каморка папыВлада
журнал Огни Болгарии 1972-04 текст-6
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 29.06.2017, 15:16

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

Анаконда
ТОДОР ВЕЛЧЕВ, рассказ

Сначала цирк дал несколько представлений в столице. Потом, когда набирающее силу летнее солнце стало поджаривать яйца прямо в витринах соседних бакалейных лавок, директор цирка решил, что пора брать курс на черноморское побережье. „Бедфорды" и „Шевроле" покатили разноцветные прицепы и фургоны по дороге к „раю, в котором не хватает только пальм". Прибыв в маленький приморский городишко, директор немедленно произвел рекогносцировку и пришел к выводу, что „публики здесь пропасть, а природа и море — лучше не сыщешь". По цирку был отдан приказ: „Остаемся здесь до конца сезона!"
После первого же представления по городку пошли толки и разговоры об ужасающих размеров змее, привезенной цирком, и об ее укротительнице. Говорили, что они не только живут в одном фургоне, но даже спят чуть ли не в обнимку. Это произвело столь сильное впечатление на местных „донжуанов", что ни один из них даже близко не решался подойти к оранжевому фургону. Кто-то, якобы, видел змею и укротительницу купающимися в устье впадающей неподалеку от городка в море реки. Свои впечатления об увиденном свидетель выражал одним весьма емким словом: „Потрясно!", хотя было не совсем понятно, о ком именно шла речь — о змее или ее хозяйке. Очевидцем этим был Зангадор — „Кефальный граф".
Однажды, когда укротительница повела в виде поощрения за достигнутые успехи свою воспитанницу на очередное купанье, Зангадор, притаившийся неподалеку за грудой камней, как раз собирался еще раз насладиться этим необычайным зрелищем. Но тут в треугольную змеиную голову вдруг пришла какая-то идея. Анаконда повернула прочь от своей хозяйки и поплыла вверх по течению реки. Укротительница подумала, что змея решила поохотиться и скоро вернется обратно. Но зов, уводивший анаконду, не был голосом или запахом какого-либо животного. Просто она вдруг почувствовала себя свободной, сообразив, наконец, в чем дело, укротительница ужасно переполошилась. А притаившийся в камнях „пират", видевший, какой оборот принимают события, не без тайного удовольствия подумал: „Надо, пожалуй, ее словить. Только пусть сначала побегает". И опять-таки было неясно, кого из обеих он имел в виду.
Пресмыкающееся плыло вверх по течению. Река здесь мало походила на Рио Мачадо, да и растительность по ее берегам вряд ли можно было назвать тропической сельвой. Воздух отнюдь не кишел миазмами, а в свежей листве деревьев щебетали совсем не экзотические птички. Правда, в иных местах кроны деревьев совсем смыкались над рекой и тогда в сумраке зеленого туннеля, пронизываемого кое-где яркими лучами солнечного света, можно было видеть, как у самой поверхности воды играет рыба, проносясь серебряными тенями. И вдруг эту спокойную безмятежность нарушило появление извивающегося как серпентин и сильного как стальная пружина, тела змеи. В мире живых обитателей реки и ее берегов наступила паника. Первыми попрятались в свои норы водяные крысы. Какая-то глупая рыба выскочила из воды, вероятно, чтобы полюбопытствовать, в чем дело, но никто так и не услышал всплеска от ее падения обратно в реку — рыба исчезла в пасти анаконды, которая даже не остановилась в своем движении вперед. Берега реки сузились и впереди послышалось хрюканье — это сотни свиней возились в отгороженном от реки мелком плесе, ловко раскалывая ударами рыл валявшиеся вокруг тыквы и с аппетитом пожирая их. Анаконда подплыла к ним поближе, облюбовала себе некрупного поросенка и решила вернуться за ним, когда проголодается.
Когда солнце скрылось за вершинами горной цепи Странджи, укротительница потеряла последнюю надежду на возвращение змеи. Услышав о случившемся, директор цирка пришел в ярость, а его налившееся кровью лицо стало похожим на помидор. Тем не менее, он не стал сразу же увольнять укротительницу, и даже постарался успокоить ее, сказав, что змея, может еще и найдется. На розыски была отправлена группа людей с приказом не возвращаться с пустыми руками. „Местное население поднимет нас на смех, если узнает о таком головотяпстве", — сказал директор. И группа отправилась в погоню за змеей вверх по реке. Но анаконда к этому времени уже покинула реку, полежала, обсыхая, на берегу, и, почувствовав холод наступающего вечера, поползла по направлению к видневшимся вдалеке огонькам. Так пути змеи и ее преследователей разминулись. Некоторое время змея ползла среди кустарников, пока вдруг перед ней не открылось широкое пространство асфальтированного шоссе. Она выползла на него и тут же увидела, что прямо на нее летит маленький автомобиль. Змея мгновенно напрягла свои стальные мускулы, пытаясь избежать опасности, но в тот же момент почувствовала, что в ее тело как будто впились миллионы острых игл. Вдруг боль так же внезапно прошла. А пан чех, когда его „Шкоду" неожиданно сильно тряхнуло, чуть не выпустил из рук баранку руля, но все же ухитрился не дать машине выскочить в кювет. Он крепко выругался и сильно удивился, кому это пришло в голову бросать поперек дороги телеграфный столб. У него на родине такого никогда не могло случиться. А когда фары идущей вслед за ним машины осветили извивающийся и уползающий с дороги пятнистый столб, он не поверил своим глазам и стал усиленно протирать зеркало заднего обзора.
Перебравшись через шоссе, анаконда поползла к кемпингу „Глиняные кувшины". Развешанные в нем фонари, выдолбленные из цельных арбузов и украшенные разнообразной формы прорезями — дело рук трудолюбивых иностранных посетителей кемпинга — бросали вокруг причудливые пятна света, перемежающегося с наступившим ночным мраком. Змея скользнула в одну из неосвещенных палаток. Внутри, вытянувшись на надувных матрасах, лежали юноша и девушка, с оханьем смазывавшие кислым молоком сожженные солнцем участки кожи. Между матрасами лежала груда одеял, и анаконда тут же заползла в еще хранимое ими тепло. Почувствовав какое-то движение и услышав шорох, девушка подумала, что это юноша протягивает к ней руку. Юноша подумал то же самое, и на миг сердца обоих сладко замерли. Первым вышел из оцепенения юноша, и, оценив ситуацию, он действительно протянул руку и коснулся, как он считал, бедра девушки. „Почему оно такое холодное?" — подумал он и тут же снова оцепенел. „Бедро" под его рукой резко вздрогнуло и куда-то плавно заскользило. Он в ужасе вскочил, не зная, что подумать и стараясь стряхнуть с себя это страшное наваждение. Анаконды в палатке уже не было, она лежала снаружи, глядя на звезды и удивляясь, почему эти маленькие огоньки совсем не излучают тепла. Девушка в палатке тоже приподнялась с матраса и спросила, что случилось. Юноша ответил, что ему приснился кошмар, и обнял девушку. Так, в объятиях друг друга, их и застало утро.
Змея уползла из кемпинга и спустя некоторое время оказалась в каком-то деревенском дворе. Поползав по нему, она нашла сеновал, забралась в сено и тут же уснула.
А директор цирка в это время объяснял публике, что его пятнистая артистка простудилась в результате принятия морских ванн. Поэтому ее номер сегодня будет заменен демонстрацией дрессировки леопардов. Публика тут же разделилась на два лагеря — анакондистов и антианакондистов — и в цирке поднялся невообразимый гвалт. И тут же по рядам пронеслась весть, что анаконда сбежала. Многие зрители сочли это пустым слухом, но были и такие, у кого от этой новости по коже пробежал мороз. В их числе находились водитель „Шкоды" и юноша из темной палатки.
На следующий день, с самого раннего утра, вооружившись кольями и дубинами, гарпунами и охотничьими ружьями, множество добровольцев отправилось на поиски анаконды. Вся детвора попряталась по домам, не смея отойти от материнских юбок. Отцы подбадривали их: „Ну, чего же вы не бежите купаться?", но ни один сорванец не решался войти в воду. Проснувшись, анаконда заметила, что кроме нее, на сеновале спят еще человек десять. Змея бесшумно покинула компанию „диких" курортников. Солнце уже выкатилось из-за морского горизонта, и его лучи скользнули по влажному от ночной сырости туловищу змеи. Пресмыкающееся тут же почувствовало прилив сил и, не мешкая, направилось в ближайший огород. Какая-то молодка заметила его в кустах бузины и завопила: „Матушки-светы, чудище-то какое?" Чудище метнулось в соседний огород, но было уже поздно, так как его заметил один из добровольных охотников, который тоже закричал что было мочи: „Анаконда! Ловите анаконду!" И все тут же бросились ловить ее. Змея понеслась по направлению к морю. Выскочив на одну из улиц села, она стала извиваться с такой скоростью, что совершенно скрылась в поднятой ею при этом туче пыли.
Пока преследователи соображали, как бы им сподручнее поймать ее, она уже плыла в море по направлению к устью реки. Заняв позицию на вершине одной из прибрежных скал, Зангадор, как адмирал наблюдал за развертывавшейся кампанией ловли змеи. Когда же из кампании ничего не вышло, он заявил: „Анаконду с умом ловить надо!" Добровольцы закинули на плечи ружья, гарпуны и дубины и разошлись по домам.
Но Зангадор успел-таки высказаться, и его даже кое-кто услышал. Слух о том, что он берется поймать анаконду, скоро дошел и до цирка, и примерно через час перед ним уже стояли директор и укротительница. „Граф" встретил их весьма любезно, обслюнявил ручку укротительнице, многозначительно помял ее в своей пиратской лапе и разразился речью на каком-то тарабарском языке. Директор смотрел на то, как белая, нежная рука укротительницы подрагивала в сухих, с потрескавшейся кожей и твердыми, как железо, ногтями, пальцах „пирата", и думал: „А что, в самом деле, почему бы ему такими руками не поймать и анаконду, разницы большой тут нет". Зангадор же, отпустив руку женщины, тоже подумал: „За такую человек может и на тигра с голыми руками отправиться". Разговор между ними был короткий. Зангадор дал обещание сделать дело. Вечер этого дня прошел во взаимных комплиментах и всеобщем веселье. Когда время уже близилось к первым петухам, какая-то кикимора, глотавшая куски жареной рыбы не хуже анаконды, заявила во всеуслышанье, что нет и не может быть такого чудовища, которого не мог бы поймать Зангадор. За сим последовали крики: „Вива Занга! Вива Граф!"
Проснувшись на следующий день, Зангадор с трудом вспомнил о данном им накануне обещании. Ему очень захотелось отказаться от него, но тут перед его мысленным взором всплыла белая ручка, так нежно вздрагивавшая в его грубых руках. Он подошел к стенному шкафчику с нарисованном на нем красным крестом, вынул из него небольшой желтый пузырек, сунул его в карман штанов, и вышел из дому. Первым делом он прошел к крольчатнику, поймал самого крупного кролика, сунул его в корзину, покрыл сверху куском брезента и прямиком, как это подсказывала ему интуиция, направился к месту встречи с анакондой.
Он пересек баштан и вышел на берег реки. Змеи в реке не было. Но тут он вдруг почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Он поднял голову к раскидистой кроне дерева, под которым стоял, и там, в переплетенье густых ветвей, увидал похожие на сложенные горкой автопокрышки кольца змеиного туловища. Свесив из ветвей маленькую головку, змея с любопытством разглядывала „пирата". Одной рукой он вытащил из кармана желтый пузырек, другой из корзины кролика и протянул его змее. Та высунула похожий на двуххвостую плетку язык и облизнулась. В следующее мгновение она обрушилась на Зандагора и крепко обвилась вокруг него, сдавив ему грудную клетку. Воздух со свистом вылетел из его груди, так что заколебались трава и ближние кусты. Но он продолжал крепко сжимать одной рукой желтый пузырек, а другой — кролика, и при этом думал: „Если мне только удастся набрать в грудь воздуха — я ее на куски разорву! Только вот нельзя мне этого делать, я ведь обещал живой ее изловить". Змея же взглядом гипнотизировала кролика. Зангадор облил его жидкостью из пузырька и помахал им перед самым носом анаконды. Та не выдержала искушения, мгновенно проглотила кролика и тут же, ослабив кольца, сползла с Зангадора на землю. В воздухе распространился запах хлороформа. Змея вытянулась на траве и заснула...
В тот же вечер директор с цветком в петлице снова появился на манеже цирка. „Уважаемые зрители, сейчас перед вами выступят оправившаяся после непродолжительной болезни знаменитая анаконда Сукуджиро и ее укротительница — миссис О,Хара!" — он подмигнул сидевшему в центральной ложе Зангадору и объявил номер еще раз.
Под ярким светом прожектеров тела змеи и женщины состязались в гибкости, и сплетались воедино, так что временами взгляду было невозможно разделить их — женщину и змею, змею и женщину. Притихший, сидел в ложе старый „пират", не отрывая от арены грустных глаз.

Перевод ЮРИЯ ЦАРВУЛАНОВА
Рис. А. ДЕНКОВА


СТОПРОЦЕНТНАЯ БЮРОКРАТИЯ
АЛДО КАММАРОТА

Сеньор Горгонсола получил следующую повестку: „Просим явиться в Министерство с 11.45 до 18.45".
На другой день сеньор Горгонсола ровно в 11.15 вошел в здание Министерства. В вестибюле он увидел огромную очередь. Сеньор Горгонсола пристроился в конец и принялся терпеливо ждать. Его очередь подошла в 12 часов 10 минут.
— Вы по какому делу? — спросил его портье.
— Да вот, по этой повестке.
— Как ваша фамилия?
— Горгонсола.
— Пройдите, пожалуйста, к окошечку „Г".
Сеньор Горгонсола встал в очередь у окошечка „Г". Двигалась она очень медленно. Одни читали газеты, другие мирно беседовали; кто-то даже предложил перекинуться в кости или заключить пари — ведь надо же было хоть как-то убить время! Наконец, подошла очередь Горгонсолы:
— Вы по какому поводу?
— В связи с этой повесткой.
Сеньорита в окошечке долго разглядывала повестку, затем подала сеньору Горгонсоле лист желтой бумаги.
— Прошу подойти с ним к окошечку № 27.
Сеньор Горгонсола отправился туда. Там уже стояло шесть человек. И у каждого в руках был лист желтой бумаги.
Когда подошел его черед, сеньорита в окошечке посмотрела на лист и воскликнула:
— Сеньор, вы ошиблись. Вам нужно было подойти к пятнадцатому окошечку.
— Сеньорита, но я жду уже битый час, В окошечке „Г" мне велели подойти к вам.
— Сожалею, сеньор. Нужно было у меня спросить. Ничего не могу для вас сделать. Отойдите, пожалуйста, видите, сколько людей ждет...
Сеньор Горгонсола чертыхнулся сквозь зубы и направил свои стопы к окошечку № 15. Когда подошла его очередь, он подал служащей желтый лист. Она взяла карандаш и написала на листе какие-то инициалы.
— Сеньорита, в конце концов могу я узнать, зачем меня вызвали?
— Сеньор, идите к окошечку № 2, второй этаж, налево. Там вам все скажут.
Сеньор Горгонсола отправился к окошечку № 2. Перед ним было четырнадцать человек. Ждать ему пришлось всего час с четвертью. Он протянул желтый листок с инициалами сеньорите в окошечке. Она вынула из ящика резинку и стерла написанные инициалы.
— А сейчас идите на пятый этаж, окно № 148.
Там ему тоже пришлось прождать полчаса. Сеньорита взяла лист и... вернула ему его мокрым.
— А теперь отнесите его в девятое окно.
Сеньор Горгонсола был вынужден прождать перед окошечком № 9 три четверти часа. Наконец-то настала его очередь! Девушка взяла мокрый лист, вставила его в какой-то аппарат и через десять секунд вынула его совершенно сухим.
— Вот вам сухой лист и идите с ним к портье.
Сеньор Горгонсола встал в очередь к портье. Здесь он простоял минут двадцать пять.
Портье спросил его:
— Вы по какому делу приходили?
— Чтобы вернуть вам сухой лист бумаги, который был мокрым и который высушили в девятом окне...
— Хорошо. Ждите, вас вызовут.
Сеньор Горгонсола ждал полтора часа. Вместе с ним ждали примерно человек шестьдесят. При каждом вызове они поворачивали головы, словно заводные. Наконец, он услышал:
— Горгонсолес... Горгонсолес...
— Горгонсола — это я.
— Повестка у вас с собой?
— Да, пожалуйста...
— Портье взглянул на нее, затем разорвал в клочки и выбросил в корзинку для мусора.
— Все, сеньор. Теперь вы свободны и можете спокойно идти домой.
Сеньор Горгонсола глубоко втянул в себя воздух... и вышел из Министерства. Было семнадцать часов тридцать минут. В дверях Министерства он столкнулся с другими посетителями. Они торопились. У каждого из них в руках была повестка.


Иностранный юмор
без слов


АФОРИЗМЫ

Уже никто не борется за место под солнцем: напротив, каждый ищет тень поплотнее.

Что бы стало, если бы закон Архимеда был действителен и для общества? Насколько бы полегчали те, кто подсиживает других?

Довольно советовать человеку узнать самого себя. Не лучше ли уберечь его от большого разочарования?

Сказанное слово — брошенный камень. Разумеется, в кого-то.

Недостаточно скрывать свои мысли. Потрудитесь еще и забыть, куда вы их спрятали.

Говорят, что жизнь — это школа. Тогда следует учиться плохо, чтобы остаться на второй год.

Если ты считаешь, что являешься гостем на этой земле, то неприлично долго засиживаться.

АЛЬБЕРТ КОЕН


ПО ЖЕЛАНИЮ

Четверть века назад, когда мы еще покупали хлеб по карточкам, а ЦУМ существовал только как благое пожелание, какая-то мудрая голова догадалась поставить в центре столицы, на площади Славейкова, две телефонные кабины.
Предвидели люди, что с развитием техники единичная кабина долго не прослужит: и желающие поговорить по телефону найдутся, и аппараты начнут выходить из строя. Сбылось и первое, и второе. Положение, наконец, стало совершенно нетерпимым, когда оба аппарата, подражая, видимо, попам, начали только брать, ничего не давая взамен.
Тогда ученые головы мобилизовали свою умственную деятельность. Думали, думали и под конец придумали, или, точнее, скопировали откуда-то кабины-пятерки, явившиеся подлинной революцией в телефонном обслуживании.
Однако уже на следующий день выяснилось, что этим кабинам чего-то не хватает. Они имели только одну дверь, и это обстоятельство резко снижало их пропускную способность. И пока соответствующие специалисты ломали себе головы над тем, как улучшить конструкцию этого культурного достижения, народный гений сказал свое веское слово. Прежде всего он выбил стеклянные перегородки между кабинами, затем пробил резервные входы-выходы с боков. И с тех пор дело пошло на лад.
Войдешь, например, в первую слева, или по желанию, справа, опускаешь монетку, набираешь номер, слышишь щелчок, но ни с кем не соединяешься. Понимаешь, что стал жертвой очередного автомата-вымогателя, делаешь шаг влево, или, по желанию, вправо, снова опускаешь полагающиеся стотинки, набираешь номер, слышишь щелчок; делаешь новый шаг в сторону и в третий раз повторяешь манипуляцию. И если тебе улыбнется счастье, может, телефон тебя и свяжет с кем нужно. А если, не дай бог, утром тебе перебежала дорогу черная кошка, пеняй на себя. Тогда уж лучше садись на трамвай или, по желанию, на автобус или троллейбус, а в крайнем случае на такси и поезжай по нужному адресу. И прогуляешься, глядишь, и лично с приятелем увидишься, или, по желанию, с приятельницей. Вот так-то!
Будем мы еще там заниматься какими-то уличными автоматами! Даже не внося никакого облегчения в нашу жизнь, они все-таки делают полезное дело — постоянно напоминают, что мы живем не где-нибудь, а в развитой стране.
А это ведь не мало!

ВАСИЛ ЦАНКИН


В СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ СТРАНАХ

ЗВЕЗДЫ РУМЫНСКОЙ ЭСТРАДЫ

ДАН БАРЛАГЯНУ
(СПЕЦИАЛЬНАЯ КОРРЕСПОНДЕНЦИЯ ИЗ БУХАРЕСТА)
В последнее время румынская эстрадная музыка получает все большее признание как в своей стране, так и за рубежом.
Секрет этого кроется в том, что румынская эстрада не поддалась влиянию модных веяний, которые распространились — без особого успеха — по всем меридианам мира, она осталась верной мелодичности.
Мне хочется представить вам нескольких эстрадных певцов, которые пользуются большим успехом среди самых взыскательных любителей этого жанра как в Румынии, так и за ее пределами.

МАРГАРЕТА ПАСЛАРУ
Родилась 9 июля 1943 года. Закончила музыкальное училище. Удостоена Гран при на фестивале грампластинки МИДЕМ в Канне, удостоена отличия на фестивалях в Японии, Турции, Югославии, Польше, на Кубе. Выступала с концертами почти во всех странах Европы и в США.
— Что вы можете сказать о прошедшем, 1971 годе? Ведь это был тринадцатый год в вашей певческой карьере.
— Откровенно говоря, каждый год приносит человеку что-то, но в то же время и что-то отнимает. В 1971 году я участвовала во многих концертах и спектаклях, у себя на родине. Приняла участие и во II конкурсе эстрадного творчества в Мамае. И знаете, что меня обрадовало больше всего? То, что я получила приглашение участвовать в конкурсе народной музыки имени Марии Танасе в Крайове. Мне была оказана честь выступить на закрытии конкурса с сольным концертом. В конце года появилась грампластинка с записью моих новых исполнений. Пожалуй, надо бы упомянуть и о моем участии в мероприятиях, посвященных Дню печати в Турции (Маргарета Паслару получила Награду печати), в конкурсе на Мальте, о фестивале „Золотая лира" в Братиславе, о турне по Болгарии. Радует меня и то, что в Токио была выпущена пластинка с записью песни Раду Шербана „Нелепая любовь", которую я исполняла на японском языке.
— Мы все удивляемся вашей необыкновенной энергии и знаем, что вы не почиваете на лаврах. Вас считают всесторонне одаренной натурой. Можете ли вы сказать, что довольны абсолютно всем?
— Нет. Мне, например, очень жаль, что некоторые мои мечты не смогли осуществиться вовремя. Много лет подряд мне хотелось участвовать в музыкальной комедии. А сейчас я заявляю: все, больше не хочу! Мне кажется, что я уже не сумела бы сыграть так как нужно, роль юной певицы.
— Но в последних успешных мюзиклах роль героинь исполняют зрелые женщины, например, Барбара Стрейсанд, Джули Эндрюс...
— Нет. Я считаю, что сейчас способна на большее. Может быть, в 1972...

АУРЕЛИАН АНДРЕЕСКУ
Родился — 19 февраля 1941 года, закончил архитектурный институт. В 1971 году получил Гран при „Кубок Европы" на фестивале в Кнооке (Бельгия).
— Имеете ли вы точное представление о том, какое впечатление производите на публику? Чувствуете ли, когда вы ей понравились, а когда — нет?
— Будем считать, что сегодня я способен на большее, чем вчера, но чувствую, что завтра смогу сделать еще больше. Иногда бывает достаточно услышать певца, от которого можно многому научиться, чтобы почувствовать, как долго еще нужно работать над собой.
— Что значит для вас „учиться"? Как вы добились такой звучности голоса? Берете ли вы уроки пения?
— Боже упаси! Единственное, что я делаю, это слушаю хорошую музыку и свой собственный голос. Это дает мне возможность контролировать себя. Когда открываешь рот так, как написано в книге, а не так, как тебе хочется, то попадаешь в область „бельканто" и... прощай, легкая музыка! Это, однако, не означает, что я в принципе против школы... Хотя моя профессия и связана с признанием публики, у меня нет ни малейшего желания ни завоевывать, ни удерживать ее любым способом. Неудача не может сломить меня, а заставляет задуматься. Я никогда не стремился к тому, чтобы весь мир смотрел в мою сторону. Мое желание — завоевать симпатии нескольких настоящих ценителей музыки и постараться сохранить их как можно дольше.
— Что бы вы хотели пожелать самому себе?
— Иметь оркестр, с которым я мог бы репетировать днем и ночью.
— Вас не привлекает мысль самому писать эстрадную музыку?
— Я пробовал. Правда, никому своих опытов не показывал, так как считаю, что они оставляют желать много лучшего.
— Над чем вы работаете сейчас?
— Готовлю два произведения Георги Грегориу — „Спокойной ночи, цветы!", „Мираж" и музыкальную пьесу из репертуара „Битлсов".

ДИДА ДРАГАН
Родилась в 1947 году, закончила музыкальное училище, удостоена в 1971 году первой премии на фестивале в Мамае, выступала с концертами в СССР, Чехословакии, Польше.
Дида Драган не старается привлечь внимание публики дерзким поведением на сцене. Единственная ее защита — необыкновенная чувствительность и голос. Когда публика услышала в ее исполнении популярную песню Василаке „Старое фортепьяно", все были поражены нюансами, которыми она сумела разнообразить эту много раз исполнявшуюся до нее песню: в ее пении не было вокального блеска как самоцели, а было лишь стремление вложить в песню как можно больше сердечности и свежести.
Трудолюбие, настойчивость и постоянство дадут свои результаты. Дида Драган сумеет обрадовать тех, кто ценит настоящий талант.

ДАН СПАТАРУ
Родился 2 октября 1939 года. Закончил институт физкультуры и спорта. Получил Первую премию за исполнительское мастерство на фестивале в Мамае в 1969 году.
Выступал с концертами в СССР, ФРГ, Польше, на Кубе.
Вот уже шесть или семь лет он — певец № 1 румынской эстрады, абсолютный „чемпион" популярности. Самое характерное для него то, что он никогда не старался привлечь публику какой-либо нашумевшей зарубежной мелодией. Он завоевал себе славу исключительно как исполнитель румынской песни, на румынский текст, который он произносит подчеркнуто отчетливо. Дан Спатару всегда верен самому себе: его исполнения непосредственны, искренни, в голосе его иногда проскальзывают нотки ностальгии, а иногда — легкого юмора.


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz