каморка папыВлада
журнал Работница 1983-11 текст-6
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 21.07.2019, 05:04

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

ВЫСОКАЯ СУДЬБА
Как государство заботится о женщине-матери? Не мешает ли активная общественная деятельность семейным обязанностям? Какой вклад вносят советские женщины в развитие культуры и искусства?.. Эти вопросы звучали на пресс-конференции, состоявшейся в Москве для советских и зарубежных корреспондентов. Ее тема — «Опыт решения женского вопроса в СССР в условиях многонационального государства».
Председатель Комитета советских женщин, член ЦК КПСС В. В. Терешкова сказала, обращаясь к журналистам, что важнейшим итогом пути, пройденного советской женщиной, к какой бы национальности она ни принадлежала, мы считаем формирование нового духовного облика женщины, присущую ей высокую гражданственность, сознание сопричастности ко всем делам своей страны. Значителен удельный вес женщин в отраслях промышленности, определяющих научно-технический прогресс, таких, как приборостроение, электроника. И среди научных работников женщин сорок процентов. Национальные кадры женщин-ученых выросли во всех республиках.
Сегодня почти половина всех занятых в народном хозяйстве Таджикистана — женщины. О них, замечательных труженицах, общественных деятельницах — людях высокой судьбы, говорила секретарь ЦК КП Таджикистана Г. Б. Бобосадыкова.
Ответственный секретарь Комитета советских женщин 3. Т. Федорова рассказала журналистам о деятельности Комитета. Он поддерживает контакты с женскими организациями более 120 стран мира. Большой интерес к опыту решения женского вопроса в Советском Союзе проявляют женщины молодых независимых государств Азии. Африки и Латинской Америки, они начинают свое развитие в условиях, сходных с теми, в которых начинался наш путь. Как одну из форм солидарности с женскими организациями развивающихся стран рассматривает Комитет оказание им помощи в оборудовании женских центров, детских садов, больниц. В адрес этих организаций направляются детская одежда и обувь, медикаменты, наборы для врачей-специалистов, детские игрушки... Комитет помогает и в подготовке женских кадров. Сегодня по стипендиям КСЖ в наших средних специальных и высших учебных заведениях учатся более 1000 девушек из 62 стран Азии. Африки и Латинской Америки.
На вопросы журналистов ответили заместитель министра культуры СССР Т.В.Голубцова, ткачиха Московского шелкового комбината имени П. П. Щербакова. Герой Социалистического Труда, депутат Верховного Совета СССР М.Д. Полещук и другие участницы пресс-конференции.
Завершая пресс-конференцию, Валентина Владимировна Терешкова сказала: «Наши планы — планы коммунистического строительства, планы созидания. И мы, советские женщины, хорошо понимаем, что выполнить их возможно только в условиях мира».
Л. КАРЕЛОВА

МЕЖДУНАРОДНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
Народная Республика Мозамбик. Большое внимание уделяется в этой стране, вступившей на путь социалистических перемен, охране здоровья матери и ребенка. Вот почему эта молодая женщина уверена в счастливом будущем своего малыша.
Фото В. МАСТЮКОВА.
ТАСС.

Жертвы «свободного» мира
„УЖ ЕСЛИ РОДИТЬСЯ, ТО МАЛЬЧИКОМ..."
Двухмиллионная Нагоя, четвертый по величине город Японии, жила своей жизнью. Люди медленно передвигались по раскаленным каменным лабиринтам, наивно прячась от солнца под легкими кружевными зонтиками. Стены зданий были оклеены рекламными афишами, пропагандирующими новый антисоветский киносупербоевик о похождениях агента 007.
Именно в эти знойные дни в Нагое происходило событие, уникальное по своему значению в жизни японского общества.
Мрачное серое здание с линялой надписью «Силвер». Производство радио и кассетных магнитофонов. Мы приехали сюда вместе с представителем местного отделения рабочего университета (есть такое учебное заведение в Японии, созданное общественными организациями), молодым, энергичным Удзуми Ясудой.
Видавший виды забор с колючей проволокой и прибитый наспех кусок фанеры с надписью: «Профсоюз нагойской фабрики электротехнической фирмы «Синсирасуна», рядом — порыжевший почтовый ящик, на котором от руки написано: «Для профсоюза». Вот и все.
Но прежде чем пройти, согнувшись под колючей проволокой, в помещение профсоюза, хотелось бы сделать некоторые пояснения и отступления.
...Трудно поверить, что в Японии, стране, претендующей благодаря успехам в области науки и техники на ведущее место в современном мире, до сих пор существуют вполне зримые черты феодализма. Свидетельство тому — социальное положение, условия жизни японских женщин, которых называют здесь «рабынями в кимоно».
На последнем кинофестивале в Каннах первую премию получил японский фильм «Баллада о Нараяма». Он рассказывает о том, как в маленькой полузабытой деревне до сих пор существует древний обычай: женщины, достигшие семидесяти лет, должны подняться на гору Нараяма и там умереть. Тех, у кого нет сил карабкаться по крутым тропам, дети тащат на себе наверх. Это не фантазия кинорежиссера, а реальная жизнь, и ее можно увидеть не только на экране.
Веками японская женщина была немой, бесправной прислугой. Ее обязанность — рожать детей, ухаживать за мужем и следить за домом. Столетия мало что изменили. И сегодня на улицах японских городов на каждом шагу можно видеть, как жена, нагруженная сумками, идет позади мужа. Ей не принято уступать место в переполненном транспорте. Ей не дозволено сидеть вместе с гостями; подав чай, она должна удалиться.
Такова роль женщины у домашнего очага. А на производстве?
В японской конституции записано, что «все имеют право на труд и обязаны трудиться». Это на словах. На деле же...
Приведу данные официальной статистики: 70,1 процента предприятий используют женщин только на вспомогательных и низкооплачиваемых работах; 14 процентов — не принимают замужних женщин на работу вообще; 35,6 процента — запрещают женщинам работать в отделах, где, по их мнению, требуется интеллект; 16,5 процента предприятий не принимает в расчет женские дипломы о высшем образовании. Как правило, японка получает примерно в два раза меньшую зарплату, выполняя ту же работу, что и мужчина. Эта картина японской действительности будет неполной, если не упомянуть о «парт-таймерах», так называемых временных рабочих. Сокращенно их называют здесь «пато». По существу, это тот же самый рабочий, но лишенный даже самых мизерных прав. Ему платят половину оклада, не принимают в профсоюз, могут выгнать с работы в одночасье, не утруждая себя объяснением причин. «Пато» — это парии капиталистического общества. Подавляющее большинство их составляют женщины.
...Компания «Силвер» не входит в число промышленных лидеров японской электроники. Но, как и подобает мелкому хищнику, она вдоволь урвала для себя с некогда благодатного рынка сбыта: ее продукция бойко шла на Тайване, в Гонконге и Сингапуре. Заработанные иены пускались хозяевами фирмы на расширение бизнеса.
Именно в те давние золотые денечки экономического процветания на окраине Нагои выросло серое здание, которое хотя и носило на своем фронтоне имя «Силвер», но юридически принадлежало компании «Синсирасуна». «Силвер» не допускал создания на своих предприятиях единого профсоюза, а в случае наступления «черного дня», от которого в Японии никто не застрахован, обеспечивал себе возможность выжить. На вновь открытую фабрику компании «Синсирасуна» набрали работниц: 21 постоянную и 61 «пато» — женщин из окрестных районов.
Но 1 декабря 1982 года наступил тот самый «черный день»: резко ухудшилась конъюнктура и сократилась прибыль. Хозяева «Силвер» фабрику закрыли, постоянных работниц перевели на другое предприятие, «пато» выгнали, а здание превратили в склад готовой продукции. Руководителям компании казалось, что они вышли из положения, а что касается каких-то там «пато», то мало ли их выбрасывают ежедневно на улицу!
Однако произошло непредвиденное. Безропотные и бесправные «пато» вдруг решились на борьбу! Нет, не все, а только 12, к которым присоединился один рабочий-мужчина. Это была неслыханная дерзость, и никто сначала не принял их сопротивление всерьез. Они заняли на фабричном складе маленький закуток, где организовали штаб профсоюза и встали на баррикады по всем правилам классовой борьбы.
Сюда-то нас и привел Удзуми Ясуда. В штаб. На стене тесного помещения — красное полотнище с белыми иероглифами «Единство!», стол, заваленный бумагами, графиками, грифельная доска, исписанная всякими оперативными сообщениями. Нас встретили руководители боевого профсоюза: скромные и смущающиеся от непривычной своей роли женщины. Когда знакомились, каждая немного рассказала, о себе.
— У меня муж и двое детей, — представилась И. Насидзуми. — Десять лет я работала на этой фабрике в качестве «пато». Я вынуждена была принять их унизительные условия, так как надо было оплачивать стоимость школьного образования старшего сына: зарплаты мужа не хватало. Работала я, как и постоянные рабочие, около 7 часов, а зарабатывала в два раза меньше, чем женщина-работница, и почти в четыре раза меньше мужчины. Мастер имел право поставить меня на любой участок. Когда я пришла на фабрику, надеялась, что со временем меня возьмут на постоянную работу. Но через 10 лет меня просто выгнали. Мастер сказал: «Фабрика закрывается. Ты больше не нужна».
А. Негоро, 27 лет. У нее еще нет своей семьи. Чтобы построить квартиру, она нанялась на эту фабрику. Проработала 11 лет. И вот фабрика закрылась, а ее выгнали. «Чем мы держимся? — повторяет она мой вопрос. — Продаем всякие поделки, а вырученные деньги тратим на борьбу. Кроме того, нас материально поддерживают другие рабочие. Часто получаем письма из разных городов — от Хоккайдо до Окинавы. Все желают нам успеха».
Разный возраст у этих женщин, разный рабочий стаж, но одинакова решимость добиться успеха в своей борьбе за то, чтобы на деле осуществить конституционное право на труд.
17 лет проработала на фабрике 52-летняя И.Като. «Жизнь очень тяжелая, — говорит она. — Мало того, что я встаю в половине шестого утра, собираю мужа и сына на работу, потом ухожу сама, вечером, когда все улягутся спать, стираю, глажу. Еще подрабатываю на поденной работе».
Единственный мужчина среди этих борющихся женщин — 32-летний Т.Омото. На фабрику он пришел прямо со школьной скамьи. Когда предприятие закрылось, его перевели в другую фирму, связанную с «Силвер». Но он решил остаться здесь и включиться в борьбу. «Мы создали свой профсоюз временных рабочих, первый в Японии, и подали в суд на руководителей компании, - рассказывает Омото. — Мы требуем, чтобы всех нас трудоустроили и выплатили пособие. Нашли женщину-адвоката, которая взялась бесплатно вести наше дело. Но даже в случае благоприятного исхода этот процесс по японским нормам займет несколько лет. И все равно мы не прекратим борьбу».
Мои собеседники были очень скупы на рассказы о себе, зато засыпали меня вопросами о том, как живут и работают советские люди, наши женщины. Даже простой перечень этих вопросов свидетельствовал, как мало они знают о нашей стране. Меня спрашивали, сколько стоит лечение в СССР, могут ли рабочего уволить по причине слабого здоровья, сколько стоит учеба в школе, полагается ли рабочим отпуск, можно ли получить работу по специальности. И даже такой вопрос мне задали: «Арестуют ли меня, если я приеду туристом в СССР?»
Одна из женщин, слушая мои ответы, глубоко вздохнула: «У нас в Японии говорят, что уж если родиться, то мальчиком. А ведь есть страна, в которой женщина может считать себя человеком».
М. ЕФИМОВ, соб. корр. АПН — специально для «Работницы»
Нагоя — Токио.

МЕЖДУНАРОДНАЯ ИНФОРМАЦИЯ
В Народной Республике Болгарии с каждым годом улучшаются условия для воспитания и всестороннего развития детей. Выделяемые на это средства из общественных фондов потребления возросли за последние годы примерно в 10 раз. Этот снимок сделан на празднике в детском саду № 30 в софийском жилом комплексе «Червена звезда».
Фото София пресс - ТАСС.
При доме советской науки и культуры в Кабуле создан первый в Демократической Республике Афганистан женский танцевальный ансамбль «Нилуфар» («Лотос»). Руководит творческим коллективом народная артистка Таджикской ССР Азиза Азимова (в центре).
Фото М. ОЛИМОВА — ТАСС.

Рейд «Работницы»
Каков он, день получки, для рабочих Чебоксарского завода промышленных тракторов? ЧЗПТ выбран нами не случайно. Это молодое, растущее предприятие успешно справляется с планом, а его продукция известна всей стране: тракторы-трубоукладчики для газопровода Уренгой — Помары — Ужгород, мощные бульдозеры Т-330...
ДЕНЬ ПОЛУЧКИ
У заводской кассы фрезеровщик механического цеха № 7 Геннадий Васильев еще раз пересчитал деньги. Мысленно улыбнулся, представив, как обрадуется жена Валя. Накануне, меняя ползунки младшенькому, Андрейке, она тихо, как бы между прочим, обронила: — В обувном сапожки видела. Очень красивые. Примерила, как раз по ноге...
— Па, купи маме сапожки, — вдруг совсем по-взрослому вмешался четырехлетний Алеша.
Геннадий хотел рассмеяться: «Ишь, адвокат нашелся», — но почему-то сдержался.
— Куплю, сынок, — неожиданно для себя так же солидно пообещал он, — мне в этом месяце премию обещали.
И вот получка у Геннадия в руках: будут жене сапожки, а остальных денег вполне хватит до следующей зарплаты. Ведь семья из четырех человек живет преимущественно на его зарплату. Валя — тоже тракторостроитель, но сейчас она в отпуске по уходу за ребенком.
Мы побывали у Васильевых вечером. Жена Геннадия не без гордости показала покупки, сделанные за последнее время, — радиолу, новые пальто ей и сыну. «Каждый раз день получки для нас, — говорит Валентина, — день приятных сюрпризов».
Но у всех ли так?
Через пару часов после того, как выдали зарплату, мы заглянули в бытовку корпуса приготовления формовочных материалов. Здесь пусто, сейчас идет смена. Но что это? Член нашей рейдовой бригады Нина Ивановна Славолюбова чуть не споткнулась о торчащие из шкафчика... ноги.
— Эй, парень, — растормошила она спящего, — ты из какой смены?
— Из первой. — Стропальщик ремонтно-механического цеха С.П. Иванов с трудом разлепил глаза.
— Так до конца смены еще целый час!
Рабочий молчит, стараясь дышать в сторону. «Свою дозу» он принял, не дожидаясь получки, уже с утра. Но как в таком виде смог он пройти на территорию завода? Через главную проходную, как мы убедились, не пропустят.
— Через восточную прошел, — не очень охотно объяснил он. Здесь мы и решили установить свой пост. Проходная еще не
достроена. Вахтер, правда, есть, но в его обязанности входит следить только за грузовым транспортом. А рядом через небольшой проем проходят все желающие. Пытаемся познакомиться с некоторыми из них.
— Пропусти, а то двину, — цедит здоровый детина. Глаза у него красные, пахнуло водочным перегаром.
Вот у парня (назвался строителем) полная сумка водки. Пробуем остановить. «Не дам, — кричит он, — мое!» Убежал все-таки.
Две бутылки вина обнаружили в кабине водителя С. Л. Тимофеева: «Да они у меня давно тут валяются, я на них и внимания не обращаю», — убеждал он участников рейда. Покачиваясь, брел на работу термист из цеха № 2 С. В. Немцев. «Так я ж на работу иду», — возмутился он. Мол, смотрите, какой я сознательный: еле на ногах стою, но не прогуливаю...
Проверки в дни получки, подобные той, которую проводила наша рейдовая бригада, на заводе не редкость. В цехах дежурят представители администрации и профсоюзной организации. Сегодня о результатах дежурства доложил дирекции заместитель начальника производственно-диспетчерского отдела завода А. Н. Исковских. Среди «героев» дня — слесарь-сантехник энергоцеха литейного производства Л. И. Иванов. Уже на следующий день его поведение было обсуждено на оперативном заседании совета профилактики, ему объявлен строгий выговор, он лишен премии за текущий месяц и тринадцатой зарплаты. Однако этим дело не кончается. За то, что Иванов явился на работу в нетрезвом состоянии, мастер энергоцеха А. Н. Изанблатов и начальник участка Е. К. Костюк будут держать ответ на идеологической планерке, которая проводится на заводе раз в месяц.
Поведение особенно злостных нарушителей трудовой дисциплины разбирает товарищеский суд подразделения.
— Если у прогульщика и пьяницы осталась хоть капля совести, то здесь, на товарищеском суде, ее обязательно разбудят, — убежденно говорит заместитель председателя профкома завода Л. Ф. Чердаков. — На заседание суда приглашается актив подразделения: мастера и бригадиры, члены парткома (поскольку подразделение — это завод в заводе), профкома, комитета комсомола... Сообщение о том, кого судят и за что обязательно публикуется на страницах заводской многотиражной газеты «Тракторостроитель», так что о случившемся узнает весь коллектив предприятия — есть отчего устыдиться. Бывает, правда, провинившийся пытается оправдаться, сделать вид, будто проступок случаен, и вот тут берут слово рабочие, те, кто трудится рядом, видели все его «художества».
Полина Семеновна К. (настоящего имени мы решили не называть) вдоволь настрадалась с мужем-пьяницей, обрубщиком литейно-ремонтного цеха ЧЗПТ. Как день получки, так дома дебош. Сын — отличник в школе, отца сначала стыдился, а подрос — возненавидел. Но муж в пьяном угаре уже ничего не замечал. Пробовала бороться по-своему: на его глазах уничтожала бутылки со спиртным, если находила дома, стыдила. Но не помогло и это. Пришлось обратиться за помощью к врачам. Да и завод помог. И вот сегодня, в день получки, мы в квартире К. Встретила нас сестра Полины Семеновны — Галя. Хозяев в доме не было. Взяли отгул и отправились с ночевкой в лес по грибы.
— Лечение помогло, — рассказывает Галя. — Совсем другим человеком стал. Достаток в дом пришел. Раньше его получку и не видели, теперь вся до копеечки здесь. Ковер вот купили. Садовый участок получили и за лето домик поставили.
Во время рейда заседала заводская комиссия по борьбе с пьянством, которую возглавляет директор завода Георгий Марьянович Пилярский.
Вызвали мастера механосборочного производства Г. С. Сергеева. В кабинет Сергеев заходит как-то боком, неловко...
— Рассказывай, — строго говорит директор.
— Ну, с товарищем взяли пельмени и по кружке пива, — начал скороговоркой Сергеев. — Товарищ опьянел и попросил проводить его домой. Я проводил... Нас отвезли в вытрезвитель. Понимаю, опозорил коллектив. Извините...
Мастеру пододвигают «Журнал совести» (есть такой на заводе), и он письменно клянется не повторять подобных ошибок. Комиссия выносит Сергееву строгий выговор, наказывает материально. Теперь вопрос к Мифтахову, начальнику механосборочного производства, где трудится провинившийся.
— Как часто, Рамиль Набиулович, мы приглашаем вас сюда на комиссию? — спрашивает директор.
— Почти на каждое заседание... — покорно отвечает Мифтахов.
— Почему же бездействуете? — допытывается Пилярский. — Почему все чаще на вашем участке нарушения трудовой дисциплины?
Мифтахов произносит покаянную речь, и на том разговор заканчивается. Нас это удивило: просчеты у руководителя производства серьезные, а его лишь пожурили.
И вот мы в кабинете Мифтахова. Как он сам оценивает положение в цехе?
— С кадрами у нас беда, — вздыхает Рамиль Набиулович. — Людей не хватает, а литье, поковки и гусеницы от поставщиков мы получаем в конце месяца — работы невпроворот... Мастер и я на цыпочках возле выпивох ходим: ради бога, только работай! О каком тут наказании может идти речь?
Объяснение, как видим, достаточно эмоциональное, но принять его вряд ли можно. Штурмовщина не стихийное бедствие, она следствие нечеткой организации производства, и оправдывать ею отсутствие требовательности к нарушителям трудовой дисциплины по крайней мере несерьезно.
Давно известно: люди меньше пьют, если их свободное время занято интересными делами. Следом за днем получки оказались два выходных. И мы решили посмотреть, как организован отдых тракторостроителей. Условия для этого есть. Заводская база отдыха «Прометей» расположилась в нескольких километрах от Чебоксар, на песчаном берегу Волги. Разноцветные деревянные домики, переоборудованный под гостиницу теплоход «Павел Бажов» — все это создано за несколько зимних месяцев. Администрация и профком постарались, чтобы уже нынешним летом «Прометей» принял отдыхающих. Мы пробыли здесь целый день и видели, как заводчане купались, загорали, гуляли в лесу, занимались спортом. Что очень важно — не было здесь выпивших, люди отдыхали, копили силы для новой трудовой недели.
Но база отдыха далеко, после смены туда не поедешь. Поэтому участники рейда решили побывать в общежитиях завода, где проживают многие молодые тракторостроители, здесь же проводят свое свободное время.
Мужское общежитие № 12 — современное многоэтажное здание с просторными холлами и конференц-залом на первом этаже. Сегодня здесь конкурс «А ну-ка, парни!». Зал набит битком. То и дело вспыхивают аплодисменты, раздается смех. Но, как оказалось, попасть на интересное мероприятие смогли не все: зал маловат. А что же делать остальным? «Веселятся как могут... — жаловались жильцы. — Гастроном-то у порога, да и пивная палатка рядом».
Гастроном «Улып» с винно-водочным отделом действительно расположен в 50 метрах от общежития. У пивной палатки толпа мужчин. А вот и завсегдатаи: движения суетливые, в глазах лихорадочный блеск.
— Тракторостроители? — интересуемся мы.
— Угу, — подтверждают они. — А что делать после работы? Пойти-то некуда...
Уточняем: на весь Новоюжный микрорайон, насчитывающий 80 тысяч населения, ни одного Дворца культуры, стадиона или спортзала. Какая уж тут культура общения?
Уже вечером мы беседуем с работницей ЧЗПТ Л. И. Мироновой. Ее муж тоже трудится на заводе.
— Чем отмечен день получки в вашей семье? — поинтересовались мы у Любови Ивановны.
— Цветами, — ответила она. — Муж обязательно принесет букет. Любовь Ивановна пригласила нас к себе. Здесь по паласу ползал полуторагодовалый Алешка, семилетний Саша готовил уроки. Сергея Артемьевича дома не было, работал во вторую смену.
— Принесет сегодня получку, часть обязательно отложим на новую мебель, — рассказывала хозяйка, — обещают дать трехкомнатную квартиру.
И все же было видно, Любовь Ивановна чем-то встревожена.
— Да, — призналась она, — волнуюсь немножко. Ведь он у меня сантехник. А грузчики да сантехники у нас частенько спиртным не брезгуют. И Сережу допекают: «Жены боишься», «Не уважаешь нас», ну и так далее... А он держится. И все-таки в день получки где-то в глубине души тревога...
Нет, не должен быть тревожным день получки — ненормально это, противоестественно. Но, увы, пока это так. Вот перед нами сводка: за семь месяцев с начала года на ЧЗПТ совершено 1385 прогулов. Чаще всего причина невыхода на работу — пьянка, особенно после получки. Горькие цифры: сколько же это не сделанных узлов и деталей и, следовательно, нервотрепки на конвейере! Сколько женских слез, бед, разочарований...
О результатах рейда наша бригада доложила активу завода.
— Да, — согласился Г. М. Пилярский, — много у нас нарушений, связанных с пьянством. Оправдываться не станем. Будем принимать меры.
И меры, добавим мы, не на один день. Даже если это «горячий» день получки.
В рейде участвовали члены женсовета ЧЗПТ: Е. М. МАЛЬЦЕВА, начальник планово-экономического отдела механосборочного производства; Е. К. КУДРЯШОВА, инженер по обучению рабочих прессово-сварочного производства; М. М. ВИКТОРОВА, зав. здравпунктом инструментального производства; Н. Н. СЛАВОЛЮБОВА, начальник планово-экономического отдела инструментального производства; Л. П. АКИМОВА, председатель женсовета, начальник лаборатории лакокрасочных покрытий научно-исследовательского отдела завода; Г. М. СИМАКОВА, председатель женсовета Калининского района, заместитель заведующего отделом пропаганды и агитации Калининского райкома КПСС; Л. ЛЯНГЕ, корреспондент «Работницы».

На конкурс «Поступок»
ДВА БИЛЕТА НА ПЕРВЫЙ РЯД
Лет двадцать назад бабушка увезла меня на лето в далекую таежную деревушку Сосновку. Тайга обступала ее со всех сторон, даже на обочинах улочек росли лесные цветы. Единственным кирпичным зданием был кинотеатр. Днем ребятишки пропадали в лесу, а вечером бежали туда, в таинственную темноту зала, садились на самый лучший — первый — ряд и смотрели кино.
Я не помню сейчас, что за фильмы показывали тогда. В память врезалось другое.
...Свет уже погас, когда рядом со мной уселись мужчина и женщина. С первых же кадров женский голос начал пересказывать все, что шло на экране. Я с досадой повернулся к взрослым, но в это время рамка экрана дрогнула, сместилась, раздался дружный свист, и вспыхнул свет.
— Мальчики, мы вам не очень мешаем? — виновато спросила женщина.
Я посмотрел на нее, потом на ее спутника и вздрогнул: мужчина был слепой.
— Не мешаете, — закричали ребятишки. — Мы уже привыкли.
— Спасибо, — сказала женщина. Погас свет, и вновь зазвучал ее голос.
В Сосновке я прогостил почти два месяца, не пропустив ни одного фильма. И почти каждый вечер звучал тихий женский голос в первом ряду.
Детское воображение сразу же нарисовало: он — герой-фронтовик, зрение потерял в жестоком бою с врагами; она — обязательно учительница или врач — ждала его всю войну. «Техничкой она работает в школе, — буквально ошеломила меня бабушка. — Уборщицей. А он с детства слепой, ни на какой войне не был».
Я чуть не заплакал. Не хотелось расставаться с сочиненной мною сказкой.
— Мне его жалко, слепого, — сказал я тогда. — Это ведь несчастье.
— Он счастливый, — вздохнула бабушка, — он очень счастливый. Когда-нибудь ты поймешь...
Прошли годы. Недавно я получил командировку в отдаленный райцентр. Уже сидя в автобусе, вспомнил, что где-то в той стороне Сосновка. Водитель подтвердил: поедем мимо.
И вот...
— Сосновка, — раздалось в микрофоне. — Остановка у гостиницы.
Я не узнал тихой деревеньки. Широкие асфальтированные улицы с новыми, добротными домами. И вдруг что-то до боли знакомое — кинотеатр. Тот самый! Только совсем маленький в сравнении со вставшей рядом трехэтажной гостиницей.
Я зашел в фойе. Зачем-то стал в очередь, хотя не прочитал даже названия фильма.
— Пожалуйста, два билета на первый ряд, — услышал я негромкий голос впереди. Поднял голову, увидел отходящую от кассы женщину. И чуть не вскрикнул. Это была она.
Вот и все. Нужно ли об этом рассказывать? Не знаю. Я просто хотел, чтобы вы услышали тихий женский голос:
— Пожалуйста, два билета на первый ряд...
Владимир ПЛОТНИКОВ
г. Абакан, Красноярского края.

<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz