каморка папыВлада - журнал Новая Игрушечка 1996-08 текст-2
каморка папыВлада
журнал Новая Игрушечка 1996-08 текст-2
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 27.03.2017, 23:23

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

Анатолий Митяев

ОМУТ
Здесь в чёрном зеркале воды
Лежат созвездья лилий белых,
Здесь оставляют — в миг — следы
Зелёных щук тугие стрелы.
И, отражаясь, облака
У камышей далёких тонут...
Мала прозрачная река,
Но как глубок дремучий омут!

ВЕТЕР
Воздушный океан опять
Прорвал хрустальные плотины.
В потоках воздуха кипят
На соснах мачтовых вершины.
И кажется сама Земля
Тысячемачтовым фрегатом —
Вот-вот обрубит якоря
И мощно двинется куда-то...

Рисунки Евгения Мешкова


Лев Кузьмин
МАЛЬЧИК
Быль

Тот зимний вечер помню, как сейчас. Я пришёл из школы, мама тоже дома, мы собираемся ужинать.
Настроение у нас хорошее, потому что завтра — каникулы.
И вдруг безо всякого стука-предупреждения дверь открылась, и прямо с мороза, с улицы к нам вваливается наш, из маминой деревни, давнишний знакомый — дядя Коля Вестников.
Несмотря на холод, от него, краснолицего, рыжего, так и валит пар.
— Здравствуйте! Я вот на станции зерно сдавал, теперь еду обратно. Так что собирай, Фаина, твоего Лёвку к нам в гости, в деревню. Об этом ваша тётушка Астя наказывала строго-настрого!
Мама отвечает в тон ему:
— Сначала скинь хоть шапку! Присядь к столу! А Лёвка подождёт, не велик он барин.
Но дядя Коля настаивает:
— Ждать некогда! На дворе и так потёмки!
И вот, осчастливленный в самый канун каникул таким жданным и нежданным приглашением, я собираюсь мигом. И вот мы с дядей Колей уже в санях-розвальнях.
Мама в предночных сумерках машет нам с крыльца, дядя Коля командует коню: "Но-о, Мальчик! Пошёл!", намёрзлые полозья взвизгивают, и мы круто от крыльца вывёртываем на дорогу.
Станционный посёлок тут и там в огоньках, но мы всё это минуем быстро.
Конь-конёк со славным именем Мальчик, нахрупывая по снежку подковами, несёт наши розвальни легко. Он не убавляет рысистого хода даже и тогда, когда мы сворачиваем с большой, широко разъезженной дороги на дорогу узкую, просёлочную.
Дорога эта вьётся под тёмным небом по белым лугам. С их раздолья и от скорой езды встречь нам тянет ознобный ветерок. Дядя Коля, не упуская вожжей, вытряхивает из-под соломенной подстилки тулуп, накрывает меня почти с головою:
— Вот! Ладно взял про запас. А то в пальтеце твоём на ветру не больно-то рассидишься... Кутайся, кутайся, да плотнее!
И от тёплого, лохматого, пахнущего и здесь, на ветру, деревенским уютом тулупа, от заботливых слов дяди Коли на меня вдруг накатывает волна не только радостная, но и волна удивительной ко всему нежности.
А впереди начинает всходить луна. И ночное небо в том лунном месте, и белые снега в лугах, и заиндевелые вдали рощицы стали тоже отсвечивать нежно-серебряным светом. Мне сладко уплывать в эту нежность. Мне приятно смотреть из-под тулупа на пробегающие сбоку саней тонкопрутые, чёткие кусты, на резковатого, но доброго дядю Колю, на старательного, ходкого коня Мальчика, — и всех, и всё я в этот миг люблю.
Люблю, но высказать стесняюсь. Боюсь: дядя Коля надо мной рассмеётся. И в таком вот, чуточку запутанном, состоянии я — странное дело! — засыпаю.
Сколько времени проспал, не ведаю. Пробудился от тревожного голоса дяди Коли, от быстрого стука и качки саней.
Я вскочил на колени, гляжу: а перед нами луна уже — в половину небес Мы мчим прямо на её свет. Дядя Коля припал к передку, руки с вожжами вытянул, кричит Мальчику:
— Наддай, наддай! Не выдай, милый!
И Мальчик мчится не рысью, а так по дороге и стелется. Он едва не вышибает задними подковами санный дощатый передок.
Я вцепился в полушубок дяди Коли:
— Что? Что такое?
Дядя Коля отвечает криком:
— Держись крепче! Волки!
— Где? — застылым сразу голосом сиплю я, шарю глазами.
И вижу: со стороны близкой к нам рощицы, взмётывая искрящийся под луною снег, летят три прыгучие тени. Летят к дороге, наперехват нашего пути.
У меня холод пошёл по телу. А дядя Коля всё кричит Мальчику, кричит, как человеку:
— Быстрей! Быстрей! Не дай им обойти нас! Если обойдут — не прорваться!
И, видать, не очень надеясь, что Мальчик поймёт, дядя Коля вдруг самым дичайшим голосом взгаркивает:
— Гр-рабят!
И Мальчик этот вскрик понял, наддал так, что мы едва из саней не вылетели, но и волки перенять Мальчика не успели.
Они оказались за санями позади. Только лучше от этого не стало. Они, все трое, несутся теперь не по сугробам, а по дороге твёрдой, и кажется: ещё скачок, ещё рывок и — вспрыгнут к нам на запятки.
Я на миг обернулся, увидел их заиндевелые морды, их жуткие, яркие глаза, и сразу уткнулся лицом дяде Коле в спину.
А дядя Коля, держа вожжи, шарится одною рукой в санях. Он выхватывает сложенную жгутом верёвку, зажимает один конец в кулаке, всем другим, гибким концом, освобождённым жгутом хлещет с размаха зверей по мордам.
Волки отстают.
А когда кидаются вновь, то дядя Коля верёвку дёргает, из стороны в сторону мотает, и на летящей из-под полозьев, мёрзлой дороге верёвка по-змеиному свистит, прыгает, вьётся. Волки перед ней ход свой сбавляют каждый раз.
Потом они, остроухие, на снегу тёмные, совсем встали. Поначалу я подумал: "Выдохлись!", но тут дядя Коля сказал голосом более ровным:
— Слава те, Господи! Деревня рядом!
И начинает сдерживать Мальчика. А я глаза оробелые поднял и тоже вижу: под луной на краю поля горит тёплая искорка, рядом другая искорка, и там во всю заливаются собаки.
Ну а Мальчик, как бы дядя Коля его не сдерживал, всё равно влетел в деревню чуть ли не вскачь.
Он маленько успокоился лишь тогда, когда дядя Коля распряг его, завёл в освещённую фонарём конюшню, поводил, утишая, туда-сюда по длинному меж стойл проходу, когда обтёр сухою тряпицей и поставил, наконец, к кормушке, полной сена.
Я тоже долго успокоиться не мог. Я даже у заботливой тётушки Асти, которой дядя Коля сдал меня с рук на руки, успокоиться не мог.
Тётушка меня расспрашивает, что да как, а я, знай, глаза пучу да охаю:
— Ох, волки... Ох, волки... Ах, если бы не Мальчик!
Едва тётушка отпоила меня тёплым молоком, еле-еле угомонила на тёплой печке.
А когда я наутро увидел в избяном окошке солнце, когда увидел там яркие, морозные берёзы, то мне стало казаться, что всё вчерашнее произошло не въявь, а во сне.
Так же было и на конюшне, куда я кинулся проведать Мальчика. Я думал: "Как он там? В порядке ли?", а он встречает меня ясным взглядом, охотно ловит губами с моей ладони подсолёную корочку и добродушным, негромким ржанием как бы говорит: "И для меня вчерашнее — будто сон! И для меня всё тоже — словно бы приснилось!"

Рисунки Евгения Мешкова


Из журнала "Игрушечка" за 1902 год

Глафира Николаевна Галина
ТРИ СЕСТРЫ

Рисунки Евгения Мешкова

Жили-были на свете три сестры — старые-престарые, как мир Божий, а звали их: Лень, Тоска да Нужда.
Зашли как-то сёстры в одну деревушку, расположились на сеновале близ жилья и стали совет держать, куда им дальше идти. Да и заспорили, кому кого слушаться надо.
Старше всех Лень была — народилась она вместе с первым человеком, ну и стала себе от сестёр почтения да уважения требовать. А сёстры давай артачиться:
— С какой такой стати мы тебя уважать должны? Работаем мы работаем, бьёмся мы бьёмся, чтобы человека скрючить, а ты знай себе на печке валяешься, только тебе и дела!
— Эх вы, глупые, глупые! — с важностью возразила Лень. — До старости дожили, а ума не нажили! Ведь кабы не я, вам бы и век с людьми не совладать. Кабы не я, так давно бы вас и на свете-то не стало!
— Ах, ах, ах!! — разахались Нужда да Тоска, тряся своими седыми космами. — Ах ты, старая хвастунья! Ишь, что выдумала! Погоди же: мы тебе покажем, кто сильнее и кому из нас почёт отдавать должно!
— Покажите, покажите, — спокойно сказала Лень, поглаживая свой толстый живот. — Да вот, чего долго думать? Ступайте-ка напрямик в крайнюю избу, к хозяину этого сеновала, попробуйте над ним свои силы, а потом уже и я к нему понаведаюсь! Положим месяц сроку на каждую из нас — и кто скорее того мужика в три дуги согнёт, та и будет первая, наибольшая между нами!
Переглянулись лукаво младшие сёстры.
— Ладно, покажем мы тебе, погоди ужо!
А Лень себе под нос усмехается:
— Там видно будет, миленькие! Ступайте, а я вот вздремну малость... Счастливого успеха!.. — И Лень повернулась на другой бок. А пока сёстры спорили, кому из них первой на испытание идти, она уже храпела так, что дрожали дощатые стены сеновала, и толстые пауки, сидя в своих паутинах, качались из стороны в сторону, как от ветра.
Чтобы положить конец спору, кинули сёстры жребий. Выпал жребий идти Нужде.
Кряхтя взяла она свою пустую суму и заковыляла к избе Петра — так звали беднягу мужика, к которому собрались три страшные гостьи.
Только вошла Нужда к нему в ворота да окинула своими зелёными тусклыми глазами чисто прибранный двор, как стряслась у Петра первая беда — захворала у него Бурёнка. А была Бурёнка корова гладкая, добрая, кормила молоком двух сынишек Петра, да ещё на базар возила молодая хозяюшка творог и сметану. Захворала Бурёнка и перестала молоко давать — не пьёт, не ест. Закручинились мужик с женой, ребятишки без молока отощали. Поехал Пётр в город за лекарем, что коров да лошадей лечит. Взял лекарь деньги, дал пойло какое-то, а на обратном пути у Петра лошадь захромала: еле-еле домой добрался. А пока ездил, Бурёнка пала.
Поплакали баба с детишками, погоревал Пётр, да недолго: тряхнул головой и налёг на работу вдвойне — недопивал, недоедал, недосыпал. И хозяйка рук не покладая трудилась. Ребята на что малыши, и те по грибы, по ягоды ходили — на рынок в город носили, корзины плели, на речке рыбу да раков ловили.
Глядит Нужда: ведёт Пётр новую корову на двор, ещё лучше прежней... Позеленела от злости Нужда и ну мужика то тем, то другим донимать. Тяжело приходилось Петру, но ни он, ни хозяйка не опускали рук, только вздохнут оба над новой бедой — Божья воля, дескать, — и снова работа кипит у обоих.
Билась, билась с мужиком Нужда, видит, срок к концу подходит — взяла да и подбросила ночью искру в хлев на солому. А Пётр как раз пораньше, до солнышка, на работу поднялся, заметил дымок, бросился и потушил разгоравшийся огонь. Истово перекрестился мужик, низкий поклон положил царице небесной, что не дала она, заступница, проспать ему избу.
Тут и срок Нужде кончился, и снова у мужика на лад дела пошли, а Нужда злая-презлая с сестрой на перекрёстке встретилась.
— Ну что, сестрица, справилась? — спрашивает Тоска.
— Как же, справишься с ним, — угрюмо буркнула Нужда, — такой кряж попался, замучил меня! А сам хоть бы что: знай себе работает. Иди ты, попробуй. Неужели же нам перед Ленью сплоховать?
— Не кручинься, сестрица. Уж я дойму мужичонку этого — будет он знать меня!..
И, погрозив костлявым кулаком, Тоска скользнула в ворота Петровой избы.
Как раз вся семья сидела за ужином.
Подкралась тоска к Петру и засела у него за плечами. Не понимает мужик, что за диво: заныло сердце, давит что-то, гнёт к земле.
А время было праздничное, нерабочее.
Схватил хозяин гармошку и заиграл, да так заиграл, что всё в избе ходуном пошло. Молодуха подбоченилась, а мальчонки так и вертятся по избе волчком, по полкам горшки заплясали.
Забрало Тоску за живое:
— Ну и мужик, вот так играет! — Да потихоньку и сползла с плеч и ну притоптывать, подпрыгивать. Пляшет Тоска, а Пётр знай играет да играет — уморил старуху до полусмерти!
На другой день Тоска опять за своё — давай мужика донимать: взгромоздилась на плечи, шипит ему в ухо.
— А, неотвязная! Ты опять тут?! — рассердился Пётр на Тоску, забрал цеп, пошёл на гумно — да как начнёт во весь мах молотить! Отлетит цеп — стук да стук Тоску по голове!.. Взвыла Тоска не своим голосом, грохнулась наземь, всю спину себе отбила. С тем и отступилась Тоска от мужика — больше не захотела и пробовать!
Чуть идёт, охает, кряхтит Тоска, мужика ругает, а Нужда на дороге её дожидается.
Поглядели друг на друга сёстры и молча побрели на сеновал, откуда слышался храп старшей сестры.
Открыла Лень заспанные глаза, усмехнулась и, позёвывая, стала сестёр расспрашивать:

страница отсутствует
страница отсутствует
страница отсутствует
страница отсутствует


Виктор Ерёмин
КТО МЫ И ОТКУДА

Беседа первая. АРИИ

НЕМНОЖКО О ПАМЯТИ
Ну-ка, скажите, помните ли вы дни своего раннего детства? Когда вы начали ползать или только-только учились ходить? Конечно, не помните. Правда, вам об этом рассказывали родители, но их рассказы не считаются. Ведь это их, а не ваша память.
Почему я об этом вас спрашиваю? С этого номера "Новой Игрушечки" начинается рассказ о далёком прошлом нашего народа. И точно так же, как человек помнит о своём раннем детстве что-то короткое, неопределённое, неясное, так и целые народы о своем начале сохранили в памяти лишь легенды и сказки — коротенькие, полные вымысла отрывочки из жизни первых пап и мам, бабушек и дедушек, внуков и правнуков.
Из таких отрывочков, словно из цветных стёклышек калейдоскопа, можно сложить сколько угодно узоров. Каждый повернёт по-своему трубочку, и будет у него свой, отличный от других узор. И некому подсказать, какой из этих узоров самый верный. Ведь в те давние времена все народы ещё только начинались.
Существует множество противоречащих друг другу рассказов о том, как появились на свет предки многих народов, в том числе и русского. В наших беседах мы будем говорить о том, что нам кажется самым верным и убедительным. А главное сейчас, чтобы вам захотелось больше, глубже узнать свою историю. Тогда вы станете читать другие книжки, знакомиться с другими предположениями и наконец сможете сами сделать свой выбор — где правда, а где ошибка. На то человеку и дана голова, чтобы сам думал и выбирал.

ЧТО ГОВОРЯТ О НАЧАЛЕ НАРОДОВ ХРИСТИАНЕ
Верующие люди считают, что первого человека сотворил Бог. Русские — православные христиане. Согласно нашей вере, первым мужчиной был Адам, а первой женщиной — Ева. Адам и Ева жили в созданном для них Богом райском саду. В раю они могли делать всё, что угодно. Им запрещалось только есть яблоки с дерева познания добра и зла. Но Адам и Ева согрешили: они поддались уговорам коварного змея и вкусили запретного яблока. За это Бог прогнал их из рая. И пошли Адам и Ева жить на земле.
Потомство Адама и Евы постепенно заселило всю землю. Но жили эти люди неправедно, убивали и грабили друг друга, насильничали, обманывали. Бог пытался образумить людей, но никто не хотел его слушать. Только праведный Ной и его сыновья Сим, Хам и Иафет поступали так, как велел Бог.
Тогда Бог решил истребить всё, что жило на свете, чтобы положить конец великим преступлениям. Но жалко было ему Ноя с сыновьями. Повелел им Бог построить ковчег. Сюда Ной собрал по паре всех живших тогда на земле птиц и зверей, погрузил еду и заперся в ковчеге вместе с семьёй.
Через семь дней начался ужасный дождь, который длился сорок дней и сорок ночей. Вода залила даже самые высокие горные вершины. На земле погибло всё живое. Спаслись только те, кто спрятался в ковчеге.
Когда потоп кончился и вода спала, Ной и его сыновья с жёнами вышли из ковчега, чтобы положить начало новому человеческому роду. А Бог решил, что больше никогда не станет карать людей потопом. В знак своей милости к живущим на земле, повесил он на небе прекрасную радугу. С тех пор она появляется всякий раз, когда кончается дождь.
Сыновья Ноя стали родоначальниками всех народов. От Сима пошли семитские народы — арабы и евреи, от Хама — хамиты, то есть чёрные народы Африки; а от Иафета и его жены — народы севера, в том числе и мы, русские.
Поначалу все народы говорили на одном языке. Жили они дружно, богато, сытно. И вдруг возгордились люди, возомнили себя равными Богу. Решили они построить огромную башню до самого неба, чтобы можно было ходить к нему.
Строительство началось возле города Вавилона (это название в переводе означает "врата Божьи") и шло быстро и споро. Башня росла всё выше и выше. Увидел это Бог и возмутился гордыней человеческой. В наказание смешал он языки, и люди перестали понимать друг друга. Каждый говорил и делал, что считал нужным, но никто не хотел и не мог договориться с ближним. Все только мешали друг другу. Постепенно строители Вавилонской башни разбрелись по свету и дали начало семидесяти двум народам. Сама же башня рассыпалась, её развалины ещё можно увидеть на восточном берегу реки Евфрат в Ираке.
Так говорят о появлении разных народов верующие люди. Так рассказывает нам о начале человечества древнейшая русская летопись "Повесть временных лет", написанная преподобным Нестором-летописцем. К ней мы с вами будем обращаться ещё много раз.
Ну а как же решают вопрос о происхождении первого человека те, кто не верит в Бога? Они считают, что народы образовались постепенно сами собой.

ПЕРВЫЙ ЧЕЛОВЕК
Попросите у взрослых карту Европы. Если вы сами ещё не умеете обращаться с ней, вместе с ними найдите на карте реки Волгу и Дунай. Где-то здесь, между этими реками, как говорят учёные, сорок тысяч лет назад появился на свет наш с вами первый настоящий предок. Сегодня его называют "хомо сапиенс", в переводе с латинского — "человек разумный".
В те времена на земле было очень холодно. Большую часть земной поверхности покрывал лёд. За сто тысяч лет до нашего времени с гор Скандинавии и Финляндии в направлении на юг начал сползать гигантский ледник. Почему так произошло, точно не знает никто. Льды заняли огромную территорию. Проследите по карте. В Германии они спустились южнее того места, где сейчас находится город Берлин, в Польше — до земель города Кракова. У нас вдоль реки Днепр ледник дополз до современного города Днепропетровска, а по Дону и Волге — до широты города Волгограда. Одновременно с гор Кавказа, Алтая, Гималаев тоже сползли льды и продвинулись на север. На огромных пространствах Европы и Азии раскинулись ледяные пустыни, подобные современным пустыням Гренландии и Антарктиды. Людям приходилось отчаянно бороться за свою жизнь.
Спасали людей умение добывать огонь и охота. Охота давала им и сытную еду, и тёплые шкуры для одежды. Самой привлекательной добычей для древних охотников был мамонт. Мамонты имели густую длинную шерсть и тяжёлые загнутые бивни.
Чтобы убить мамонта, охотники рыли на пути стада глубокие ямы и скрывали их ветвями деревьев. Потом при помощи огня они гнали мамонтов к западне. Когда зверь проваливался в яму, охотники добивали его копьями и камнями.
Вот я рассказал, как охотились первобытные люди, а вам, должно быть, и невдомёк, что вы эту историю уже не один раз слышали. В волшебной сказке о калиновом мосте, где Иван-Царевич с Чудом-Юдом сражается. А Чудо-Юдо хоботовое, оно людей хоботами хватает и в землю вколачивает. Так удивительно запечатлелось в народе воспоминание о первобытной охоте.
Священным животным для наших древнейших предков был огромный пещерный медведь. Звали его "старик" или "дед". Да и "медведь" это тоже не настоящее название, тоже иносказательное — "мёд ведающий", то есть "мёд знающий". Считалось, если назвать священное животное истинным именем, людей постигнет великое несчастье. Так и забылось настоящее имя могучего зверя.
На медведей тоже охотились, но только для того, чтобы поклониться им как богам. При этом приговаривали: "Ты не сердись, дедушка! Пойдём к нам в гости".
За несколько дней до начала охоты охотники, чтобы всё получилось хорошо, чтобы все живыми и здоровыми домой вернулись, пели особые "медвежьи песни", по семь песен в день. Семь было для древних людей священным числом. Говорят, что в те времена семь ярких звёзд и получили своё знаменитое название — Большая Медведица.
После охоты убитого медведя с великими почестями хоронили на особом медвежьем кладбище. Таких в нашей стране найдено много.
Если кто-то пытался нарядиться в медвежью шкуру или отведать медвежьего мяса, того предавали смерти за кощунство.
Об этом рассказывается в знакомой вам сказке. Помните, как старик отрубил медведю лапу и отдал её старухе? Ночью медведь пришёл на деревянной ноге к избе и запел:
Скрипи, нога,
Скрипи, липовая!
И вода-то спит,
И земля-то спит,
И по сёлам спят,
По деревням спят...
Одна баба не спит,
На моей коже сидит,
Мою шёрстку прядёт,
Моё мясо варит,
Мою кожу сушит.
Вскочил медведь в избу и съел старика со старухой.
Страшно? Это нарочно так было придумано, чтобы учить ребят соблюдать старинные обычаи.

СЕВЕР
Четырнадцать тысяч лет тому назад на земле началось потепление. Стали таять ледники. Согретая солнышком земля зарастала лесом. За ледником следовали привыкшие к более холодному климату животные. А за ними шли охотники.
Так постепенно заселили первобытные люди побережье Северного Ледовитого океана. В те времена на севере стало так тепло, что даже зимой температура не опускалась ниже 0 градусов. Совсем как нынче на Средиземном море. Да и Ледовитый океан тогда назывался Молочным морем за свою светлую воду. Это название тоже сохранилось в сказках: помните — молочные реки, кисельные берега...
На берегах Молочного моря прожили наши предки больше четырёх тысяч лет. Здесь сложился тот язык, который стал началом нашего с вами языка, Здесь же зародились и племена, которые позднее положили начало многим современным народам. Всех их учёные называют индоевропейцами, поскольку их потомки заселили в дальнейшем земли Европы и Индии.
Было среди индоевропейцев одно самое сильное, самое воинственное племя по названию арии. Арии создали древнейшую книгу гимнов, в которой рассказывается о богах, жизни и обычаях наших далёких предков. Эта великая книга называется "Ригведа".
Из всех живших на Севере индоевропейских племён история сохранила только имя ариев. Поэтому специалисты нередко называют этим именем предков всех индоевропейцев. Поступим и мы так.

АРИИ
Это были сильные мужественные люди, прославившиеся замечательными открытиями.
Ариев считают народом оседлым, то есть сидящим, живущим на одном месте. Свои жилища они строили из камня и глины и называли словом ДОМ. Дом должен быть крепким и надёжным, потому что служил многим поколениям одной семьи. В дом вело особое отверстие, закрывавшееся щитом из досок, его называли словом ДВЕРЬ. Как видите, слова далёких предков сохранились в нашем языке.
Арии придумали планировку городов и сёл. Так появились первые улицы. А поскольку ариям приходилось много и часто воевать с соседними народами, то, чтобы защитить свои жилища, они стали окружать дома и улицы толстыми стенами. Так появились крепости.
Арии хорошо владели ОГНЁМ, это слово досталось нам от них по наследству. В каждом доме была печь, в которой пекли, варили мясо, готовили пшённую кашу. Пили арии молоко и МЁД — слово это тоже вошло в наш язык. В хозяйстве держали коров, коз, волов, свиней, собак. И слова ОВЦА и ПОРОСЁНОК остались у нас. Где есть дом, там есть и непрошенные постояльцы. Рядом с нами живут МЫШКА, МУХА, с такими же названиями жили они и рядом с ариями.
Арии были знатными мореходами. Слово МОРЕ тоже арийского происхождения. Они бороздили морские просторы в ладьях и гребли вёслами.
Мореплавание требовало хорошего знания звёздного неба, и арии были отличными астрономами.
Но наибольших успехов достигли они в математике — арии создали десятичную систему счисления, которой мы с вами сегодня пользуемся. Это они придумали десятки, сотни, тысячи и миллионы! В календаре у ариев было десять месяцев (впоследствии их вытеснили двенадцать месяцев семитских народов). Арийские слова ДВА, ТРИ, ШЕСТЬ, СЕМЬ остались в нашем языке.
Арии были гордыми, независимыми людьми, само имя их переводится как "лучший", "самый лучший". В русском языке сохранилось слово ЯРЫЙ, то есть "наиболее арийский", "лучший". Отсюда и такие национальные имена, как Ярослав — "лучший славянин" или Ярополк — "лучший водитель полков". Когда вы будете читать нашу древнюю национальную литературу — былины, летописи, песнопения, то наверняка обратите внимание, что там часто используется слово "ярый" со значением хвалы.
Главным в жизни арии считали сохранение домашнего очага и семьи, а высшей целью семьи признавалось продолжение рода. Поэтому у ариев было много детей. Такие замечательные слова, как ПАПА, МАМА, СЫН, ДОЧЬ, БРАТ, СЕСТРА, — арийские. В переводе на сегодняшний язык они означают:
папа — защитник, господин;
мама — творящая, рождающая;
сын — рождённый, родной;
дочь — сосущая;
брат — держатель, несущий (брат считался покровителем сестры);
сестра — собственная, принадлежащая брату, покорная ему.
Арийского происхождения и такие слова, как СВЁКР и СВЕКРОВЬ, ДЕВЕРЬ, ЗОЛОВКА.
— Папа, — говорили арии, — главный человек в семье, он добывает для всей семьи пищу. Мама — его помощница и заместительница, она готовит для всех еду. Право на еду имеют все члены семьи, как и на одежду. Каждый обязан беречь и охранять дом и домашний очаг.
Свой дом арии считали храмом, посвящённым душам предков. Папа и мама были главными жрецами этого храма. Они строго следили за соблюдением семьёй девяти великих древних заповедей (их впоследствии переняли у ариев другие народы). Вот эти заповеди, хорошенько поймите и запомните их:
1. Чти богов.
2. Почитай родителей.
3. Почитай Отчизну.
4. Почитай гостя.
5. Держи себя в чистоте.
6. Не распускай чувств.
7. Не убивай.
8. Не кради.
9. Не лги.
Арии верили, что все предки человека являются его богами и защитниками. Поэтому самым дорогим для каждого было то место, где жили, трудились и умерли отец и мать, бабушка и дедушка, прадеды и прабабушки. Здесь человек должен трудиться сам и вырастить своих детей. В честь предков-защитников арии называли это место Отчизной или Родиной, то есть местом, где живут души РОДА, души отцов...
Арии первыми в истории человечества поняли, что самое страшное преступление — это убийство человека. Вначале их закон запретил убивать отца, потом учителя, потом родственников, потом сограждан и наконец любого человека, если он не угрожает Родине, семейному очагу или жизни другого человека.
Арии верили, что душа убитого обязательно найдёт в загробном мире душу убийцы и уничтожит её. Вот какой способ борьбы с несправедливостью придумали они. Если кто-то совершил несправедливый поступок, обиженный садился перед домом обидчика и объявлял голодовку. В случае смерти голодающего обидчик считался его убийцей...
Целых четыре тысячи лет жили арии на берегах Молочного моря. А потом вновь началось похолодание, и на землю стал наступать ледник. Его холод до сих пор гнетёт север нашей Родины. Стали отступать к югу леса. Невозможно было возделывать пашню и разводить теплолюбивый скот. Пришлось предкам индоевропейцев вновь уходить ближе к югу. Шли они долго, преодолевали великие трудности, боролись со стихиями, воевали с враждебными племенами. По пути они дробились, расходились в разные стороны, удалялись друг от друга, смешивались с местными жителями.
Те из них, кто ушёл на запад, стали родоначальниками немцев, датчан, шведов, норвежцев, исландцев, англичан, голландцев, фламандцев и других народов, а также литовцев, пруссов, латышей и многих славянских народов, в том числе и русских.
Другая часть племён направилась на юго-запад. От них произошли греки, древние италийцы, кельты, албанцы, итальянцы, молдаване, румыны и другие.
Само племя ариев отправилось на юго-восток. Долгое время они жили в междуречье рек Сыр-Дарьи и Аму-Дарьи, в предгорьях Гималаев. Там они разделились и разошлись в двух направлениях: те, что отправились на юго-восток, пришли к рекам Инд и Ганг и стали родоначальниками индийских народов; отправившиеся на юго-запад стали предками иранцев. Небольшая часть ариев поселились на Кавказе. Их потомки — аланы, или осетины, и армяне.

Продолжение следует

ВАВИЛОНСКАЯ БАШНЯ. 1563 Художник Питер Брейгель
НЕСТОР-ЛЕТОПИСЕЦ. 1885-1886 Художник Виктор Михайлович Васнецов
КАМЕННЫЙ ВЕК. 1882-1885 Художник Виктор Михайлович Васнецов
ГИМАЛАИ. 1943 Художник Николай Константинович Рерих


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz