каморка папыВлада
журнал Работница 1983-12 текст-2
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 17.10.2019, 10:43

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

"ДРУКАРЬ КНИГ"

Ровно четыреста лет тому назад, 15 декабря 1583 года, колокол Онуфриевской обители в городе Львове возвестил о кончине одного из прихожан, который сам себя именовал «Иоанн Феодоровичъ друкарь москвитин».
Это был Иван Федоров, русский первопечатник, один из самых выдающихся деятелей мировой культуры.

Толща веков, как непроглядная тьма, скрыла события его жизни. Только в самое последнее время кое-что стало проясняться. Найдены новые документы, выдвинут ряд гипотез. Предположительно родился Иван Федоров в 1510 году в подмосковном городе Коломне, будто бы учился в Польше, в Краковском университете, по профессии был оружейником и даже демонстрировал свои изобретения по артиллерийской части европейским государям...
Но достоверно известно, что в городе Москве 1 марта 1564 года была закончена печатанием религиозная книга «Апостол» (полное название — «Деяния апостольские и послания соборныя...»). Книги тех времен не имели титульных листов, а выходные данные сообщались в послесловии, которое переписчик или печатник добавлял от себя. В послесловии к «Апостолу» 1564 года сообщалось: «благоверный царь (то есть Иван IV Грозный) повелел устроити дом... идеже печатному делу строитися и нещадно даяше от своих царских сокровищ делателем — Николы Чюдотворца Гостунского диакону Ивану Федорову да Петру Тимофееву Мстиславцу на составление печатному делу... И первее начаша печатати сии святые книги». Этот день и считается датой основания русского книгопечатания, а книга «Апостол» — первой датированной русской книгой.
Введение книгопечатания в Московском государстве диктовалось исторической необходимостью. Письменность, рукописное книжное дело на Руси существовали, по всей вероятности, еще до Кирилла и Мефодия и, конечно, до введения христианства в 988 году. Книги усердно размножались в монастырях, повсеместно переписывались народом, как это убедительно доказали находки берестяных грамот. Конечно, это были книги в основном богослужебные и другие церковные произведения, по которым учились грамоте. Немало было в обращении и светских книг: переводы и переделки античных авторов, летописи, поучения, повести, жития, разнообразные сборники, в том числе лечебники, травники, книги о зверях, птицах и другие.
В годину вражеского ига русские книги были для народа знаменем возрождения и национального единства.
Рукописные книги писались медленно, считалось это богоугодным делом, многие переписчики были сами не сильны в грамоте, другие жаловались, что их «бес толкает под локоть». Ошибки, описки, искажения кочевали из списка в список, множились. Одной из причин введения книгопечатания Иван Федоров как раз называет испорченность «святых» текстов по вине «преписующих ненаученых сущих и неискусных в разуме».
Особенно много книг потребовалось, когда пала власть Золотой Орды и начался быстрый рост Русского централизованного государства. К тому времени промышленный способ печатания был уже изобретен в немецком городе Майнце Иоганном Гутенбергом, и книгопечатание быстро распространилось по Европе. Началось печатание книг и на славянских языках — в Черногории, в Польше.
Мы не знаем, где и у кого научился Иван Федоров сложному для той поры искусству книгопечатания, что его заставило стать дьяконом, кто указал на него царю и митрополиту как на мастера, способного должным образом поставить «государево книжное печатное дело». До нас, например, дошли неизвестно кем и когда напечатанные семь изданий, которые признаются наукой как вышедшие в свет в Москве ранее фёдоровского «Апостола». Быть может, это и есть ученические опыты великого первопечатника? Об этом можно только гадать. Но выход в свет «Апостола» уже тогда воспринимался как событие значительное, о нем упомянули даже летописи.
Иван Федоров выпустил в Москве еще две книги, и затем случилось необъяснимое — первопечатники с родичами и помощниками, со всем скарбом и даже, очевидно, с типографским инвентарем ушли за рубеж. По преданию, толпа мракобесов после их ухода разорила и сожгла Печатный двор. Но оставшиеся в Москве ученики продолжали дело, и книгопечатание с той поры уже не прекращалось.
Изгнанники обосновались сначала в Заблудове — имении знатного белорусского вельможи, гетмана Григория Ходкевича. Гетман, однако, не хотел ссориться с католическим духовенством и прекратил деятельность их типографии. Чтобы отвлечь Ивана Федорова от книгопечатания, гетман хотел подарить ему поместье. Но тот заявил, что его призвание «вместо житных семян духовные семена по вселенной рассевати...», и ушел во Львов.
Именно там в 1574 году и вышел его второй «Апостол», сделанный по образцу московского. В послесловии к этой книге Иван Федоров изложил историю своих странствий, рассказал о том, как пришлось покинуть родину «по вине начальник и священноначальник многих... которые зависти ради хотели благое во зло превратити». Поведал он и о своем безуспешном хождении по богатым людям и церквам, об отказе их жертвовать на русское книгопечатание, о том, как приходилось плакать от бессилия. Но поддержка пришла. Пришла с неожиданной стороны. Люди «неславные» (то есть незнатные) собрали по грошу на постройку типографии. И вот уже выходит федоровская «Азбука», первая наша учебная да и вообще светская печатная книга. А вскоре и богатый покровитель нашелся — князь Константин Острожский, Рюрикович по происхождению, магнат польского королевства.
Иван Федоров переезжает к князю в город Острог и там в 1580—1581 годах издает свое самое совершенное типографское произведение — Библию, в науке получившую название «Острожской Библии». Это фундаментальный издательский труд, объемом более 1000 страниц. Печатание полной Библии, огромного и сложного произведения, во времена гуманистов считалось экзаменом на высшую ступень печатного мастерства. В «Острожской Библии» впервые в русской издательской практике возник титульный лист.
Из Острога Федоров вернулся в «преименитое место», во Львов, где вновь началось мучительное безденежье, болезни — в ту пору ему было уже более семидесяти лет.
Историки насчитывают четыре типографии, которые в разное время создавал Иван Федоров. Вернувшись в последний раз во Львов, он пытался наладить еще одну, пятую типографию, но сил и здоровья не хватило. На его могилу легла каменная плита, где был высечен его издательский герб и гордые слова: «Друкарь книг пред тым невиданных».
Если вам представится случай, взгляните на одну из федоровских книг, вот хотя бы на «Апостол» 1564 года, он сохранился в числе не более 50 экземпляров, но имеется в основных музеях и книгохранилищах. Это не просто книга, продукт книгоиздания, это предмет высокого искусства. В нем гравированный на дереве фронтиспис, заставки, буквицы, шрифт благородного очертания. Издание и технологически совершенно: печать в две краски, отличный переплет.
Первопечатник Иван Федоров, как видите, проявил себя не только подвижником своего дела, организатором и технологом. Он был редактором, художником, поэтом, в общем, типичным деятелем эпохи Возрождения, которая, по словам Энгельса, «...нуждалась в титанах и которая породила титанов по силе мысли, страсти и характеру, по многосторонности и учености...».
Имя Ивана Федорова, московского печатника, чтит ныне весь мир.
А. ГОВОРОВ,
доктор исторических наук


ПОЛИТИЧЕСКАЯ АУДИТОРИЯ

МОРАЛЬ И ПОЛИТИКА ПРЕЗИДЕНТА РЕЙГАНА
Беседу ведет международник Анатолий АГАРЫШЕВ.

Этих солдат готовят в одном из лагерей США для проведения операций по «умиротворению» в странах Центральной Америки.
Фото ТАСС.

История потому и является учителем жизни, что учит нравственности. Даже из отрицательного опыта можно извлечь уроки, которые помогают утверждению высокой Истины. И все же как нелепо, как безнравственно жить одними лишь идеями прошлого, механически перенося их в сегодняшний день, не учитывать уроков истории и не видеть перспективу.
Об этом невольно думаешь, стараясь понять смысл выступлений президента США Р. Рейгана, полных неприкрытых угроз в адрес нашей страны. Для него, человека преклонных лет, воспитанного на «крестовых походах», предпринимавшихся империалистическими государствами против молодой Республики Советов, наша страна была и осталась «носителем зла», «империей дьявола». Даже опыт участия США и других западных стран совместно с СССР в единой антигитлеровской коалиции не смог сдвинуть Рейгана с мертвой точки этих заскорузлых представлений.
Шаркают, шаркают еще старыми галошами по давно пожухшей листве некоторые из когорты тех западных политиков послеоктябрьского периода, которые хотели задушить молодую Советскую Республику голодом и интервенцией, экономическими санкциями и войной. Словно не замечая ни изменений на политической карте мира, где отчетливо видно, как сузилась сфера империалистического господства, ни перемен в сознании большинства людей на земле, давно уже мыслящих совершенно иными категориями, чем Керзон или Вильсон, эти политики продолжают вынашивать мечту об уничтожении социализма.
Слушая их речи, ловишь себя на мысли: все давно знакомо, читано и слышано. И эти слова о Советском Союзе как о «носителе зла» и «империи дьявола» тоже были. И провокации типа засылки в советское небо шпионского, южнокорейского самолета тоже были.
Вспомним провокационный поджог рейхстага, совершенный фашистами Германии с тем, чтобы обвинить в этом коммунистов, а затем обрушить на них в своей стране жесточайшие репрессии, раздуть во всем мире бешеную антикоммунистическую кампанию. Вспомним, как, выступая в 1937 году на нюрнбергском съезде национал-социалистской партии (какой нравственный урок истории заключается в том, что именно в Нюрнберге состоялся суд народов над главарями фашистского рейха!), Гитлер, оправдывая свою милитаристскую политику, заявил о готовности Германии дать «решительный отпор коммунистической Москве». А сейчас президент Рейган внушает своим союзникам мысль об «особой ответственности» США в борьбе против «коммунистической опасности».
А разве не напоминают бесчисленные увертки, к которым прибегали США на переговорах в Женеве о сокращении стратегических вооружений в Европе, те «миролюбивые» заявления, которые время от времени делали руководители фашистской Германии, чтобы скрыть свою подготовку к войне? «Абсурдно думать, — успокаивал мировое общественное мнение в 1936 году Риббентроп, — что Германия подготавливает превентивную войну против СССР. У Германии нет ни материальных, ни психологических предпосылок для такой войны». Не в том же ли русле пытаются сейчас обрабатывать общественное мнение американские государственные деятели и пропагандисты, заявляющие, будто США подстегивают гонку вооружений лишь в интересах сохранения мира и «баланса вооружений»? И можем ли мы, советские люди, испытавшие на себе коварство и вероломство со стороны замшелых антикоммунистов, доверяться заведомо лживым, демагогическим заверениям некоторых политических деятелей Запада! Ведь решение о размещении ракет среднего радиуса действия в Европе, на которое пошли США вопреки воле подавляющего большинства населения европейского континента, приблизило угрозу войны к нашему порогу.
Мечта о мирной Европе, как известно, давно волновала воображение людей. Еще в 1849 году в Париже состоялся «Конгресс мира», созванный пацифистами. На нем председательствовал великий французский писатель-гуманист Виктор Гюго. Некоторые честные, но политически наивные люди полагали тогда, что достигнутая сила оружия делает войну недопустимой. Милитаристские же круги уже тогда пропагандировали «ограниченную войну» в Европе. Всем известно, что европейская «ограниченная война» вылилась в кровопролитную первую мировую. Но разве не по тому же пути идут сейчас государственные деятели США и некоторых европейских государств, заявляющие о возможности ведения «ограниченной», на этот раз ядерной войны в Европе?
Раздувая военный психоз, американская пропаганда вовсю спекулирует на цифрах экономических планов и фактах достижений Советского Союза в науке, в космосе, чтобы обосновать свой насквозь лживый тезис о подготовке СССР к войне.
И опять же вспоминаются времена не столь отдаленные. Ведь даже производившиеся советскими учеными в 30-е годы широкие исследования Севера западная, в том числе фашистская, печать пыталась преподносить тогда как факт, свидетельствующий о якобы ведущейся подготовке к войне. Строила ли наша страна Турксиб или Волго-Балтийский канал, на Западе немедленно заявляли, что это делается в целях «завоевательной политики» большевиков. А между тем военная машина для нанесения удара по Советской стране уже была создана фашистской Германией, и западные страны делали все, чтобы поскорее привести ее в действие. Она уже проходила испытания в Испании, точно так же как сейчас США отрабатывают действие механизма своих вооруженных сил на Ближнем Востоке, в Латинской Америке.
Советский Союз в тридцатые годы был единственной державой в Европе, последовательно выступавшей с требованием обуздания агрессора. С этой целью советская дипломатия выдвигала тогда идею создания системы коллективной безопасности и заключения договора о ненападении. Но страны Запада, сами оказавшиеся впоследствии жертвами гитлеровской агрессии, проявляли в те годы полное нежелание откликнуться на советские призывы. Не напоминает ли эта ситуация положение, сложившееся настоящее время в Европе, где СССР на протяжении ряда лет безуспешно добивается заключения соглашений, гарантирующих мир и безопасность этому континенту?
Конечно, хотелось бы верить, что здравомыслие не совсем покинуло президента Соединенных Штатов Америки Р. Рейгана. Хотелось бы верить! Но факты свидетельствуют об обратном. Такие серьезные факты, как решение о размещении ракет среднего радиуса действия в Европе, принятие широкомасштабных программ производства всех видов оружия — ядерного, химического, обычного, планы милитаризации космоса.
Хотелось бы верить в рекламируемые американской пропагандой нравственные качества президента Рейгана. Но пренебрежение к жизням и интересам миллионов людей, которое ежедневно демонстрирует президент Рейган, не позволяет этого сделать. И опять же напрашивается печальный, вынужденный вывод: нет, не добрая воля к миру движет действиями американского президента, а интересы того класса, тех империалистических кругов, которые представляют он и его правительство. Эти интересы идут вразрез с чаяниями миллионов людей, ярко демонстрирующих свою волю на массовых антивоенных митингах и демонстрациях.
Как же можно в момент, когда реальной стала опасность уничтожения самого человечества, доверять руководителям, оказавшимся глухими к призывам прекратить гонку вооружений? К голосам женщин, обеспокоенных будущим своих детей. К голосам молодых людей, которым необходим мир, чтобы строить и засевать землю. К голосам ровесников Рейгана, жизненный опыт которых предостерегает от авантюризма людей, наделенных такой властью, как президент США.
Если у кого-то и были иллюзии насчет возможности эволюции в лучшую сторону политики теперешней американской администрации, то события последнего времени окончательно их развеяли.
И все-таки мы верим: в настоящее время есть реальная возможность избежать нового мирового военного пожара. Но уверенность советских людей зиждется отныне отнюдь не на словесных пожеланиях мирного сотрудничества со стороны западных стран, хотя такое сотрудничество мы готовы поддерживать во имя всеобщего мира. Решающую роль в развитии международных отношений отныне играют те силы, которые выступают против развязывания новых войн, — мировая система социализма, развивающиеся страны, миролюбивые силы капиталистических государств, организовавшие широкое движение за мир и всеобщую безопасность. Эта вера зиждется также на уверенности, что на любую попытку сломать сложившийся военно-стратегический баланс, как заявил Генеральный секретарь ЦК КПСС, Председатель Президиума Верховного Совета СССР Ю. В. Андропов, Советский Союз сумеет дать надлежащий ответ. А у нас слово не расходится с делом.


НЕ ДАДИМ ВЗОРВАТЬ ПЛАНЕТУ!

«За безъядерные Балканы, за безъядерную Европу» — девиз Марша мира-83, инициатором которого были болгарские женщины. Марш начался на Кипре, пересек Грецию и завершился в столице Австрии — Вене. 1500 километров прошли его колонны по дорогам Болгарии. Среди участниц Марша — специальный корреспондент «Работницы» Надежда Попова, Герой Советского Союза, член президиума Советского комитета ветеранов войны.
Девятнадцатилетней ушла я с оружием в руках защищать Родину. Сегодня я тоже иду в бой — за святое право человека на жизнь. Иду с голубым флажком мира.
В огненном небе войны сражались с фашизмом мои боевые, подруги — девушки-летчицы 46-го женского авиационного полка. Многие из них не вернулись домой, заплатив самой дорогой ценой за победу. Мы считали тогда, в оглушительно счастливом сорок пятом, что навсегда переломали хребет войне. Но вот на землю опять упала ее зловещая тень. Я говорю об этом на митинге в пограничном пункте Кулата. на юге Болгарии. Меня слушают женщины из Венгрии. Чехословакии, Советского Союза, Греции. Кипра, Австрии. ФРГ (позже в Русе к нам присоединятся и женщины из Румынии). Нас около двухсот человек. Но рядом с нами все те. кто сегодня решительно протестует против варварских планов Пентагона и НАТО, отстаивая мир на земле.
«Здравец», — улыбается мне пожилая болгарка, протягивая букетик. «Здравец — травка, символический подарок, дорожи им, — приходит мне на помощь Елена Лагадинова, председатель Комитета движения болгарских женщин. — Когда мы, партизаны, отправлялись на задание, товарищи давали нам с собой здравец — на удачу. Иванка напутствует наш Марш на добро!»
Он и не может быть иным. Повсюду нас радушно встречают люди. С цветами. С плакатами. «Миру — мир!». «Не на войната». Перед Велинградом, приветствуя Марш мира-83, дети запустили в небо стаю голубей. Пусть летят, пусть разносят по всему свету нашу тревогу и нашу заботу.
А в самом Велинграде нас ждали на мебельном комбинате. Митинг. Выступает работница Радка Никодимова. И в первую и во вторую мировые войны у нее погибло много родни. Выросли сиротами сестры, братья. Даже подумать страшно, что такое может повториться. Все вместе мы должны спасти мир. Простые, убедительные слова. Седой высокий человек согласно кивает головой. Это Петр Халачев, который тоже работает на комбинате — украшает мебель резьбой. Сегодня он в другую смену, но специально пришел на митинг, захватив с собой внука. Пусть слушает. Петр воевал, сдружился с советскими солдатами — освободителями Болгарии, и он просит передать в Советский комитет ветеранов войны выполненную им деревянную композицию. В ней изящно переплелись символы плодородия и щедрости земли: тугие хлебные колосья, гроздья винограда. Таким видит будущее старый солдат. Но путь в будущее — только через мир, и его надо отстоять.
Никогда не забуду, как слушали работницы трикотажного комбината «Саня» в Плевене участницу нашего Марша Беату Гилринхауз. Она из ФРГ, ей тридцать лет, расцвет жизни, но она безработная.
— Вы можете проводить митинги, у вас весь народ и правительство за мир, — говорит Беата. — А у нас в стране бороться за мир очень трудно. Потому что власти нашей страны ведут милитаристскую политику, они решили разместить американские ракеты на территории ФРГ. Уже построены шахты для ракет и проводятся учения НАТО. Но мы продолжаем борьбу. Пять миллионов подписей было поставлено под Крефельдским воззванием против размещения ракет. Народ протестует, а правительство не внемлет.
Вот она, реальная правда, которую не затушевать никакими лживыми измышлениями.
Древние говорили: нас много — ты и я. Нас действительно много, когда мы не разобщены и стремимся к взаимопониманию. В колонне Марша мира-83 я встретилась и подружилась со многими женщинами. Это и Герой Труда НРБ Каля Добрева, прекрасная доярка и общественный деятель, это Элени Кости — с Кипра, это член бюро Федерации греческих женщин Катина Атанасиаду...
От имени всех женщин, принимавших участие в Марше мира-83 «За безъядерные Балканы, за безъядерную Европу», мы направили Обращение к Генеральному секретарю ООН, где выразили свою горячую обеспокоенность угрозой ядерной войны, нависшей над человечеством.
А потом мы прощались с доброй, гостеприимной Болгарией, и уже дома, в Москве, я получила письмо от Кали: «Испытываю большую радость и гордость от дружбы с советскими женщинами. Какое волнующее в них сочетание — много нежности и красоты и одновременно столько героического и любви к самому святому — детям и родине». Мне очень дорого это признание моей новой болгарской подруги. Но оправдать его можно только одним — дальнейшей напряженной работой на благо мира, на благо детей всех стран, во имя нашего будущего.
Н. ПОПОВА


СЛУЖБА ДЛЯ БАБУШКИ

Фото Н. ПЯТКИНА.
На страницах «Работницы» не раз шла речь о необходимости привлечения пенсионеров к посильному труду. Вот еще один аспект этой проблемы: пенсионеров приглашает к себе служба быта. Причем на очень выгодных условиях. Но они не спешат этим приглашением воспользоваться. Почему?

Этот парк находится в самом центре Ростова. Лесные тропинки, причудливые гроты, неожиданные холмики, родники... Сюда особенно любят приходить люди пожилые, с детьми. Я подсел к группе женщин и мужчин и задал им два вопроса: «Почему вы не работаете?» И еще: «Если бы вам в службе быта предложили работу, не требующую больших физических нагрузок, как бы вы к этому отнеслись?»
Не буду пересказывать смущенных, подозрительных, насмешливых и других реплик (типа «А ваше какое дело?»), характеризующих начало разговора, но, может быть, моя настойчивость, а скорее — непраздность самой темы заставили людей настроиться на серьезный лад. Двое заявили, что не собираются возвращаться к активному труду. Двое помялись вначале, а потом ответили, что один в прошлом учитель, другой — химик, охотно бы поработали, да ничего, кроме своей профессии, не знают. И, наконец, еще двое, указав на бегающих внуков, твердо заявили: «Мы, как видите, работаем, и довольно-таки напряженно».
Мое импровизированное социологическое «исследование» показало, что надомный труд заинтересовал третью часть неработающих. Основательные опросы ученых (они проводились в двух районах Москвы) подняли эту цифру до 40 и даже 50 процентов.
Проблема казалась легко разрешимой — надомный труд в сфере обслуживания всегда поощрялся. Но только на первый взгляд. В службе быта Российской Федерации в начале пятилетки на дому трудилось около пяти тысяч человек (менее полупроцента всех занятых в системе российского сервиса). Цифра ничтожная, если учесть, что возможный резерв таких работников в сотни, тысячи раз больше.
Что же мешает им прийти в службу быта, где так остро нужны рабочие руки? Оказывается, надомную работу не так-то просто получить. Странная ситуация, не правда ли?
До недавнего времени все объяснялось просто: надомники «проходили» по графе «общая численность работающих». Соответственно предприятию устанавливали и все прочие показатели: объем, прибыль, производительность труда. Угнаться за цеховым ритмом работы с ее механизацией, отлаженной технологией в домашних условиях нелегко. А какой же руководитель допустит, чтобы производственные показатели его учреждения выглядели уныло из-за каких-то пенсионеров и многодетных матерей?
Теперь предприятие не ограничивают в привлечении надомников, они не входят в «среднесписочный состав». Оплата их труда производится по специальным расценкам и нормам, утвержденным на самих предприятиях быта. Иными словами, «надомные» показатели нисколько не приглушают звука отчетных фанфар, если они и в самом деле могут звучать победно.
Итак, вопрос можно закрывать. Уважаемые бабушки, работайте, где вам будет удобнее, только работайте.
Но радоваться рано. Двери открыли, а в них не идут. Надомников в системе Минбыта РСФСР если и прибавилось — то совсем немного: сейчас их шесть с небольшим тысяч. Что же касается Ростова — специально поинтересовался, — здесь в службе быта всего 102 надомника, меньше 0,3 процента от всех там работающих. Хотя (факт весьма интересный и заслуживающий, возможно, специального рассмотрения!) их среднемесячная выработка выше, чем в среднем по управлению бытового обслуживания. Ограничен и круг работ, к которым привлечены надомники. В основном они работают в трикотажном объединении «Пушинка». Но на дому могли бы чинить и шить обувь, ремонтировать часы, шить платья и пальто, делать художественную вышивку, изготавливать головные уборы (есть список рекомендуемых надомных работ, разработанный институтом РосбытНОТ).
Всего этого нет.
Почему? Правовые проблемы решены. Теперь требуется инициатива и предприимчивость. Но проявить инициативу оказалось значительно труднее, чем изменить юридический документ.
Я разговаривал со многими руководящими работниками ростовской службы быта. Попытаюсь обобщить высказанные ими соображения, сгруппировав их, так сказать, по производственному принципу.
Мнение объединения ремонта и пошива одежды:
— Конечно, взяли бы надомниц. Да они к нам неохотно идут. Ведь если человек умеет шить, он и без нашей помощи обойдется — найдет клиентов. А те, что не умеют шить? Вряд ли в пожилом возрасте человек возьмется осваивать новую работу...
Мнение областного объединения «Рембыттехника»:
— Сейчас у нас на дому работает трое часовщиков — инвалидов первой группы. Наверное, могли бы взять больше. Да слишком хлопотное это дело. Надо привозить и увозить заказы, вести особую форму отчетности. Затратим больше, чем получим.
Объединение индпошива и ремонта обуви:
— Необходимость в людях есть. Но какой же обувщик надомник? Теперь для ремонта обуви применяют сложную технику. Разве поставишь в комнате станок?
Причины, как видите, серьезные. Но такие ли уж «тупиковые», как кажутся на первый взгляд? Попробуем разобраться.
«...Обойдутся без нас», «сами найдут клиентов». И в самом деле, умелец не пропадет. Если женщина может выполнить какую-то работу дома, зачем ей посредник в виде объединения. Так? Нет, не так! Даже самым опытным мастерицам гораздо выгоднее трудиться на предприятии, чем в одиночку. Ведь, кроме платы за изделие, которую, допустим, портниха получит от клиента, предприятие предоставляет ей. надомнице, определенные социальные блага: идет трудовой стаж, она получает оплачиваемый отпуск, путевки в санаторий, дом отдыха. Есть и другие выгоды. Постоянство заказов, которыми ее обеспечивает предприятие. «Забарахлит» машина — не надо искать мастерскую: тут же пришлют механика. К тому же. согласитесь, приятнее, престижнее ощущать себя не кустарем-одиночкой, а равноправным членом большой рабочей семьи.
Так почему же «не идут люди»? Думаю, в основном потому, что не умеем, не научились мы как следует рекламировать надомный труд, нет необходимой информации, касающейся этой формы работы.
Я нисколько не удивился, когда услышал на коллегии Минбыта РСФСР реплику одного из руководителей Орловского облбытуправления:
— Все перепробовали — по радио объявления давали, в газете печатали, а люди не идут.
И не придут. Если сидеть и ждать их. Мало дать стандартное объявление. Надо искать более активные формы привлечения людей. Ведь речь идет о пожилых, кому не так легко решиться на перемены в образе жизни.
В Киеве, в знаменитой фирме «Свитанок», когда искали нянь для малышей, бывало, подсаживались в сквериках к пожилым женщинам и беседовали с ними, рассказывали об этой работе. Приходили в отделы социального обеспечения, выбирали карточки пенсионеров, потом рассылали им открытки с приглашением на работу.
Разговариваю с генеральным директором Краснодарского трикотажного объединения Ольгой Александровной Ткаченко.
— У нас около ста надомниц — примерно 8 процентов общей численности рабочих. С каждой, кто собирается на пенсию, беседуем, просим еще поработать на предприятии, но уже не в цехе — там пожилым действительно нелегко, — а дома. И многие остаются. Средний заработок—130 рублей. Если у работницы собственная вязальная машина, доплачиваем за ее амортизацию. Так что к пенсии солидная прибавка! Наши пенсионерки сами определяют свой план, количество рабочих часов. И не было случая, чтобы подвели. У пожилых людей свое достоинство!
Да. у пожилых своя психология, не считаться с ней нельзя. Нужен особо уважительный, индивидуальный подход к каждому из них. Не всякий пенсионер постучится в отдел кадров. Он вообще не любит просить. Отказ причинит ему куда больше волнений и боли, чем человеку молодому. Что ж, посчитаемся с этим. Пусть кадровики или иные работники сами придут к нему, приветят, попросят, а то и уговорят поработать. Не будем считать это капризом. Воздадим человеку то уважение, которое он заслужил.
Не могу не вспомнить тот самый упомянутый выше социологический опрос в Москве. У научных работников были свои научные задачи, потому они ходили по домам и задавали людям вопросы в рамках, так сказать, собственного исследования. А в результате — вовсе не предусмотренном! — многие из тех, с кем они беседовали, не просто ответили «да» на вопрос, хотят ли они вернуться к активному труду, но и действительно к нему вернулись. В визите научных работников они увидели внимательное отношение к себе и по-своему ответили на него.
Проблема вторая: какой из меня (из него) бытовик? Что я (он) умею делать? Помните: об этом равно говорили и хозяйственники и пенсионеры. И от этого тоже не отмахнешься.
Так мы подходим к проблеме обучения. Понимаю, насколько она не проста. Тридцать лет, например, трудилась женщина в цехе или сидела за бухгалтерским столом, а на пятьдесят шестом или пятьдесят седьмом году жизни ей надо привыкать к швейной машинке, вязальному крючку. Да притом не для себя шить и вязать, а для производства, где и нормы существуют и за качество спрашивают. Обучиться на склоне лет новому делу не так просто. Но можно. И кто сказал, что обучаться надо обязательно под старость? Может быть, стоит начинать обучение, когда человек еще работает, но возраст приближается к пенсионному? Организовать, скажем, вечерние классы для тех. кому за пятьдесят? Уверен, что они не будут пустовать. Пожилым людям надо подсказать, помочь подыскать работу по силам и по душе. Здесь нужна профориентация. Странно звучит: профориентация для пенсионеров. Но когда поговоришь с пожилыми людьми, которые, уйдя на пенсию, просто не знают, куда себя деть, слова эти не кажутся странными.
Третья проблема: «в квартире не поставишь станок». Но обязателен ли он, например, при индивидуальном изготовлении обуви? Когда-то ведь шили обувь вручную, и совсем неплохо получалось. Забываться стало обувное ремесло, одно из самых уважаемых когда-то на Руси. Вот бы надомникам и возродить его...
Иное положение с трикотажницами. Ручная вязка хороша, но и машинная имеет спрос. Нужны надомникам обычные станки типа «Кашубки» «Северянки», которые и вяжут быстро и места занимают немного. Но их-то и не имеет служба быта — предназначены эти машины только для индивидуального пользования.
Здесь вопрос Госплану СССР. Меняется ситуация, расширяется надомный труд в бытовом обслуживании. Может быть, следует перераспределить «рыночные» и «производственные» фонды вязальных машин, чтобы бытовики получали необходимое оборудование непосредственно с предприятий? Правда, «Северянки» рассчитаны на небольшую нагрузку, четырех, а то и восьми часов ежедневной работы они не выдержат. Так не создать ли специальные станки для надомников? Впрочем, выдумывать ничего не надо. Видел я такие станки в Вильнюсе, в объединении «Дована». Станки небольшие, компактные, бесшумные (чтобы не мешать соседям). Местная промышленность Литвы такие станки делает для своих нужд. Почему бы не позаимствовать их опыт другим министерствам и ведомствам?
Я рассказал далеко не обо всех организационных проблемах, которые ждут решения. Могу отослать за опытом в Запорожье. В системе службы быта здесь создали первый в стране комбинат надомного труда, работает он успешно и приносит немалую прибыль... Трудится в комбинате около 700 человек (более 600 из них — женщины: пенсионерки, многодетные мамы и просто мамы с маленькими детьми). Работа: изготовление пластин из отходов меха, небольших ковриков, некоторых видов галантереи, головных уборов, дорожек, трикотажных изделий.
В первый год (это было в 1979-м) план у комбината был немногим больше 300 тысяч рублей. Сейчас приближается к полутора миллионам. Стало быть, перспективна надомная форма работы, выгодна. И в Запорожье видят возможности, резервы ее развития. Это ведь, в сущности, резервы расширения услуг, удобств, которые получаем мы все.
Но почему только в Запорожье? Разве подобное нельзя организовать и в других областях? У инициативы нет географии. Была бы инициатива.
И. ГЛАН

<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz