каморка папыВлада
журнал Здоровье 1976-09 текст-5
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 19.06.2019, 20:08

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

ИНХЕБА-76

ПАВИЛЬОН СТРАН СЭВ

А. М. ЮДИН,
кандидат технических наук, заведующий ассортиментным отделом Московского филиала ВНИИхимпроекта

В КОНЦЕ июня 1976 года в столице Словакии, старинной Братиславе, восьмой раз открылись ворота Международной химической ярмарки. «Инхеба-76» демонстрировала достижения 22 государств.
В пятый раз здесь проводилась и самостоятельная выставка товаров бытовой химии стран — членов СЭВ. Ей был предоставлен один из самых крупных выставочных павильонов Братиславы — Зимний стадион. Болгария, Венгрия, Германская Демократическая Республика, Польша, Румыния, Советский Союз, Чехословакия показали в общей сложности более 3 тысяч различных видов товаров бытовой химии и парфюмерно-косметических средств. Эта выставка проходила под девизом «Бытовая химия стран СЭВ — пример производственного и торгового сотрудничества социалистических стран» и явилась наглядным свидетельством крепнущего научно-технического сотрудничества социалистических стран в области производства «химии в малой упаковке» — химических товаров народного потребления.
Ярмарку посетили партийные и государственные деятели Словацкой Социалистической Республики и Чехословацкой Социалистической Республики, заместители министров химической промышленности СССР, ГДР, ВНР, СРР, а также многочисленные делегации специалистов социалистических стран, делегации женских организаций.
На многочисленных встречах и дискуссиях обсуждались вопросы дальнейшего развития производства химических товаров народного потребления в странах социалистического содружества на основе интеграции, специализации и кооперирования. Эти идеи нашли отражение в другом девизе выставки — «Интеграция социалистических стран в области бытовой химии повышает жизненный уровень их народов».
Состоялся симпозиум специалистов из стран — членов СЭВ, на котором было прочитано около 30 научных докладов. В них затрагивались проблемы здоровья человека и охраны окружающей среды, связанные с использованием в препаратах бытовой химии и парфюмерно-косметических средствах новых видов синтетических и природных активнодействующих веществ.
Болгарский, венгерский, польский и румынский разделы экспозиции наиболее широко представили парфюмерно-косметические средства. Одной из главных тенденций, которая прослеживается в продукции этих стран, является включение в состав кремов, шампуней, пеномоющих добавок для ванн новых высокоактивных природных экстрактов. В качестве примера можно привести кремы с экстрактами корня женьшень, созданные польским объединением «Поллена». Польские косметологи подтверждают, что систематическое и правильное пользование кремами с высокоактивными биологическими добавками позволяет сохранять кожу эластичной и без морщин на долгие годы.
На стендах ЧССР и ГДР были широко представлены разнообразные виды синтетических моющих и чистящих средств, шампуней, препаратов для ухода за мебелью, полами, для мытья посуды и других целей.
Объединение «Сполана» (ЧССР) демонстрировало широкий ассортимент автокосметики.
В советском разделе выставки можно было увидеть товары бытовой химии самого различного назначения, в том числе много новой продукции. Среди экспонатов необходимо отметить синтетические моющие средства с пониженным пенообразованием для машинной стирки белья — «Эра-автомат» и «Лотос-автомат», шампуни «Кориандр» и «Пихта», пеномоющие добавки для ванн «Селена» и «Золотая рыбка» (для мытья детей). Заслуживают упоминания и высокоэффективные моющие средства с антистатическим действием — паста «Вита» и жидкость «Элона». Выстиранные с их помощью вещи не требуют дополнительной обработки антистатиками.
Высокую оценку специалистов получили новые средства борьбы с бытовыми насекомыми, которые выпускаются на основе синтетических пиретроидов — химических аналогов пиретроидов, входящих в состав цветов кавказской и далматской ромашек. Это «Антимоль ковровый», «Карбопин», «Неопин». Они практически безвредны для человека и в то же время высокоактивны по отношению к вредным насекомым: тараканам, моли, клопам и другим.
Большой интерес в нашей экспозиции вызвало новое средство для ухода за мебелью «Полироль-3». Он обладает антистатическим эффектом, что облегчает удаление с поверхности мебели мелких частиц пыли и замедляет последующее ее оседание. Высокую оценку получили паста для мытья домашних животных «Мухтар» и «Прополисный крем» в аэрозольной упаковке. В его состав в качестве биостимулятора введен прополис, который оказывает на кожу регенерирующее и противовоспалительное действие.
На выставке «Инхеба-76» традиционно был проведен конкурс товаров бытовой химии. Оценивало представленные препараты Международное жюри. В первую очередь учитывались такие показатели, как безвредность для человека, эффективность, качество упаковки.
Международное жюри удостоило золотых медалей «Инхеба-76» два советских товара: «Прополисный крем» (в аэрозольной упаковке) и «Автоконсервант» — средство для защиты от вредных воздействий атмосферы кузова автомобиля в условиях хранения его в осенне-зимний период под открытым небом. Оно обладает высоким защитным эффектом, выпускается в таре из пластического материала, в расфасовке по 900 граммов. Три советских препарата бытовой химии были награждены дипломами «Инхеба-76».
Золотыми медалями и дипломами отмечены также лучшие экспонаты и всех других стран — членов СЭВ.
Выставка товаров бытовой химии и парфюмерно-косметических средств на Международной ярмарке «Инхеба-76» продемонстрировала могущество химии в обеспечении домашнего уюта, чистоты тела и жилища, здоровья человека.
Братислава—Москва


А В ВАШЕЙ СЕМЬЕ ТАК БЫВАЕТ?

Рисунки Е. ЩЕГЛОВА

— Вот тебе игрушки на сегодняшний вечер...
— Пусть ребенок играет, а мы хоть спокойно поужинаем.
— Надоело! Купите новые!


ПЕЧАЛЬНАЯ ПОВЕСТЬ В ТРЕХ ЧАСТЯХ С ЭПИЛОГОМ

Текст Николая ЭНТЕЛИСА
Рисунки Л. САМОЙЛОВА

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. РЕЦЕПТ. НАСТОЙКА.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ. ДРУЗЬЯ. ПОПОЙКА.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ. КРЕНДЕЛЯ. ПОМОЙКА.
И ЭПИЛОГ. БОЛЬНИЦА. КОЙКА.


Врач разъясняет, предостерегает, рекомендует

ОПАСНОЕ СОЧЕТАНИЕ

Э. С. СТЕПАНЯН,
доктор медицинских наук
О. К. БРЫЗГАЛОВА,
кандидат медицинских наук

НА ПУТИ ликвидации туберкулеза в наши дни стоит одно, пожалуй, наиболее существенное препятствие — алкоголизм. А туберкулез легких сопутствует пьянству нередко. Алкоголь обезоруживает организм в борьбе с микобактериями — возбудителями туберкулеза. Под влиянием алкоголя нарушается обмен веществ, ухудшается всасывание белков, жиров, углеводов, витаминов. В результате постоянного травмирующего воздействия алкоголя развивается хронический воспалительный процесс в желудке. Одновременно поражаются печень, сердце, центральная и периферическая нервная система.
К тому же почти все любители выпить курят, что, как правило, приводит к возникновению хронического бронхита, пневмосклероза, эмфиземы. На таком фоне в легких развиваются повторные воспалительные заболевания, в значительной степени снижается естественная сопротивляемость организма. Все это, конечно, не может не сказаться отрицательно на течении туберкулеза.
Как известно, туберкулез вначале развивается незаметно для заболевшего, мало отражается на его состоянии. Тем более не насторожат первые проявления болезни человека, злоупотребляющего алкоголем. Разве смутят его легкое недомогание, снижение аппетита, повышенная утомляемость, потливость? Такое же состояние может быть результатом алкогольной интоксикации.
«Пьяному море по колено»... Даже в тех случаях, когда симптомы болезни ярко выражены, поглощенный постоянной заботой о спиртном, он не всегда или слишком поздно обращается за медицинской помощью. И волей-неволей становится врагом не только своего здоровья, но и благополучия окружающих. Если в легких уже образовались очаги распада, такой больной в большом количестве выделяет возбудителей заболевания.
Медицинские работники стремятся выявить туберкулез на ранних стадиях, до появления участков распада в легочной ткани, когда еще не возникает опасность передачи болезни. Это можно сделать с помощью проводимых у нас повсеместно массовых флюорографических обследований. Однако вследствие крайней недисциплинированности и беспечности людей пьющих их очень трудно, а порой невозможно своевременно обследовать.
Столяр Ш., 42 лет, давно пристрастившийся к алкоголю, систематически не являлся на флюорографию, проводимую на мебельном комбинате, где он работал. Вопрос о постоянно уклоняющихся от осмотров поставили перед администрацией, вмешались общественные организации. Наконец Ш. удалось осмотреть: у него была выявлена далеко зашедшая стадия туберкулеза легких.
Казалось бы, теперь, хотя и с запозданием, больному можно помочь, ведь в наше время туберкулез излечим. Увы, это не распространяется на пристрастившихся к алкоголю. Курс терапии, особенно в запущенных случаях, длительный — полтора-два года. Больной должен долго находиться в больнице и, выписавшись, соблюдать определенный режим, регулярно принимать лекарства, полноценно питаться, бывать на свежем воздухе и, главное, отказаться от алкоголя. Однако большинство страдающих алкоголизмом выбывают из стационара недолеченными, они не выдерживают длительного пребывания на больничной койке: уходят сами или администрация лечебных учреждений бывает вынуждена выписывать их из-за грубого нарушения больничного режима. Нередко срывают они лечение и в амбулаторных условиях.
У больного К. после десяти месяцев лечения в стационаре наметилось явное улучшение. Выписавшись из больницы, почувствовав себя хорошо, он перестал систематически принимать лекарства и вернулся к своей старой привычке — частым выпивкам. Пять раз помещали К. в стационары, но он продолжал выпивать, и его выписывали раньше срока. В результате левое легкое разрушилось, и ничего не оставалось, как прибегнуть к его удалению хирургическим путем.
Но и хирургическое лечение туберкулеза надо проводить своевременно. А пьющие больные обычно упорно не соглашаются на операцию. И таким образом часто упускается наиболее благоприятный момент для хирургического вмешательства. Не случайно поэтому именно алкоголики в основном и пополняют контингент хроников противотуберкулезных диспансеров.
Алкоголики, больные туберкулезом, нередко повинны в массовом и постоянном рассеивании возбудителя болезни, так как сплевывают мокроту на тротуары, в общественных местах, пренебрегая элементарными правилами санитарии и гигиены.
О серьезных последствиях возможного тесного контакта с больным открытой формой туберкулеза не должны забывать и собутыльники, распивающие «на троих» из горлышка или одного стакана.
Большую угрозу для близких представляет человек, страдающий открытой формой туберкулеза и алкоголизмом. В таких семьях детей и подростков изолируют в специальные санаторные учреждения, где им проводится химиопрофилактика туберкулеза, а взрослые члены семьи в домашних условиях принимают химиопрепараты. К сожалению, не все понимают значение этих предупредительных мер. Нередко родители не соглашаются на изоляцию детей и сами нерегулярно принимают препараты или преждевременно прерывают курс профилактического лечения. В результате страдают и дети и родители.
Больному туберкулезом и хроническим алкоголизмом надо одновременно лечиться от того и другого заболевания. И успех зависит прежде всего от того, найдет ли он в себе силы преодолеть пагубное влечение к алкоголю.


Трудный день Надежды Волковой

А. ЦЕССАРСКИЙ,
писатель, заслуженный врач РСФСР

РАССКАЗ
Окончание. См. «Здоровье» № 8, 1976 год.

НА СТЕРЖНЕВОМ участке неожиданно застали группу скалолазов в штормовках. Плотину нужно было укладывать в скальный створ, и комитет комсомола собрал всех работающих на стройке альпинистов. Они явились сюда «выбивать» отливки для своих хитроумных альпинистских креплений и тоже ожидали решения санитарного врача. Волкову окружили — доказывали, требовали, смеялись. И от солнца, лившегося сквозь стеклянную крышу, от сверкания металлических шин и труб, от молодых возбужденных лиц, от кипящего вокруг нее нетерпения ей стало весело, она поддалась этому бурному ритму: скорее, скорее!
Но дело с вентиляцией сложное, усилишь вытяжку, поднимется пыль. Нет, она не знает, что посоветовать, она ведь не инженер. На лекции в институте что-то говорилось об этом, она дома посмотрит свои записи, учебники, завтра скажет, пусть и они думают, ищут. До завтра! До завтра!..
Около трех Волкова наконец вышла из проходной. Вся еще во власти этого «До завтра!», она припоминала ту лекцию о вентиляции. Пожилой санитарный врач рассказывал о сложных и запутанных случаях в своей практике. Что же он тогда порекомендовал? Вспомнились слова, которыми он закончил лекцию: санитарные требования должны опережать технические возможности, только тогда они станут стимулом прогресса. В то время для нее это были только слова. А сейчас...
Она уже садилась в машину, когда к ней подбежал вахтер и сообщил: звонили из санэпидстанции, приехало областное начальство, требует немедленно. Она вспомнила: «завтра» для нее здесь уже не будет. И сразу почувствовала, что устала и ужасно голодна. Но нужно было еще заехать в детскую больницу и поспеть к пяти на каптаж. И она поехала в больницу.
В кабинете главного врача на диванчике сидела Вера Симович — второй врач санэпидстанции.
— А, сыскалась! — проговорила она.— Лида обзвонила весь поселок, начальство бушует...
— На механическом была.— Надя опустилась рядом с ней на диван.
— Что в столовой?
— Ларский объявил санитарный аврал, убирает. Представляешь, сам засучил рукава, натянул хирургические перчатки, как профессор,— и с метлой! — Она засмеялась.
Надя вдруг с острой болью ощутила, что она сегодня прощается со всем, к чему уже привыкла, что стало ее жизнью. И когда вошла Анна Сергеевна — главный врач, она долго не могла поздороваться, только кивнула ей и отвернулась к окну.
— Что, голубушка, выживают? — с обычной прямолинейностью спросила Анна Сергеевна своим сиплым, прокуренным голосом. Она много курила, говорила громко, у нее были мужские повадки, но дети ее не боялись, и она была хорошим врачом. Много лет она с сыном моталась со стройки на стройку. Она слыла человеком неуживчивым, бескомпромиссным, наверно, и дома с ней было нелегко.
— Ничего, голубушка, держись, не поддавайся! Девочки, надевайте халаты, пошли в отделение!
Дело было в том, что у ребенка, привезенного в больницу с воспалением легких из далекого таежного поселка, через две недели высеяли дизентерийную палочку. Обследовали родителей, соседей, детский сад — безрезультатно. Неужели внутрибольничная инфекция?! Это было невероятно, в больнице даже раздевалка походила на операционную — всюду строгая чистота, порядок, железная рука Анны Сергеевны, Дважды обследовали весь персонал, всех больных — тоже безрезультатно. Как все просто в учебнике, каждый случай разматывается по прямой ниточке: больной — путь передачи — источник. А в жизни оказалось не так: больной, а вокруг безбрежные дебри, попробуй найди! Волкова даже по ночам думала об этом случае, перебирала десятки возможностей заражения. Сегодня она решила сделать смывы — может быть, «преступник» оставил «отпечатки»?
В коридоре их ожидала помощница Дронова с пробирками, и они начали путешествие по больнице, снимая смывы с дверных ручек, стен, подоконников, столов и стульев...
Когда вернулись в кабинет, Надя была уже совсем без ног от ходьбы, от голода. На столе лежала записка: звонила Лида, начальство в гневе уехало к Лапшину. Но ей было уже все равно.
Смывы нужно было как можно быстрее доставить в лабораторию, и Волкова отослала с машиной Веру и Дронову, а сама отправилась на каптаж пешком. Анна Сергеевна вышла с ней на крыльцо — проводить. Подошла какая-то сморщенная, сухонькая старушка, поклонилась Анне Сергеевне по-старинному, в пояс.
— Спасибо тебе за внучика, опять по деревьям лазает, уже и портки изодрал, пострел такой...— не то ворча, не то смеясь, тараторила старушка.
И снова Надя испытала боль — ей еще никто не говорил таких слов. И скажет ли? Зачем, зачем выбрала она себе эту проклятую профессию, полную обид, унижения, борьбы, несбывшихся надежд, профессию, которую здоровые не понимают, а больные не уважают, профессию, в которой, чтобы заслужить простое спасибо, нужны годы, возможно, жизнь?.. Она медленно шла, точно в тумане. А с крыльца Анна Сергеевна кричала ей вдогонку:
— Держись, Волкова!
Жара спала, солнце было уже над лесом, и чувствовалось приближение вечера. Строители возвращались из котлована, медленно поднимаясь по крутым улочкам поселка, молча, с запыленными усталыми лицами. Многие здоровались с Волковой. У пивного ларька терпеливо топтались завсегдатаи, и бойкая, крикливая продавщица лихо орудовала кружками. Завидев Волкову, сделала серьезное лицо.
— Доктор, посуду мыть — воды не хватает! Говорила в орсе, не слушают, помогите!
— А ты пивом мой!— сказал кто-то; в очереди засмеялись.
Река уже потемнела, от нее тянуло холодком. Надя застегнула плащ. Но все равно было зябко, била дрожь. Внизу у самой воды застыла группа людей. Они смотрели в ее сторону. Ноги у Нади налились тяжестью, и она с трудом заставляла себя не замедлять шага. Но вот от группы отделилась щуплая фигурка, двинулась к ней. Это был Птицын. Когда он приблизился, Надя увидела, что он взволнован, растерян, глаза у него стали величиной с очки.
— Надежда Ивановна, а на что пломбу вешать?!
Только сейчас Надя сообразила, что вешать пломбу просто не на что. Каптаж — это труба с окошками, опущенная под воду. Тут не было ни дверец, ни заслонок, ни мотора, которые можно опечатать. Насос, качавший воду из каптажа, помещался под скалой в наглухо закрытой кирпичной будке. Наде стало смешно, так смешно, что она рукой сдавила себе горло, чтобы не расхохотаться. Птицын с испугом смотрел на нее.
— Надежда Ивановна, не волнуйтесь, пожалуйста... Куда-нибудь я ее привешу...
Надя только мотнула головой и прошла вперед.
— Здравствуйте, доктор Волкова!— вибрирующим высоким голосом проговорил представитель области.— Вы не дисциплинированны, я предупредил, чтобы в два часа...
— Я была занята!— сухо сказала Волкова.
Она сразу узнала молодого заместителя главного, который полгода назад знакомился с ее работой и обвинил ее в недостаточной требовательности. Если бы приехал главный! Он старый санитарный врач, еще можно было рассчитывать на поддержку. Теперь надежды не оставалось.
Лицо заместителя выражало презрение, светлые глаза смотрели стеклянно.
— Конечно, у вас больше дел, чем у меня! А я сделал девяносто километров, и между прочим, из-за вас.— Он обернулся к Лапшину, развел руками.— Таковы теперь молодые специалисты!
Лапшин, очевидно, не расслышал, потому что с воодушевлением продолжал прерванный разговор:
— Плотина что! Это умеем. У меня — восьмая! Проблема судоходства — вот это да! Шлюзы? Пробивать канал в этих скалах? Дрянь, каторга, сто лет! Ну и что, безвыходно, а? — Он ткнул локтем в бок представителя области.— Судоподъемник!
— А-а-а,— не удивляясь, протянул представитель.— Лифт.
Лапшин расхохотался.
— Цеплять за блок? А блок за облако? Лифт!..— Отсмеявшись, он наклонился к представителю и доверительно понизил голос.— Резервуар с водой, огромная чаша, в которой судно на плаву будет перевозиться через тело плотины.— И, помолчав, озабоченно спросил:— Вас устраивает такое решение?— Глаза его смотрели серьезно.
— Разумно, разумно,— важно одобрил представитель. Он вообще держался солидно, выражался веско, и было непонятно, откуда это взялось у человека, которому еще не было тридцати.
Лапшин мельком взглянул на Волкову.
— Так что делать с каптажом и с нашей дорогой через реку? Мнение Надежды Ивановны я вам докладывал, о тяжелом положении на стройке тоже.
— Нда-а...— представитель области покачал головой,— не сложились у вас тут отношения, не сложились... Как говорится, характерами не сошлись!
— Одинаковых людей нет,— неопределенно ответил Лапшин.— Ваше мнение, насколько реальна угроза для водопровода?
— Видите ли, угроза... Все относительно...— Представитель с тоской посмотрел на высокий берег, над которым небо еще было светлым, потер лоб.— Вы хотите так сразу... Конечно, в бою, так сказать, оправданы рискованные решения...
— Вы считаете, что дорогу делать можно? — в упор спросил Лапшин.
— Гарантировать трудно, хотя и перестраховка, знаете...
— Понял. Вы подпишете разрешение на дорогу?
— Подписать? — Представитель встрепенулся, ожил, даже порозовел.— Не уполномочен. Доложу руководству.
— Понял,— повторил Лапшин.
Надя слушала этот разговор, как во сне, точно издалека. Она смотрела в речную даль, где еще играли последние золотистые отблески и низко над водой летела какая-то черная птица.
— Может быть, Надежда Ивановна хочет высказать свое мнение еще раз? С учетом соображений представителя области?
Она не ответила, даже не обернулась.
— Ну, теперь главное, о дальнейшей работе доктора Волковой,— жестко проговорил представитель.— У меня правило: без околичностей. Ложная жалость — хуже воровства! В области есть мнение, что доктору нужно подобрать другое место для работы. Есть мнение, что она не сработалась с коллективом, с руководством стройки...
— А руководство стройки — это я!— в голосе Лапшина зазвучала странная металлическая струнка.
— Вот именно! Уважаемый человек, известный строитель, депутат. А доктор еще молода, мало опыта...
— Молода, молода...— Металлическая струнка звенела все сильнее.
— Молодость, конечно, не порок, особенно у симпатичной девушки,— добродушно посмеялся представитель, видимо, считая разговор оконченным.
Надя все смотрела в речную даль, и птица все летела и летела, не сдвигаясь с места.
— Так вот,— сказал Лапшин, и металлическая струнка вдруг оборвалась, и голос его охрип и стал злым,— так вот, насчет недостаточной требовательности передайте там в области, что она мне тут душу выматывает, да! И еще передайте, что мы вам ее не отдадим! Доктор Волкова прекрасно разбирается в делах стройки! Прекрасно!
Наступила мертвая тишина. Долгая, бесконечная. Но вот представитель забормотал:
— Простите... Вы же сами звонили, вызывали...
— Вызвал, чтобы услышать еще одно квалифицированное мнение.
— Я сказал... Я думал...
— Да, я понял,— голос Лапшина звучал уже вполне доброжелательно,— очевидно, вы тоже считаете, что Надежда Ивановна права.
Видимо, представитель совсем смешался. Он снова надолго замолчал. Потом жалобно проговорил:
— А как же стройка, тяжелое положение...
— Тяжелое положение остается,— весело, с задором сказал Лапшин.— Будем искать другое решение.
Надя слышала, как заскрипела галька. Голоса отдалились.
— Красивые места, не правда ли? — говорил Лапшин.— Город здесь будет фантастический! На пенсию сюда приеду. А сейчас — обедать! В столовой нас ждут. Ларский для областного начальства постарался.
— И доктор Волкова с нами!— так же весело воскликнул представитель. Он уже справился с собой.— Надежда Ивановна, поехали!
Но она не могла повернуться, слезы текли по ее лицу, и она часто-часто дышала. Она стояла, не шевелясь, слизывая языком соленые слезы и сердито повторяя про себя словечки, выскочившие из самого детства: «Плакса-вакса! Плакса-вакса!»
Лапшин обнял представителя за плечи и мягко повлёк к машине.
— Она нас догонит. Пришлю за ней машину. У них тут еще дела... Вот и помощник с ней...
Машина с шорохом покатила по гальке. За ее спиной переминался с ноги на ногу верный озябший Птицын. И она наконец разглядела в последнем зеленоватом свете дня, что то была совсем не птица. То сосенка выросла там, на голой скале и склонялась над водой, покачиваясь под ветром, будто махала крыльями.

Рисунок С. ТРОФИМОВА.


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz