каморка папыВлада
журнал Огни Болгарии 1972-04 текст-5
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 26.06.2019, 11:08

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

К 50-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ВЕЛЫ ПЕЕВОЙ

„АРАПЧЕЛЬСКАЯ ОРЛИЦА"

Она принадлежала к числу тех, кто сквозь мрак фашизма видел светлое будущее Болгарии, чья вера в победу народа была непоколебимой. Она отличалась необыкновенной волей, скромностью и любознательностью. Такой была Вела с детских лет до последнего мгновения своей жизни, такой осталась она в памяти тех, кто ее знал. Она была одной из многих в рядах антифашистов, но своим подвигом завоевала бессмертие.
В школьные годы во время уроков литературы Велу нельзя было узнать. Она спорила, доказывала несостоятельность фашистских толкований роли и значения болгарских деятелей Возрождения, разоблачала фальшь и лицемерие религии. Вела очень много читала. Особенно она увлекалась Яворовым и Вазовым, любила декламировать стихи Смирненского и Хрелкова, просиживала ночи напролет над произведениями революционных марксистов. Она была душой выпускавшейся в Пазарджикской гимназии газеты „Червен средношколец" — нелегального органа Рабочего молодежного союза. Ее рукой были написаны десятки листовок и лозунгов. Вела проявляла исключительную настойчивость и находчивость при сборе средств для партизан и политзаключенных. Те. кого преследовала полиция, всегда могли рассчитывать на ее помощь. Узнав о вторжении гитлеровцев в Болгарию, Вела, подняв сжатый кулак, не побоялась публично воскликнуть: „Рот фронт!".
В 1941 году Вела поступила в Софийский университет. К этому времени она уже обладала установившимся научным мировоззрением и солидной революционной подготовкой. Как сейчас вижу: Вела первой пришла в четырнадцатую аудиторию — самую большую в университете — и терпеливо дожидается начала лекции. Очень часто во время лекций дело доходило до драк с легионерами, к которым не замедляли присоединиться как тайные агенты полиции, так и полицейские в форме. И тогда Вела преображалась до неузнаваемости. Она была в первых рядах во время всех студенческих акций. В этой хрупкой и нежной девушке крылась необыкновенная энергия.
Во время каникул Вела и ее товарищи, члены Рабочего молодежного союза из ее родного края, выпускали нелегальную газету „Просветител". Каждое ее слово дышало любовью к Советской Армии-освободительнице. Вела принимала участие во всех молодежных вечерах и прогулках, под видом которых часто проводились нелегальные собрания. Работа в ремсистской организации была для нее главной обязанностью.
Из боевой группы Вела перешла в партизанский отряд имени Антона Иванова. Товарищи по отряду запомнили ее как непоколебимого и смелого бойца. Там она вступила в ряды коммунистической партии. Вела и ее сестра писали своей матери: „Милая мама, простите нас за те страдания, которые мы вам причинили. Будьте гордой в своем горе. Сейчас страдает весь наш народ... Верьте в то, что скоро мы снова будем с вами и вместе со всем народом отпразднуем завоеванную свободу".
Полицейские несколько раз нападали на след Велы, но ей удавалось ускользнуть от них. Смелая партизанка погибла у вершины Арапчал в местности „Белая скала". Отрезанная от отряда, она защищалась 37 дней. Фашисты нашли возле ее трупа банку из-под консервов с прикрученной проволокой, в которой она варила по одной картофелине, чтобы не умереть с голоду, котелок с картонным дном, которым она черпала воду из ручья, коробку спичек и книжку стихов.
Чем больше проходит времени, тем ближе становится Вела народу. О ней рассказывают легенды, слагают стихи — народ воспевает свою героиню. Велу назвали Арапчальской орлицей.
Три болгарских села Чепино, Лыджене и Каменица образовали город, который носит ее имя — Велинград. Это еще одно доказательство народной любви и признания.

Н. ГИЗДОВА

Письмо сестер Велы и Геры Пеевой родителям.


ГОСУДАРСТВЕННОЕ ТОРГОВОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ „АГРОМАШИНАИМПЭКС"
ПНЕВМАТИЧЕСКАЯ СЕЯЛКА СП-8
Пневматическая сеялка СП-8 предназначена для посева семян кукурузы, подсолнечника и других пропашных культур.
Производительность машины при ширине междурядий до 80 см — 3,6 га/час
Современная конструкция сеялки и надежность в эксплуатации позволяют производить точный посев семян по одному или по два в гнездо в зависимости от используемого диска.
ЭКСПОРТЕР: ГТП „АГРОМАШИНАИМПЭКС"
Болгария, София, ул. Аксакова, 5
Телефон: 88-53-25
Телекс: 022-563


АВТОР ПЕСНИ „МИЛАЯ РОДИНА"

Это было в 1885 году, сразу же после объявления сербско-болгарской войны. Группа призванных под боевые знамена болгарских студентов возвращалась на родину по Дунаю, на австрийском пароходе. Вот судно проходит Железные ворота, впереди — родной берег...
— Ура, ребята! — закричал кто-то, не в силах сдержать своего восторга, и все высыпали на палубу. — Что ж, споем?..
И сильные молодые голоса подхватывают веселую песню. Но один из юношей не поет. Он стоит в сторонке, задумавшись, взгляд его устремлен в подернутые дымкой горы.
„Милая родина"... шепчут его уста. А потом сами собой появляются и другие слова:
„Гордая Стара-Планина,
Над ней неба синева,
Рядом Витоша-гора
Мощные плечи расправила..."
Молодой студент не может скрыть охвативших его чувств. Не впервые он на чужбине, не впервые его мысли обращены к еще вчера порабощенной и униженной родине... Его зовут Цветан Радославов. И он запевает песню, которую подхватывают его товарищи:
„Милая родина, ты сущий земной рай,
Беспредельны твои красота и прелесть,
Беспредельны!"
... И полетела над землей песня, близкая сердцу каждого болгарина, сопровождающая его в горестях и радостях, дома и на чужбине. В 1964 году она стала национальным гимном Болгарии, и это было воспринято как нечто вполне естественное. Но мало кто задавал тогда себе вопрос, кто такой Цветан Радославов — автор музыки и первоначального текста будущего гимна.
По матери Цветан Радославов — внук известного просвещенца-учителя из Свиштова Христаки Павловича, умершего от холеры в 1848 году. Его жена Севаста Цанкова, умерла годом позже. Семерым из восьми их детей пришлось выехать в Румынию, к дяде Якову Цанкову, а пятилетнюю Паунику усыновили Цвятко и Кирякица Радославовы. Цвятко Радославов приходился другом известному деятелю эпохи национально-освободительной борьбы Г. С. Раковскому, которому помог перебраться в Румынию. Тогда Раковский оставил Радославову своего коня и два старинных пистолета. Усыновив осиротевшего ребенка, Радославов поставил условие, чтобы первенец Пауники носил его имя. Пауника подросла и восемнадцати лет вышла замуж за Георгия Денкова — друга Георгия Раковского и радетеля школьного дела. 2 мая 1863 года у них родился сын, которого назвали Цветаном. В 1871 году он тоже был усыновлен Цвятко Радославовым.
Маленький Цветан рос, окруженный теплой заботой двух семей. Умный, любознательный ребенок был очень впечатлительным, проявлял большое влечение к музыке и рисованию. Начальную школу он кончил в родном Свиштове. (Одним из его учителей был известный просвещенец, основоположник светского образования в Болгарии Эммануил Васкидович).
В Национальной художественной галерее сохранился портрет Цветана Радославова детских лет, выполненный художником эпохи национального Возрождения Николаем Павловичем (братом Пауники).
Еще учеником в Свиштове Цветан сближается с Алеко Константиновым, которому суждено было стать впоследствии выдающимся болгарским писателем. Их сердечная дружба продолжается много лет. Именно Радославову писатель посвящает свой фельетон „Бай Ганьо делает выборы".
Гимназию Радославов кончает в Вене. Оттуда он переезжает в Прагу, где в университете изучает историю.
После объявления сербско-болгарской войны разбросанные по различным университетским городам Европы болгарские студенты собираются в Вене. Здесь они и садятся на австрийский пароход, на котором по пути на родину Цветан сочиняет свою песню. Студенты дружным хором поют ее, когда пароход причаливает к пристани Лома. Отсюда студенты отправляются в Софию для прохождения военного обучения. Однако медицинская комиссия освобождает Цветана Радославова от военной службы, из-за слабого зрения, и он возвращается в Свиштов. После окончания войны Радославов в течение четырех лет учительствует в гимназии города Габрово. Здесь в 1892 году он пишет свою драму „Янычар".
Его сестра Кица вспоминает, что после летних каникул 1892 года, которые он провел в Свиштове, Цветан осенью того же года уезжает в Германию, в Лейпциг, где поступает в местный университет. В течение четырех лет он учится у известного немецкого философа Вильгельма Вундта. Он кончает университет, получив ученую степень доктора. В Лейпциге же завязывает сердечную дружбу с известным болгарским писателем Пенчо Славейковым. Он поддерживает близкие связи с видными болгарскими учеными — доктором Николой Миховым, профессорами Гаврилом Кацаровым, Димитром Дечевым, Иваном Шишмановым, Крыстевым, Иширковым и другими.
По возвращении на родину Радославов целиком посвящает себя благородной учительской профессии — в течение нескольких лет он работает в гимназии Априлова в городе Габрово, а затем в Русе. Он преподает логику и психологию, этику и болгарский язык. Затем переезжает в Софию, где долгие годы работает в I, II и III мужских гимназиях. Мало кто знает, что Цветан Радославов был одним из самых выдающихся болгарских ученых конца прошлого и начала настоящего века.
По поводу кончины Цветана Радославова его коллега Иван Хаджов сказал: „... Покойный был не только предан своей специальности — философии и психологии. Он поражал нас обширными познаниями в области других гуманитарных наук — истории и филологии, славянской и классической. Нередко коллеги, специалисты по вышеуказанным предметам, обращались к нему за советом и помощью и с удовольствием его слушали. Если к этому добавить его музыкальную культуру (он имел довольно-таки солидное музыкальное образование, глубокие познания в области теории и истории музыки) и талант художника, то перед нами предстанет в еще более ярком свете величественная фигура Цветана Радославова". Радославов мог в увлекательной, доступной форме рассказать о сложнейших психологических явлениях и процессах, растолковать философские понятия. И требовал он от учеников не заучивания, а понимания — только это он ценил. Заботился он и о воспитании характера своих учеников. И сейчас звучат у меня в ушах его слова, сказанные на заседании педагогического совета, о том, что нам надлежит воспитывать у учащихся твердость и нравственную устойчивость характера, что сделает их неподатливыми к совершению преступлений, а не внушать им страх, ссылаясь при этом на закон. Не в пример некоторым своим коллегам. Цветан Радославов был далек от ремесленничества в преподавании. Ему были чужды ограниченность и узость взглядов. Он был чуток к людям и всегда прислушивался к мнению других. Проявление таланта он ценил в любом. Бесхарактерность, лицемерие и подлость возмущали его, он не мог их терпеть. В нем не было и тени надменности. Этот аристократ по духу был простым, непосредственным в обращении, но без ложной скромности — в обиду себя не давал".
А вот отрывок из воспоминаний о Цветане Радославове его ученика, Ненчо Савова:
„Как сейчас вижу нашего превосходного учителя психологии и этики. Вот он открывает дверь и бодрой походкой входит в класс. И кажется, будто в классе стало светлее. Учитель подходит к столу, и наступает тишина. Его большие и выразительные синие глаза, в которых можно уловить еле заметную улыбку, смотрят на нас. Сейчас мы вкратце повторим то, о чем говорили на прошлом уроке и сделаем это сами. „Кто ответит на..." Многие ученики Цветана Радославова стали видными людьми. Среди них отмечу академиков Г. Наджакова и Г. Ранкова, писателей Крума Кюлявкова и Ивана Знахара, историка Петра Кюркчиева, архитектора и художника А. Дубовика и других".
А вот, что рассказывает о Цветане Радославове другой его ученик, Димитр Зайков:
„... В нашем классе работала нелегальная тройка. Я был одним из ее членов. Мы интересовались также вопросами логики, этики, психологии и часто обращались за советом и разъяснением того или иного вопроса к нашему преподавателю. Он искренне сочувствовал нам, когда мы давали организованный отпор учителям, которые хотели фашизировать учебную программу. Цветан Радославов, хотя был уже далеко не молодым, проявлял завидную энергию и, казалось, никогда не чувствовал усталости... Я сидел на одной парте с Т. Тодоровым, умным и одаренным юношей. Как-то пришли полицейские и арестовали его. Потом мы узнали, что его пытали и сожгли в печи Дирекции полиции. Радославов был потрясен, он не мог скрыть своего горя. Т. Тодоров был одним из его любимцев..."
Цветан был человеком многогранной культуры. В музыке был поклонником Рихарда Вагнера. Ему принадлежит заслуга перевода на болгарский язык либретто опер „Лоэнгрин" Р. Вагнера и „Аида" — Верди. Писал он и песни, часто сочиняя тексты к ним. По свидетельству близко знавших его людей, он никогда не говорил о себе, никогда не старался быть объектом внимания. Даже его сестры не знали, что он является автором песни — будущего гимна, которой может позавидовать любой композитор. Как-то на свадебном обеде, когда выдавали замуж его племянницу Сийку, все дружно запели любимую песню. Кто-то из приглашенных гостей подошел к нему с поздравлениями. Радославов смущенно ответил: „Лучше веселитесь, пойте себе и не обращайте на меня внимания!" На другой день сестры ему сказали, что давно догадываются, кто автор песни. На это он ответил: „Что ж, тогда давайте ударим во все колокола и растрезвоним о вашей догадке на весь город". Он просил, чтобы ему больше не напоминали об этом...
Перу Цветана Радославова принадлежит несколько значительных философских и исторических работ. В их числе докторская диссертация „О памяти", „Фактор эмоциональности в процессе мышления", „Титулы болгарских царей" и др. Интересны его воспоминания о друге детства писателе Алеко Константинове.
Радославов был одним из основателей Союза учителей, принимал деятельное участие в работе органов этого союза в первые годы его создания. Он дал и название органу союза — газете „Учителски вестник" („Учительская газета").
Цветан Радославов обладал поистине энциклопедическими познаниями. Он великолепно владел французским, немецким, английским, греческим, румынским и турецким языками, хорошо знал латынь и разбирался в санскритских письменах. По мнению профессора Кацарова, в Болгарии в то время не было лучшего знатока классических языков, чем Радославов. Он вел переписку с сотрудниками Британского музея, многими известными иностранными институтами и видными учеными. Проявлял большой интерес к археологии и был страстным коллекционером античных монет и предметов старины.
В свиштовском музее имени Алеко Константинова хранятся нумизматическая коллекция и часть личного архива Радославова. В фондах музея и местной картинной галереи можно видеть несколько его картин: „Пароходы на Дунае", „Вид Свиштова", „Возвращение с базара", „Красные тропы", „Сумерки близ кошары", „Воины древнего болгарского царства в походе", прекрасное полотно „Патриарх Евфимий прощается со своей паствой".
В 1928 году, после почти тридцатилетнего непрерывного учительствования, Цветан Радославов выходит на пенсию. Последние годы своей жизни он проводит в родном Свиштове.
Бывший в течение долгих лет директором городского музея Стефан Стефанов рассказывает о последних годах его жизни:
„...Я сразу же подружился с Цветаном Радославовым, и до последнего дня его жизни мы оставались неразлучными друзьями... Почти каждый день или через день он заходил в 11 утра или в 5 пополудни в музей и помогал мне в музейной работе... Помню, попался мне какой-то интересный памятник с латинским текстом. Я мучился часами, пытаясь его расчитать — очень уж усложняли дело сокращенные формы написания которые часто встречаются в подобных памятниках. За этим занятием и застал меня Цветан Радославов. Это было во дворе музея. Он подошел ко мне и сразу же все понял. Я не посмел обратиться к нему за помощью, но он сам спросил: „В чем дело?". „Да вот, ломаю голову, — ответил я. — Никак не могу разобраться в этих завитках и обломанных буквах, не могу понять, что хотел сказать тот, кто их написал". Он наклонился и тут же прочел надпись. Я был просто поражен, так как знал, что расшифровка подобных текстов обычно является привилегией специалистов-эпиграфистов...
Он не любил нашу царскую династию, а Фердинанда Кобурга называл „псоглавым — человеком — чудовищем с собачьей головой, сатропом, погромщиком, который принес только зло нашему народу".
Цветан Радославов не случайно предпочел поприще учителя профессорской кафедре. До конца жизни он оставался верным своему идеалу — служить народу, учить и пестовать подрастающее поколение.
Он умер 28 октября 1931 года в Софии, а похоронен в Свиштове, подле небольшой старинной церкви. На его могиле в тени кипариса возвышается памятник из черного мрамора со скромной надписью: „Цветан Цвятков Радославов 1863—1931". Но сочиненная им песня — символ патриотизма и любви к отчизне — будет вечно жить в сердцах болгар: „Милая родина, ты сущий земной рай!"

ЛАРИСА ЧАКАЛОВА

Портрет Цветана Радославова, ученика в Свиштове, принадлежащий кисти Николая Павловича
Цветан Радославов — учитель в Софии.
Родной дом Цветана Радославова в Свиштове, разрушенный в марте 1971 года. В нем жили Г. С. Раковский и Иван Вазов.


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz