каморка папыВлада
журнал Костёр 1986-08 текст-3
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 21.04.2019, 21:27

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

ЗАПИСКИ БИОЛОГА

БЕЛАЯ УТОЧКА
Мы заехали в маленький туркменский городок Тахта-Базар за продуктами. Остановили машину около базара и стали ждать возвращения нашего снабженца Алеши. Неожиданно он появился у машины с уткой в руках: отправился на базар за луком, попал в осаждавшую продавцов уток толпу и, поддавшись соблазну, заполучил последнюю птицу.
При ближайшем рассмотрении выяснилось, что мы стали обладателями утенка, тощего, с большими, не по росту, лапами и синими пеньками вместо перьев на крыльях. Что с ним делать? Как это часто бывает в затруднительных случаях, было решено: «Потом разберемся. Поехали!»
Из Тахта-Базара наш отряд выехал в долгий и дальний маршрут через Карабиль — пустынное и безлюдное место в юго-восточной Туркмении. Отныне экспедиционная автомашина становилась нашим единственным домом.
Вечером мы напоили и накормили утку хлебом и остатками ужина. В первом кормлении животного заключено особое таинство. После него происходит перелом, безразличные до того зверь или птица становятся тебе ближе, возникает чувство ответственности за нового питомца и причинить ему вред становится просто невозможно.
Все эти перемены не замедлили произойти и в нашем отношении к утке. Возникавшие время от времени разговоры про утиный суп прекратились, и птица стала членом нашего экспедиционного отряда.
Утки — водяные птицы, любящие прохладу. Нашей предстояло несколько недель прожить в жаре, тряске и пыли без надежды на купание. Воду мы возили с собой во флягах, очень ее берегли и неохотно расходовали даже на мытье. Жара! Температура в середине дня 45° в тени. Работать и ехать на машине в такие часы невозможно, мы спасались только под тентом на фанере, да пили бесконечный чай.
Удивительно, вместо того, чтобы хиреть, наша утка росла, наливалась жирком и отлично себя чувствовала. Вот только из белой она быстро превратилась в грязно-серую.
На стоянках мы привязывали утку длинной бечевкой за ногу, но скоро убедились, что надобности в этом нет. Оказавшись на земле, она сама забиралась под машину и сидела там до захода солнца, а вечером и ранним утром предпринимала недалекие вылазки в окрестности лагеря.
Наша работа состояла в отлове и изучении многочисленных в южной Туркмении грызунов. В тот год в Карабиле была вспышка численности мышей.
Мыши размножались так, что забивали собой все выставленные нами ловушки, они попадали во фляги с водой, в кухонную посуду и продуктовые ящики, случалось их извлекать даже из спальных мешков и снятых на ночь сапог. Утки — вегетарианцы, но как ни странно, наша утка, съев однажды мышиную тушку, стала предпочитать грызунов другому корму. Если так позволительно выразиться по отношению к утке, аппетит к мясной пище был у нее волчий.
Видимо, под влиянием мясной диеты, у нашей утки стали проявляться инстинкты хищника. Я неоднократно видел, как она подолгу обследовала клетки, где содержались мыши, и даже пыталась достать их клювом. Пыталась охотиться она и на мелких птиц, когда те, привлеченные тенью, слетались под машину. Естественно, что все ее охотничьи ухищрения оказывались тщетными.
К ней все привыкли. Но особенно привязался Алеша. Я подсмотрел раз, как он выуживал из кастрюли с компотом изюм и тайно скармливал своей любимице.
После двух недель работы в песках мы выехали к Каракумскому каналу. Вода! Много чистой прохладной воды, стены зеленых тростников — что может быть прекраснее! Мы плавали, гоготали от восторга, окунались, обнимали воду руками, брызгали на себя, не могли нарадоваться этому счастью.
Первым пришел в себя заботливый Алеша. Он вылез из воды, побежал к машине и скоро вернулся с уткой подмышкой. Та уже вырывалась и была очень возбуждена. Пустил утку на берег, она опрометью кинулась к воде. Через минуту она уже ныряла, охорашивалась, хлопала в туче брызг своими неспособными к полету крыльями, отплывая при этом все дальше и дальше. Вскоре наша утка скрылась в густых зарослях тростника.
Утром была надута резиновая лодка и снаряжена поисковая группа. Увы! Никаких следов утки обнаружено не было.
Мы подумали, что она нас бросила.
Надо было уезжать. Я пошел вдоль берега. И вдруг на песке заметил кучу белых перьев. Не могу наверняка утверждать, чьи это были останки. Нашей белой уточки? В любом случае наша не умеющая летать доверчивая и избалованная любимица не имела шансов выжить в дикой природе.

ГЮРЗА
Это было несколько лет тому назад. Молодым зоологом мне посчастливилось попасть в Туркмению и изучать ее животных. Неоднократно я сталкивался там и с ядовитыми змеями. Но все как-то неинтересно, мельком.
В тот год я уже закончил полевые работы, но в последний день все-таки решил съездить из Ашхабада в предгорья Копетдага.
В небольшом овражном тупичке мы с товарищем заметили крупную гюрзу. Свившись тугими кольцами, змея лежала совершенно неподвижно, вытянув вперед свою массивную голову. На мое приближение она не реагировала. «Наверно, мертвая, — подумал я. — А впрочем, на погибших животных сразу налетают тучи зеленых мух, а тут их нет».
Я кинул в гюрзу комочек сухой глины. Он с тугим стуком отскочил от нее, как от автомобильной покрышки. Змея не пошевелилась. Тогда я осторожно прикоснулся к змее стволом ружья. И тут мне показалось, что она сделала слабое, почти неуловимое глазом движение. Что происходит с животным? Мягко, но достаточно сильно я прижал подошвой ботинка затылок гюрзы к земле, ухватил ее рукой за шею и рывком поднял вверх. Как только мои пальцы сомкнулись, гюрза мгновенно ожила. Ее мощное, толщиной с руку, тело напряглось и забилось в воздухе. Затем гюрза обвила предплечье и, пользуясь этим упором, стала настойчиво выворачивать из-под моих пальцев шею. Я почувствовал, что долго не выдержу. Толстая шея змеи миллиметр за миллиметром освобождалась из-под судорожно сжатых пальцев, а голова с широко раскрытой пастью, из которой торчали ядовитые зубы, постепенно обретала свободу.
Я не ожидал, что встречу столь сильного противника.
«Подай мешок!» — заорал я истошным голосом, еле удерживая змею в руке. Брезентовый мешок, который мы всегда брали с собой, находился у товарища. Я сунул змею в мешок.
До сих пор я так и не могу объяснить, почему обычно осторожная и вместе с тем очень агрессивная гюрза до последнего момента не подавала признаков жизни. Впрочем — кожа ее была тусклая, и, вероятно, наступление линьки парализовало активность змеи.
Оставалось решить судьбу пленницы.
Мы решили отвезти гюрзу в Ашхабад, в зоопарк. Но, увы! — взять змею там не пожелали. В зоопарковском террариуме уже сидели три гюрзы. Что делать? Мне пришлось везти ее с собой.
В мешке любая ядовитая змея становится совершенно безопасной для окружающих. Поэтому в самолете моя гюрза не представляла угрозы ни для кого.
Однако на промежуточных стоянках самолета я, конечно, брал мешок с собой, и весь многочасовой перелет был с ним неразлучен.
Так, измученный бессонной ночью и дорожными беспокойствами, я прибыл домой в Ленинград. Мешок со змеей засунул под кровать и отправился выяснять, кто в городе заинтересован получить ее в дар.
Однако телефонные звонки в зоопарк, в Университет, а также нескольким фанатичным любителям змей не дали результата. Гюрзу никто не захотел взять.
Дома меня ждала взволнованная мама. Подметая в комнате, она залезла шваброй под кровать и услышала грозное шипение. После этого мою комнату перестали убирать, дверь держалась постоянно закрытой, а мне мама предъявила ультиматум: «Или гюрза, или я».
Наконец, с великим трудом мне удалось устроить змею через знакомых в один из зоопарков Прибалтики.
Во всей этой истории с гюрзой нет ни слова вымысла. Возможно, читатель удивится, почему я так долго возился со змеей. Попробую объяснить.
Существует неписаная первая заповедь натуралистов: если ты выловил в природе животное, то обязан либо его использовать, либо выпустить в том же или в сходном с ним по условиям месте. Особенно это касается животных сравнительно редких и ценных, к которым, несомненно, относится гюрза. Посадив змею в мешок, я нарушил вторую заповедь: ловить животное можно только в том случае, когда точно знаешь, для чего тебе оно нужно, и если эта надобность действительно велика. Гюрза помогла мне крепко прочувствовать эти правила и на всю жизнь утвердиться в них.
П. СТРЕЛКОВ
Рисунки М. Милеевой


ЗЕЛЕНЫЕ СТРАНИЦЫ
Оформление Т. Панкевич

АВГУСТ

...Последний месяц лета. Еще жарко днем, но холодные утренники говорят о близкой осени. Грибы пошли.
Еще белы и тверды на болотцах ягоды клюквы, зато черника созрела.
Еще зелена листва берез и осинок, но вдруг возьмет да и проглянет где-нибудь желтеющий лист. А там — и другой...

ЁЖИК

Иду по темному лесу. От убаюкивающей тишины становится спокойно на душе. Среди темных елей и золотых сосенок ярко выделяются белые стволы берез, с ольховых веток мохнатой бахромой свисают желтоватые сережки. Пахнет травами.
Неожиданно у моих ног что-то зашуршало... Ёжик!
Сломал я ольховый прутик и дотронулся до зверька. Ёж мгновенно свернулся в клубок. Взял я его в полу плаща и пошел домой.
Иду, а сам думаю: «А если у этого зверька сидят в гнезде маленькие ежата?..»
Нехорошо как-то получается. Останавливаюсь, топчусь на месте, и сам себе говорю:
— Зато мои ребята обрадуются живому ежику!
И я решительно шагаю вперед.
«А ежата как же? Они ведь с голоду могут умереть...»
В раздумье долго стою на одном месте. Потом наклоняюсь и осторожно опускаю на траву своего колючего пленника:
— Беги, ёжик, к своим ежатам!
А. ДОРОХОВ

НОЧЬЮ В ЛЕСУ

На землю спустилась ночь. Мы вышли на лесную дорогу. По самому краю ее стояли великаны ели. Стихли голоса дневных птиц, исчезли назойливые комары. Вдруг совсем рядом раздался лай лисицы. Она вышла на охоту, но, наверное, заслышала наши шаги и стала отводить нас от норы. А может, предупреждала детенышей: «Затаитесь! Сидите тихо...»
Высоко над головой кружились летучие мыши. На дорогу выбрались жабы. Глаза у них огромные, спинки в пупырышках, словно серые вязаные кофточки. А вот впереди засветился зеленый огонек. Оказалось, что так ночью светятся маленькие червячки — светлячки. Эти лесные фонарики сразу подняли наше настроение и мы смело вступили в таинственный ночной лес...
Юннат Дима Федченко,
6 класс

Ночь на землю опустилась,
Солнце за гору скатилось,
Лес укутан тишиной,
Дремлют лоси под сосной.
Хоть и мрачен ночью лес,
Но полон сказок и чудес...
Даша Максумова,
6 класс

В летней экспедиции

В экспедиции мне поручили изучать видовой состав бабочек. Но кроме этого я вела еще и наблюдения за гусеницами в садке. Садком являлась простая банка с подстилкой из листьев осины и веточками. Сверху банка затянута марлей. В садке у меня жили большие гусеницы шелкопряда. Мохнатые и беспокойные, они ползали по веткам и мне казалось, что они ищут место для окукливания. Так и произошло. Ночью одна из гусениц начала плести кокон. К утру кокон уже был прочно укрыт засохшими листьями. Теперь оставалось ждать вылупления бабочек...
Юннат Маша Мавричева,
6 класс,
школа № 60 Ленинграда

Загадочное болото

Огромное бескрайнее болото все поросло высоким камышом. Даже когда дует ветер, толстые стебли стоят неподвижно. Кажется, не живет в болоте никто. Мертвым кажется болото. Но стоит только прислушаться и становится ясно, что жизнь в этом болоте не умерла. Слышится тихое, веселое журчанье ручейков. Они бегут вглубь болота. Ручейки — словно говорящие братья.
Вдали, среди камышей, выглядывают яркие блестящие головки цветов. Вечером, когда болото кажется темным и зловещим, желтые головки, как фонарики, освещают его.
Юннат Катя Кернер,
6 класс

Это — ребята из школьного лесничества Казанской средней школы. Лесничество — в Ростовской области. Оно занимает девяносто восемь гектаров леса. Хозяева здесь — юные лесоводы. Они следят, чтобы вдоль нерестовых рек лесные посадки шли сплошными полосами. Они ухаживают за посевами саженцев деревьев. Сами делают и развешивают дуплянки и кормушки, расселяют муравьев и охраняют муравейники. А еще они ведут борьбу с вредителями леса, собирают сосновые шишки, семена кустарников и лекарственные травы.
Фотоинформацию доставил
В. ПАРФЕНОВ

Где что растет?

Вот ты и прочитал страницы, посвященные природе, ее охране и защите. Узнал много нового.
А что делаешь ты и твои друзья, чтобы сохранить природу, тебя окружающую?
Участвуя в «Голубых патрулях», ты можешь спасать мальков и следить за чистотой водоемов. В составе «Зеленых патрулей» — охранять лес, сберегать муравейники. А когда разольется весенний паводок, кто, как не ты, может помочь взрослым спасать в затопленных районах зверьков и птиц. А суровой зимой ты и твои друзья спасут, подкармливая, многих и многих животных.
Ты можешь принять участие и в сборе лекарственных трав. Но, конечно, узнав предварительно — что и когда следует собирать, и — самое главное! — что собирать запрещено!
У пионеров — много трудовых дел. Охрана и защита родной природы — одно из них!
Материалы подготовила Н. Иванова


ЖАВОРОНОК
Владимир СЕМЕНОВ

И вот он первый...
Он поет, —
От звуков никуда не деться.
И песня вешняя идет
В глубины сердца.
Течет, как талая вода,
Под корни ветел.
Ведь песни лучшие всегда
Поют в полете!
И с трактористом в этот миг
Солист небесный
Поделит утро на двоих
Трудом и песней.

ТЕМНЫЙ ОМУТ
Владимир ВЕДЯКИН

Показал мне парень местный
Темный омут, где с войны
Мотоцикл стоял немецкий, —
Руль блестел из глубины.
Много раз достать хотели
Ту машину из реки.
Зря кряхтели и потели.
Рвали жилы мужики.
Только речка не спешила
И текла едва-едва.
Но машину распушила
На простые вещества.
Чтоб фашистская короста
Не уродовала впредь
Замечательные просто
Хром, железо, никель, медь...

НЕПОГОДА
Владимир ЖУКОВ

По углам в домах,
Как мыши,
Все забились
От дождей.
Дождь стучит, стучит
По крыше,
Тыщи
Капелек-гвоздей.
Не испортит
Настроенье,
Барабанит пусть
И льет:
Путешественник
Арсеньев
Радость жизни нам
Вернет.
В этом сумраке
Стесненном
Лишь раскрою
Книгу я:
Удивленным,
Изумленным
Заблужусь
В чужих краях.

Рисунки К. Почтенной

ДОРОГА К ЗВЕЗДАМ
Леонид БУТЯКОВ

Вечереет...
День умолк.
Над соседней дачей
Вьется беленький дымок,
Словно хвост кошачий.
Или это борода
Деда-великана?
Иль дорожка —
во-о-он туда —
К инопланетянам?!
Решено! Иду в поход.
Ждут меня планеты.
Я отличный пешеход!
Где рюкзак и кеды?
Путь-дорога нелегка
Без подмоги маминой,
Но зато наверняка
Встречусь с марсианином!
Вечереет.
День умолк.
Грустно мне немножко:
Прилетевший ветерок
Разогнал дорожку!..

В КРАПИВЕ
Наталия ИЩУК

Верь — не верь
Такому диву:
Кто-то сам
Залез в крапиву!
Он спокойно там
Шагает,
И она —
Не обжигает!
Мы спросили:
— С кем крапива
Обращается
Учтиво?
— Только здесь и отдохнешь! —
Отвечал оттуда
Еж.

Берем с коммунистов пример

БЫТЬ ПЕРВЫМ

Наша обыденная жизнь редко предоставляет возможность проверить человека в ситуации крайнего риска и теперь мы внимательнее всматриваемся в лица и судьбы людей, о которых говорят: «Безотказный. Всегда готов помочь», потому что именно в таких заложена готовность к поступку, который мы называем подвигом.
Грузовик, с ревом вылетевший на площадь, вел себя странно. Его мотало из стороны в сторону, на светофоре горел красный свет, а водитель грузовика и не подумал остановиться. Отчаянно гудя, тяжелая машина шла по встречной полосе движения, мигала фарами.
«Тормоза отказали!» — успел подумать Андрей.
Он видел, как грузовик резко свернул, пытаясь избежать столкновения со встречным транспортом. Его занесло. Он медленно накренился и стал валиться... его положило на бок, поволокло по асфальту.
Краем глаза Андрей увидел, что люди, стоявшие на автобусной остановке, стали отходить к дому, а потом заметил легкий лепесток розовато-голубого пламени, лизнувший кабину лежащего грузовика...
«В двух баках у него — литров триста бензина. Ох и рванет сейчас!»
Потом, через несколько часов, он с удивлением подумал, что людей, ожидавших автобуса, он не запомнил. Ни одного лица не было в памяти. А ведь стояли рядом. Помнил он только спины — то ли пятились они в страхе, то ли Андрей так быстро метнулся на помощь тем, в горящем грузовике, что только и успел в долю секунды увидеть эти спины, выбирая в толпе для себя самый короткий путь...
После восьмого класса Андрей поступил на завод. Работа ладилась. Учился в вечерней школе. В цехе не могли нарадоваться — скромный, улыбчивый паренек нравился своей постоянной готовностью придти на помощь, взяться за любую работу. Неожиданно пришла беда. Катаясь на лыжах, он упал. Сложнейший перелом бедра! После такой травмы восстановить двигательную активность ноги считалось невозможным.
Андрей после выздоровления пришел на первую в жизни медицинскую комиссию, в военкомате услышал: «негоден». Как это? Он же сколько себя помнит, мечтал служить в танковых войсках, как его отец!
— Нет безвыходных положений, сын. Помнишь, я рассказывал, как мы попали...
— В деревню, стали на ночлег, а на рассвете обнаружили, что заехали к фашистам? Ну и что? При чем тут мое здоровье?
— Не об этом речь. Слушай. Хорошо, что мы замаскировались — еще ночью поставили нашего "бетешку" в пустую конюшню. Проснулись — глядим: гитлеровцы по деревне хозяевами ходят! Приказал я тогда занять места в танке и ждать... Тут одному из вражеских солдат понадобилось сенца достать! Открыл он ворота конюшни — а оттуда на него буквально выпрыгнул наш танк! Врезали мы из всех стволов, что у нас имелись, и ходу! Потом выяснилось — до десятка гитлеровцев уложили... Вот тебе и безвыходное положение!
— Но я-то здесь при чем?
Отец удивился:
— Не понял? Слушай: болезнь тебя вроде бы победила — уложила на несколько месяцев, с костылями ходить заставила, инвалидность подарила! Все! Считай, победила. Вот тут самое время за нее взяться! Заснула она, бдительность утратила... Теперь ты за нее берись! Хитро надо действовать, настойчиво, азартно! Твоя возьмет.
Андрея поразило это сравнение. Его беда раньше казалась ему душной темнотой, пронизанной болью и пропитанной запахом лекарств. Теперь же это был враг — сильный, злой, хитрый; но ведь и сильного можно пересилить, хитрого перехитрить!
Он выработал для себя комплекс упражнений и стал заниматься. «Качал силу» — по совету отца настойчиво и азартно. Пришло время последней призывной комиссии. В военкомате едва взглянули на его документы: «отсрочка по состоянию здоровья».
— Да вы посмотрите! — и Андрей прыгал на одной ноге, плясал, орал на членов комиссии...
Строжайший медицинский осмотр подтвердил: «здоров!»
И стал Андрей Сахаров артиллеристом...
...Он подбежал к лежащему грузовику, а пламя уже доставало до второго бака. Открыть дверцу... Но в кабине их двое — трудно будет вытягивать... Провозимся... Сколько же у нас времени есть? Секунд тридцать... А может, больше... Выбить стекло... Ну, давайте, ребята... Тяжелые какие... Какие неповоротливые... Нога застряла... Да помогайте же мне, черт вас возьми!.. Кто это?... Автобус какой-то встал... Да разве этим огнетушителем поможешь?.. Впрочем, хоть немного собьет пламя... Уже хорошо...
Он схватил пассажира, шофер автобуса, бросив огнетушитель, подхватил под мышки второго. Они тащили пострадавших к автобусной остановке, где уже давно было пусто, но вот от стены дома отделилась одна тень, вторая — к ним спешили на помощь. И тут позади на перекрестке проспекта Замшина и улицы Мечникова звонко ударил взрыв! Успели!..
Через несколько минут вокруг пострадавших хлопотало довольно много людей — звонили в «скорую», пожарникам, в ГАИ. Но из сотен, оказавшихся на перекрестке прохожих, первым у горящей машины — был он.
Андрей любит слово «удачно». Когда вспоминает свою давнюю травму: «Удачно обошлось!» Об этом случае он сказал те же слова. А удачи той было — секунд пять! Те самые пять секунд, которые понадобились ему, чтобы без раздумий броситься к горящему бензовозу.
В ленинградском втором автопассажирском объединении переспросили:
— Слесарь Андрей Сахаров? Нормально работает... Безотказный товарищ. Надежный.
В. КУХАРЕНКО
Р. МАЛОЗЕМОВ
Рисунок Е. Дубицкого


дети разных народов

Римская пятёрка

Союз пионеров Югославии основан в декабре 1942 года на I Съезде антифашистской молодежи. Первые пионеры были курьерами, проводниками, они носили партизанам еду, ухаживали за ранеными. Вступая в Союз пионеров — это происходит 29 ноября, в День Республики, — югославские ребята дают торжественное обещание: «Даю честное пионерское слово, что буду прилежно учиться и работать, уважать родителей и преподавателей, буду преданным, искренним другом, верным данному слову...» Югославские пионеры носят красный галстук.
Иногда спрашивают: какой случай в жизни тебе помнится лучше всего? Я раньше не мог ответить. Никаких случаев со мной не происходило. А прошлой осенью мы ездили в Крагуевац. Там есть памятник — из белого камня, на холме. Он вдруг поразил меня. И в памяти отчетливо осталась эта поездка и особенно памятник на зеленом холме.
Меня зовут Александр, можно просто — Алекса. Алекса Йованович. Я из Смедерево — это в 40 километрах от Белграда. Город небольшой, но вы, наверное, слышали о нем — ведь его русские освобождали, в 1944 году. Советские войска тогда с востока подошли, а югославская Народно-освободительная армия с запада и юга. Это осенью было, в октябре. Фашисты хотели прорваться от Смедерево к Белграду, но это им не удалось.
Я в шестом классе сейчас, а когда мы ездили в Крагуевац, был в пятом. Крагуевац — почти такой же, как наше Смедерево, и они оба в Сербии. Кроме Сербии в Югославии еще пять республик — Хорватия, Словения, Македония, Черногория и Босния с Герцеговиной, поэтому Югославию так называют — федерацией, федеративной республикой.
В Крагуеваце мы пришли к памятнику — он на холме в форме латинской буквы «V». Я так и подумал сначала: это латинская «V». В Югославии два алфавита — кириллица, с такими же буквами, как и в русской азбуке, и латиница.
Но Милина — девочка из нашего класса — сказала: «Это не «V», ты разве не знаешь, это пятерка. Римская пятерка. В Крагуеваце фашисты расстреляли детей, пятиклассников, поэтому и памятник в виде пятерки».
Я подошел поближе. Памятник из целого куска, из одной глыбы. А из камня проступают детские лица. И все мальчишки.
Я сначала просто так смотрел, а потом вдруг как-то жутко стало. Их расстреляли, когда они в пятом классе учились. И я тоже пятиклассник. Милина сказала, что это в сорок первом году произошло. Фашисты взяли детей в заложники, целый класс, а школа была мальчиковская, без девчонок. Фашисты их держали заложниками, а потом расстреляли. Это были живые люди, и вот их нет, они не выросли, не стали взрослыми. И мне на секунду представилось, что я — один из них, уже никогда не стану старше, что меня не будет, что меня расстреляют... Я даже отошел подальше от памятника. Мама волновалась, когда мы поехали из Смедерево в Крагуевац — в другой город едете! А если б меня взяли в заложники, что бы с ней тогда было? Это она ходила бы около тюрьмы, а там везде часовые, толстые стены...
Обратно мы пешком возвращались — шли по лесным тропам, ночью ночевали в палатках или в деревнях. В лесу ночью мне совсем не было страшно. Я думал про тех пятиклассников из Крагуеваца, и у меня было такое чувство, что как-то нужно за них отомстить, и что будто мы партизаны, пробираемся ночью к вражеским позициям. Во время войны дети помогали партизанам — носили им еду, смотрели за ранеными, а были и такие, что по-настоящему воевали. Как Бошко Буха, был такой пионер, партизан, он был... мы называем это бомбометчик. Фашисты строили бункера, и чтобы уничтожить бункер, нужно было подобраться к нему как можно ближе и забросать гранатами. Бошко Буха погиб в сорок третьем году.
Утром мы пришли в большое село. Там встретились с деревенскими ребятами. А их родители устроили угощение: разложили скатерти прямо на поле, получился длинный белый стол. Было много винограда, фруктов, хлеба... А вечером они так сделали: жители забирали по одному, по два человека к себе на ночлег. В сельском клубе мы все собрались, и вот подходит мужчина или женщина к микрофону, себя называет и приглашает нас в свой дом, берет с собой мальчика или девочку. Село большое, нас всех разобрали по домам, а многим уже и не досталось, так что даже одна крестьянка расплакалась. А старый дедушка вообще опоздал и потом говорит: «Как же я домой вернусь, старуха будет ругать, что я без детей пришел!» Он по-настоящему расстроился.
Мы вдвоем с Драганом были приглашены в один дом, но я вдруг решил: «Драган, ты иди к ним, а я пойду к этому деду». Не знаю, почему я так поступил...
Я пришел к этому дедушке. Он даже растерялся, что все-таки к нему в гости пришли, бросился со старухой угощать меня — и виноградом, и сливами, мед поставил, чай. Я до этого уже наелся всего, но было неудобно отказываться. Я всего попробовал понемногу, а они все уговаривали: «Ешь, сынок!» Как будто я им совсем не чужой, как будто сын или внук...
Записал В. РОМАШКИН
Рисунки Л. Уральской


ПРИКЛЮЧЕНИЯ НЕУТОМИМОГО БРАТЦА КРОЛИКА

Как вы думаете, Заяц может обмануть Лису? Куда там нашему Косому, герою сказок, он же всего боится, только и умеет, что дрожать где-нибудь под кустом, про него даже в песенке поется: «Трусишка, зайка серенький...» Где ему обмануть Лису, она ведь прославилась своей хитростью. Ну, а Кролик? Он вроде бы Зайцу близкий родственник — длинные уши, короткий хвост...
Но откроем книгу «Сказки дядюшки Римуса» и окажется, что вот Кролик-то может перехитрить Лиса. Да только ли его! От проделок Братца Кролика, этого отчаянного хитрюги и выдумщика, у всех зверей голова кругом идет. Чего-чего он только не проделывал: сам притворился мертвым и у Братца Лиса всю рыбу украл, раз; масло съел, а все свалил на Братца Волка, два; горох у Братца Лиса воровал, а когда попался, вместо себя в ловушку Братца Медведя посадил, три; да что тут считать, пальцев не хватит.
А ведь что еще придумал — всем раззвонил, что Братец Лис у его папаши тридцать лет верховой лошадью служил, каков, а? Правда, однажды было дело — попался, но только Братец Лис его схватил, как Кролик принялся клянчить, да так жалобно: «Делай со мной, Братец Лис, что хочешь, только не бросай меня в этот терновый куст!» Ну, Лис решил, что раз Братец Кролик так боится этого куста, значит, нарочно надо его туда бросить — и бросил. А кролику только того и надо! Вскочил на лапы и был таков.
Да откуда он взялся этот Братец Кролик, кто его выдумал? В книге сказки про Лиса и Кролика рассказывает пожилой негр — дядюшка Римус. Но ведь у этой книги есть еще и автор — Джоэль Харрис. Значит, это он сочинил такие веселые и забавные сказки? Нет, Джоэль Харрис только собрал их, записал и издал книжкой, а рассказывали их Харрису многие люди — потомки черных невольников, которых привезли для работы на американских плантациях из далекой Африки, а вместе с ними прибыли в Америку и истории про хитрого зверька.
И по сей день бабушки и дедушки где-нибудь в Африке рассказывают своим курчавым темнолицым внучатам веселые сказки про животных. Там действуют всякие звери — слоны и гиены, антилопы и черепахи, и даже паук. Но сильнее и умнее всех оказывается обычно Заяц. У него нет когтей и острых зубов, нет бивней, нет крепкого панциря, но зато у него есть хитрость и смекалка. И эти качества на поверку выходят самыми главными, потому что маленький слабосильный Заяц побеждает всех — и слона, и гиену, и самого царя зверей льва.
А как невольники попали в Америку, ты, наверное, знаешь... Открытие нового континента — Америки, как ни странно, имело самое прямое отношение к судьбе нашего Братца Кролика.
В Америке, как в Северной, так и в Южной, появились обширные плантации. Здесь выращивали кофе, какао, табак, сахарный тростник, которые потом везли в Европу. Этих продуктов требовалось все больше и больше, плантации расширялись, а рабочих рук не хватало. Скоро выход был найден — в Новый Свет стали возить рабов из Африки. По всему западному побережью «Черного» континента работорговцы скупали или захватывали силой сотни и тысячи людей, чтобы потом их, закованных в кандалы, везти за океан.
Вот так наш хитрец и обманщик Заяц из африканских сказок, после мучительного и долгого путешествия в трюме работоргового корабля, где он задыхался от духоты, умирал от жажды и голода (ведь переход в Америку длился тогда 3—4 месяца в зависимости от погоды) очутился на американской земле.
Теперь о нем рассказывали рабы на плантациях. Их свозили сюда из самых разных мест — все говорили на своих языках, и чтобы как-нибудь договориться, стали переходить на английский или на испанский. Но после изнурительного рабочего дня на чужой плантации, пусть на чужом языке, все равно чернокожие мамы и папы, бабушки и дедушки рассказывали детям и внукам про хитрого зверя, который умеет выпутаться из любой ситуации, который всех проведет.
Правда, кто он теперь — этот зверь? Заяц? Зайцев в округе не было, водились только кролики. Они, конечно, в отличие от зайцев роют норы, но все-таки очень похожи — те же уши, тот же хвост, сойдет вроде. Но в сказках Заяц раньше обманывал слона, гиену, антилопу, а таких животных здесь никто не видел. Так и вышло, что, перебравшись в Америку, Братец Кролик стал испытывать свои проказы на тех, кто жил поблизости, на местных зверях: а водились тут Лис, Волк, Медведь, Опоссум.
Так родившийся под африканским солнцем Заяц, а ныне — Братец Кролик завоевал Новый Свет — он появлялся везде, куда только привозили негров-рабов, про него слышали и в Бразилии, и в Мексике, и на Кубе, и в южных штатах США. Белые хозяева, конечно, не прислушивались к этим сказкам: что там интересного могут рассказать эти чернокожие старики и старухи, окруженные грудой оборванных негритят? Но вот однажды...
Однажды, это случилось в 1848 году, в маленьком американском городке Итонтоне, штат Джорджия, у мисс Мэри Харрис родился сын — Джоэль Чандлер Харрис. Жилось им трудно: кроме бабушки — маминой мамы — никто им не помогал, и Джоэлю как можно раньше нужно было начинать трудовую жизнь.
Когда ему было 13 лет, он прочитал в местной газете «Соотечественник» объявление: «Требуется бойкий способный белый мальчик для обучения издательскому делу». Это объявление дал издатель и хозяин этой газеты Дж. Тернер. Этот Тернер был одновременно и плантатором — имел небольшую плантацию хлопка и жил за городом. Там же помещалась и типография, работать в которой нанялся Джоэль. Так он перебрался на плантацию. Сам Тернер с семьей и другие белые жили в двухэтажном «господском» доме, а неподалеку располагались хижины рабов. Очень часто после работы в типографии Джоэль вместе с сыновьями Тернера ходил в эти хижины, чтобы поболтать с неграми и послушать их рассказы. И тут Джоэль в первый раз услышал эти необычные веселые истории про животных — про Братца Лиса и Братца Кролика. Мальчику они очень понравились.
Шло время. Постепенно Джоэль стал не просто помогать Тернеру в типографии, он начал сотрудничать в газете, писать небольшие статьи, печатать рецензии. А одновременно он работал над книгой — той, которую знает теперь весь мир, — «Сказки дядюшки Римуса». Появилась она в 1880 году. Так Братец Кролик стал известен всем. Он начал путешествие по всем странам!
Но кто же такой дядюшка Римус? Как известно, на плантации у Тернера не было человека, которого бы так звали. Сам Харрис впоследствии писал, что своим появлением дядюшка Римус был обязан многим людям — пел он точь-в-точь как Большой Сэм, а рассказывал, как тетушка Крисси, но больше всего он все-таки был похож на старого Джорджа, который вечно чинил всем башмаки, плел корзины, мастерил что-то у себя в хижине, старый Джордж был большим другом всех мальчишек — и черных и белых. Человека по имени Римус на плантации не было, зато в городке был садовник, которого так и звали — дядюшка Римус. Наверно, это имя понравилось Харрису и он решил именно так назвать своего героя-рассказчика.
После того, как первая книга была напечатана, Харрис не бросил своего Братца Кролика. С годами он стал профессиональным журналистом, сотрудничал во многих газетах, был даже главным редактором газеты в столице штата Джорджия — городе Атланта. Но собирание и изучение фольклора стало делом его жизни — Харрис собрал и напечатал огромное количество негритянских сказок и песен.
...Теперь-то нас не удивишь хитростью Кролика — мы отлично знаем, что Кролик — самый умный и находчивый зверь. А недавно у нас в стране появился его брат и единомышленник — Заяц из мультфильма «Ну, погоди!» Разве он похож на традиционного трусишку Косого? Ничуть не бывало, он похож на неутомимого Братца Кролика: пусть у Волка большие зубы и когтистые лапы, все равно побеждает не тот, кто самый сильный, а тот, кто самый умный и находчивый.
Е. ПЕРЕХВАЛЬСКАЯ

<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz