падении пролетела 13 тысяч 716 метров. Скорость свободного падения составляла около сотни метров в секунду. Чтобы не обморозить лицо (температура встречного потока минус 52 градуса), ей приходилось большую часть пути на землю лететь спиной вниз.
И вновь приемная комиссия Центрального аэроклуба СССР имени В. П. Чкалова. На этот раз возражать уже никто не решился. На счету Светланы Савицкой было около 500 прыжков и три мировых рекорда...
Теперь она летчик.
Британские острова. Авиабаза Халлавингтон. Соревнования еще не начались, но журналисты уже определяют лидера. По их мнению, чемпионкой мира по высшему пилотажу будет американка М. Гаффни. Мнение специалистов совпадает с мнением прессы: полторы тысячи часов в небе — это что-то значит. Особенно в сравнении с тремя сотнями часов советской студентки — из Московского авиационного института — Светланы Савицкой.
Условия чемпионата предельно жесткие. Верхний предел по высоте — тысяча метров, нижний — сто.
Если же произойдет отклонение по направлению пилотажа хотя бы на пять градусов, оценка фигуры снижается на балл.
Чемпионат не делает скидок на авторитеты — побеждает сильнейший. Абсолютной чемпионкой по высшему пилотажу стала Савицкая.
Кто-то после этого успеха дебютантки поторопился сказать: «Его величество случай»... Следующие несколько лет опровергли это высказывание. Светлана Савицкая сохраняла лидерство среди женщин-воздухоплавателей. Восемь мировых рекордов скороподъемности на сверхзвуковой машине! Побит рекорд американской летчицы Ж. Кокран, продержавшийся более десяти лет.— Савицкая летала быстрее...
В 1977 году она удивила всех: достигла небывалой высоты в горизонтальном полете — 21 километр 209,9 метра на реактивном «Е-133». После этого уже тринадцатого по счету рекорда на одной из пресс-конференций ее спросили:
— А вы бы хотели летать еще выше?
— Очень хочу. Я хочу летать, где звезды...
19 августа 1982 года Светлана Савицкая достигла космической высоты. Через день после старта корабль, на борту которого космонавты Леонид Попов, Александр Серебров. Светлана Савицкая, состыковался с орбитальным комплексом, где несли многомесячную вахту Валентин Лебедев и Анатолий Березовой.
Женщину-космонавта встретили цветами, выращенными на орбите. Мужчины быстро оценили присутствие на станции настоящей хозяйки. Помимо проведения экспериментов и наблюдений, она взяла на себя все заботы по космической кухне. После завершения длительного полета Валентин Лебедев сказал, что из 30 недель, проведенных им на орбите, самыми «вкусными» были те, когда хозяйничала Светлана.
Возвращалась на землю Савицкая уже всемирно известной. Интервью, выступления, встречи. А она по-прежнему испытывала самолеты в конструкторском бюро, по-прежнему не пользовалась косметикой, сама себе шила платья...
Но мало кто знал о том, что она снова готовилась к космическому полету и к выходу в открытый космос.
И вот 25 июля Светлана шагает в пустоту космического безмолвия. 3 часа 35 минут длилась ее рабочая смена в открытом космосе.
Многие писатели-фантасты, рисуя картины строительства на орбите гигантских городов-колоний, способных путешествовать от одной планеты к другой, приблизительно угадали время первых экспериментов в этой области — конец XX века. Но в одном был ошибочен их прогноз — у первого орбитального монтажника-сварщика не мужское, а женское имя...
Посмотрите внимательно на эту фотографию. Она сделана сразу после возвращения «Памиров» на землю. Вглядитесь в лицо Светланы Савицкой, летчика-космонавта, дважды Героя Советского Союза: какое оно милое, усталое, земное — ее лицо...
А. НЕМОВ

Перед полетом.
И после...

Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz