каморка папыВлада
журнал Юность 1987-11 текст-22
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 21.05.2019, 09:59

скачать журнал

ЗАСЕДАНИЕ ДЕСЯТОЕ

20 комната

Продолжаем исповедь поколения - «если честно, то...»
Глава третья.
Ждем писем для следующих глав.
На статью «Остановите пулю» откликнулись только ветераны войны, почему молчит молодежь?
Открываем банк информации. Делайте ваши взносы.
Официальный справочник против старожилов. Кто победит?

«Если честно, то...»

Это будет прекрасно
Мне 19 лет. Сразу же после школы поступила на службу в одно из государственных учреждений аппарата управления. Проработав полтора года, оставила это занятие. Ха! Своеобразный протест. Надоело выслуживаться. Без диплома вуза я никто. Сейчас не работаю, готовлюсь, жму из себя все соки, желая поступить, не зная при этом, чего я хочу, а только то, что нужно. Увы, над жизнью я стала задумываться слишком поздно, примерно год назад. Благодарна тем обстоятельствам, что заставляют меня это делать.
Я многого еще не знаю. Отсюда-то и все мои беды. Я хочу воспитать в себе ЧЕЛОВЕКА, полезного обществу, но не могу, опять-таки из-за незнания, создать правильный идеал, хотя бы контур, и неустанно следовать ему, воспитывать себя на нем. Живых примеров пока не встречала. Почему-то сейчас все больше тянет к философии, общественным наукам, работам Ленина и Маркса. Приходится удивляться, как это я смогла окончить школу, не прочитав ни одной работы Ленина. А учебника по обществоведению у меня и вовсе не было. Ужасно обидно за те бесцельно прожитые годы. И хотя сейчас я не вижу перед собой твердой духовной цели, но иду к ней и уверена, что приду. Самостоятельно мыслить могу, подвергая все сомнению. Ошибок было много, и сколько их еще впереди. Стараюсь, оступившись раз, не оступиться снова. Личностью себя не считаю, так как не имею твердых убеждений. Полная неудовлетворенность собой мешает выразить свое «Я». По возможности остаюсь собой, но это удается не всегда.
Крупной сделки с совестью, полагаю, не происходило. Так, по мелочам. Совру что-нибудь, помучаюсь немного, и все пройдет. Опять же стараюсь это искоренять. Сколько раз себе говорила: все! Нужно жить по чести! А посмотришь вокруг — где она, эта честность? Все так и вывертываются, выкручиваются ради своей выгоды. Было... было одно дело, из-за которого я до сих пор мучаюсь. Когда была секретарем судебного заседания, не смогла противостоять обману, в частности, фальсификации документа. Теперь уже все позади, все сошло с рук моих и вышестоящего начальства. А ведь и из-за меня тоже сидят в местах не столь отдаленных те люди, к судьбе которых я была причастна. Я ненавижу себя за это, за слабохарактерность, безволие.
Честь и собственное достоинство я ставлю в основу всех жизненных принципов. Этим должен, просто обязан обладать каждый нормальный человек, воспитывать их в себе.
У меня нет и не было человека, которому я могла бы открыть все тайны своей души. А мне так хочется его иметь. Мешает эгоистичность. Я не могу распознавать в людях их достоинства и как только покидаю их в надежде встретить новых, лучших, понимаю, что глубоко ошибалась. Под этими людьми подразумеваются прежде всего родители, родные и близкие, друзья, знакомые. Это они настоящие мои воспитатели, пусть не удовлетворяющие в чем-то мой интерес. Я безжалостно порвала с ними. И сейчас — одиночество, тьма. Это ужасно. Жизнь учит любить людей. К счастью, я не попала в круг единомышленников-эгоистов, выражающих свой протест обществу. По своей натуре сторонюсь всякого рода компаний, что тоже неверно.
Я хочу жить! Спешить жить! Черт знает зачем я просидела десять лет в школе, которая мне совершенно ничего не дала. Я проснулась лишь недавно, открыла глаза, встрепенулась от волшебного сна и увидела перед собой аттестат зрелости. Он мой? За что?! Я только что родилась и начинаю жить! Смысл жизни сейчас вижу в честном труде, в учебе и работе на благо общества. Пусть пройдет немалый срок, чтобы наверстать школу, а поступление в юридический и будет моим аттестатом зрелости.
Ненавижу ложь, лицемерие, чванство, бюрократизм, пошлость, трусость и необоснованную вражду. Люблю все новое, неизведанное, необъятное ощущение познания. Равнодушной не бываю, если из-за слабохарактерности не выскажусь напрямоту, то мучительно переживаю, пытаясь все же какими-то путями удовлетворить свое желание голоса.
Предавать никого не приходилось, разве что себя. А меня предавать некому, я же эгоист-одиночка.
Когда сознаешь, что ты полезен людям, это по-настоящему жизнь! Тогда хочется жить и работать еще лучше. К этому общеизвестному по литературе понятию я пришла исходя из собственного опыта, открыла для себя прописную истину. И это действительно так.
Я вообще отношусь очень чувствительно к всякого рода потрясениям, будь то кинофильм, книга, смерть птички. Но быстро остываю, остается в душе бледный след пережитого. Поэтому-то и не могу описать более запомнившееся, что действительно потрясло.
Чувствую в себе какую-то внутреннюю силу, которая, как вулкан, вскипит когда-нибудь и прорвется и уж тогда будет бить ключом. Я приближаю это время. Но сейчас мне рано преображать мир, реально это сделать не могу, а мечтам моим нет предела. Не знаю даже, как это будет выглядеть, но это будет прекрасно!
Ирма Г.
Краснодарский край

Аристократия духа
У меня никогда не было фирменных джинсов и в ближайшем будущем вряд ли появятся; штаны мне приходится стирать не реже раза в две недели, так что «фирму» покупать нецелесообразно. Мне чхать на фирмовых мальчиков и девочек, точно так же, как им чхать на меня,— мы живем в параллельных плоскостях. Летним вечером наш Крещатик — фейерверк причесок, костюмов и поз, хоть и каждому известно, что «рулетка» — место сбора самых дешевых девочек. Они все по мере средств и фантазии стремятся выглядеть оригинально, но когда мы идем мимо в брезентовых брюках и заслуженных кедах в очередной «поход» по Киеву, пальма первенства остается за нами. Да, контакта с классом у меня не было, но в 14 лет я попала в кружок во Дворце пионеров, и с тех пор он функционирует, а прошло 10 лет. Время от времени появляются новые товарищи — «вылавливаются» из окружения, кто-то на время откалывается (как откололась я, когда родился сын), но тем не менее все мы растем «не вширь, а ввысь», по крайней мере хотим расти. Основная специальность у большинства, как и у меня, чисто техническая, но почти все из нас смогут провести экскурсию по Лавре или Софийскому собору, и никто не делает круглых глаз, слыша слова «классическая музыка» или «металлический рок», просто — каждому свое. И почему-то среди поклонников джаза больше любят Вивальди, а любители Моцарта предпочитают рок. Я — так вообще обожательница примитивных ритмов типа там-там или таблы. Многие из нас могут руками снимать головную боль, а некоторые, сосредоточась на человеке в течение трех — пяти минут, могут описать зрительный образ, сопровождающий его мышление в данный момент. И такие свойства, как выяснилось, присущи почти каждому, кто хочет их развивать. Да, мне повезло: родители наделили меня неуемным любопытством, хорошей памятью и обаянием, да еще и воспитали оптимистом. Да, во дворце нам попались умные и «задорные» руководители, открывшие путь «вверх», а не только «от джинсов к машине», они, кстати, постоянно конфликтовали с администрацией дворца и уходили один за другим, точнее, их «вытравливали». С тех пор, слыша фамилию «Сорокина», я вспоминаю эти первые уроки бюрократизма. Короче говоря, нам всем повезло, но, по моему глубокому убеждению, если человек думает о записях и вещах не больше, чем они того заслуживают, если его что-то интересует, помимо собственного желудка и он готов не только брать, но и давать, единомышленники у него все равно найдутся. Кто как считает? У меня есть предложение: пусть все, кто относит себя к таким «благополучным» (имеется в виду не «фирмовая аристократия», а «аристократия духа»), поделятся своим опытом, а то уж слишком мрачной вырисовывается жизнь современной молодежи.
КОВАЛЕВА К.
г. Киев.

Неизвестному другу
Хочется поговорить с кем-нибудь. Можно очень интересно и с толком побеседовать. О журнальных новинках, о проблемах молодых семей — вместе с родителями им жить или отдельно, о собачьих проблемах: одной знакомой подарили щеночка, хорошенького, маленького, вырос, оказался ньюф. Не знаете, что это такое? Это такой черный дьявол два метра в длину, вес сто кило, обладает, кроме того, властным характером. Соображает так: если я силен, меня должны слушаться. А квартира однокомнатная и дачи нет. В зоопарк не берут, он же не лев.
Конечно, главное общение у человека на работе. Но тут кому как повезет. В обыкновенной среднестатистической «конторе» особенно интересных разговоров не бывает. Над всеми довлеет какое-то среднестатистическое общепринятое мнение по любому вопросу, и, конечно же, высказаться откровенно редко кому приходит в голову. А если приходит, то единственная реакция окружающих: «Где это он с утра надрался?»
Где же пообщаться с себе подобными? У нас сейчас повсеместно созданы клубы знакомств. Но эти самые знакомства подразумевают вступление в брак. А если человек не стремится к браку? Я однажды пришла в такой клуб. Там сидел очкастый, страшно деловой психолог. «Какой вам нужен муж?» — рявкнул он. «То есть как какой?» «Блондин, брюнет, с каким окладом, с детьми или без детей?» Ничего себе, то ни гроша, то вдруг алтын. Сразу и оклад, и дети, не слишком ли всего много? «Мне, собственно, мужа не надо, ни с окладом, ни без оклада...» «Чего же вы мне голову морочите!» «Тут речь шла о знакомствах, я ищу собеседников». Квадратные очки психолога полезли на квадратный лоб. Глазки под очками оказались маленькие и очень усталые. Когда у человека делаются такие глаза, значит через пять минут он уснет. Наверное, психолог работает на полторы ставки и не высыпается. Видно было, что ему очень хочется выразиться непечатно и он преодолевает это желание. «Запишитесь в ансамбль песни и пляски». «Но там же не разговаривают!» — стояла я на своем. «Ну, в кружок художественного свиста».
Сильно же он рассердился. Мужчины вообще сильно обижаются, когда женщина не хочет замуж, хотя бы даже до этой конкретной женщины им не было никакого дела. Хотя... точно так же обстоит дело и у прекрасной половины человечества. Помню, как ненавидели все женщины нашего поселка, давно, когда я была еще школьницей, холостого врача-рентгенолога. Врачу было лет пятьдесят, был он некрасивый, неопрятный, худой, попивающий. Любил читать книги. Читал толстые исторические романы «Порт-Артур», «Цусима» и военные мемуары, а когда приносил сдавать их в библиотеку, от книг крепко пахло дешевым табаком. Питался врач, как говорили, одними консервами «Сардины в масле», и я, помнится, ему завидовала, потому что у нас сардины бывали только по праздникам, каждый же день ели надоевший суп с говядиной, а я как раз обожала сардины. Наверное, он не догадывался, что ему перемывали косточки во всех поселковых женских коллективах: «Что он о себе воображает? Почему не женится? Ему нехороши наши женщины? Пусть на себя в зеркало посмотрит». То были благословенные годы, когда при возникших разногласиях люди, не изобретая более тонких нюансов, просто говорили друг другу: «Сам дурак!»
Однако вернемся в сегодняшний день. Мысль-то психолог все-таки подал неплохую. Надо идти в кружок по интересам. Куда, например? Я люблю собак, попробовать разве в собачий клуб? Нет, в собачьем клубе все интересы собачьи, а мне надо человечьи. Какие у меня еще интересы? Литература. Очень распространенный интерес.
Ну, вот. Возьмем лист бумаги, напишем сверху: «Дерзание» (роман). Начала? Начала. Значит, отношусь к начинающим. И пойду соответственно не в клуб любителей книги, хотя там бывает дефицитная подписка, а совершенно бескорыстно — в литературное объединение.
Уютная библиотека, красивая библиотекарша. Даже мягкие кресла в читальном зале. Народу много, человек сорок наверняка. Эх, сейчас все обсудим, с чего начать?
— Распишитесь.
— Зачем?
— Таков порядок.
— А отпечатков пальцев не требуется?
Выразительный ответный взгляд.
— А как вы думаете, китаец Лао Шэ...
— Тише, тише, начинаем. Первым пунктом нашей повестки Лена прочтет свои стихи.
Лена читает долго, монотонно, уныло.
— Теперь высказывайтесь. Кто первый? Тише, товарищи. Вот товарищ хочет... Вам понравилось?
— Конечно, понравилось. Она молодец, столько накатала, у меня бы ни за что терпения не хватило...
— Тише, товарищи, товарищ первый раз. Что именно вам понравилось?
— Ну, вообще, хорошо тут у вас. Чисто, светло, а чаю не бывает?
Все оживленно заерзали, мечтая о стакане чаю с булочкой.
— Тише, товарищи! Кто по существу?
Находится и по существу. Говорит долго, монотонно, уныло.
— Следующее занятие через неделю. Обсуждаем Диму. Дима, ты стихи принес?
Попробуй тут пообщайся. Выскочили на улицу, понеслись. Эти — оттуда сюда, те — отсюда туда.
Очень активно общаются в очередях. Темы только однообразные. Когда я в четвертый раз услышала в очереди про женщину, которую якобы зарезали и, расчленив, покидали в общественный туалет на станции («а голова-то возьми и всплыви»), так вот, когда я услышала эту захватывающую историю в четвертый раз, то поняла, что в очередях общение специфическое, клуб по интересам, конечно, но не по моим.
Ну, что же, продолжим диогеновский поиск. Диоген днем с фонарем, как известно, искал человека. И не нашел. Я не такого плохого мнения о современниках. И даже уверена, что в это самое время где-то есть неизвестный друг, который, сложись обстоятельства по-другому, охотно поговорил бы со мной о том, что интересно мне, и рассказал бы о том, что интересно ему. Просто обстоятельства складываются не так.
Общаться надо на выставках, во дворцах культуры, в театрах, сказал мне однажды в юности учитель. А вот как раз и дворец. Как кстати в нем выставка молодых художников. Ну-с, с кем же мы будем общаться? С мужчиной заговорить неудобно, попробуем с женщиной постарше и не слишком шикарно одетой. Между прочим, на всех этих выставках, спектаклях и других культурных мероприятиях женщины составляют примерно семьдесят процентов присутствующих или чуть больше. Остальные — мужья, приведенные женами. Это явление социологами еще недостаточно изучено. Не думаю, что мужчины в массе некультурнее женщин или что они не испытывают потребности в приобщении к культуре. Может быть, они считают, что никакой такой особенной культуры во дворцах культуры не водится?
Однако мы отвлеклись. Посмотрим рисунки на стенах. Серыми рядами небольшие, сантиметров тридцать на тридцать, квадратики. Почему они, эти шестнадцатилетние художники, так любят серый мышиный цвет? Поразительно. Небо на улице майское, ярко-синее, первомайский флаг ярко-красный, облако белее рафинада, молодые листочки ярко-зеленые, глаза у девчонок, как вишни, в чистой мостовой после короткого ливня отражаются белые облака и сверкающие троллейбусы, аж голова кружится. Где они взяли эту прорву серой краски?
На столике пухлая книга отзывов. Любопытно. Вот, например, три строчки восклицательных знаков. Так сильно понравилось. Много отзывов, целый альбом. Почитаем. «Меня зовут Алена. Я ничего не смыслю в живописи, но душа моя стремится к чему-то высокому, и я порой не понимаю себя. А во сне я летаю, летаю и не падаю...» Где же ты, Аленушка? Моя душа тоже стремится к чему-то высокому, и я тоже не понимаю себя и до сих пор летаю во сне. Летаю и не падаю.
А вот еще. «Я учусь в десятом классе, и мне совершенно не с кем поговорить. Вы скажете, а как же ребята? Но они не поймут меня, высмеют. Сентиментальность сейчас не в чести. Наше время жесткое, говорят ребята, надо быть жестокими. Они иногда мучают животных, чтобы проверить, кто «слабак», кто не выдержит. Не выдерживаю, конечно, я. Я учусь отлично даже по тригонометрии. Но я совершенно не понимаю, почему мир жесток и почему я должен быть каким-то суперменом, а не самим собой...»
Непонятно, при чем тут выставка? Неужели вот эти серые картинки задели сокровенные струны в душах людей? Скорее всего дело в том, что людям не с кем поговорить.
Последняя строчка в книге отзывов подписана Демидовым. Мне, что ли, тоже чего-нибудь написать? О Лао Шэ, например. Надо же с кем-нибудь поговорить о Лао Шэ, сколько я буду беречь в душе этого великого китайца, смеющегося громовым смехом, нелепого, с нелепой китайской косичкой, титана? А вдруг, если рассказать людям о Лао Шэ, то все сразу станут счастливыми? Мало ли чудес на свете?
Но пока я раздумываю, книгу берет ярко-рыжекудрая женщина лет шестидесяти, садится в уголок и, застенчиво закрываясь ладошкой, долго что-то записывает в нее. Наверное, она хорошо разбирается в живописи. Неплохо бы спросить ее о сером цвете, она, похоже, моя единомышленница, вон как ярко голову накрасила.
— Скажите, пожалуйста, вам понравилась выставка?
Почему-то отводит глаза, говорит: «Да-да, разумеется», и торопится к выходу. Нет, она не просто сказала: «Да-да, разумеется», а вот что звучало в ее голосе: «Я, моя милая, с незнакомыми не разговариваю. Вы, моя милая, видимо, дурно воспитаны». Ужасно интересно: что же все-таки написала в альбом моя несостоявшаяся собеседница? Вот подпись «Демидов», которой все кончалось до того, как рыжая дама взяла в руки книгу отзывов. Дальше ее послание всем, а значит, и мне. «Какая прелестная выставка. Как подарок ко дню рождения. Это у меня сегодня день рождения. Не будем говорить, сколько, разве это важно, все равно жизнь коротка, как один миг. Я почти прожила, но я не понимаю (господи, и она не понимает!), не понимаю, что должна была свершить в этом мире, жизнь разошлась на мелочи, надо было ходить на службу, готовить обед, я думала, что главное — это дети, но у детей давно своя жизнь и нет времени, чтобы поговорить со мной...»
Даже сердце защемило. Ну, вот, теперь я лучше представляю, кто и куда так неудержимо несется по улицам: «Алена, которая летает во сне, десятиклассник, который не выдерживает, когда мучают животных, рыжекудрая дама, которая почти прожила жизнь, но так и не поняла, что должна была свершить в этом мире, и я, которая тоже многого не понимает.
Мы все несемся очень быстро, потому что остановиться или хотя бы затормозить очень трудно, мы не смотрим ни на кого, потому что это не принято, мы не заговариваем друг с другом, потому что спешим.
Остановись, неизвестный друг!
Римма МАЗИТОВА
г. Электросталь.


Отклик

Обидно!

Я просто заболел от обиды, когда прочитал в седьмом номере «Юности» материал Леонида Гуревича «Остановите пулю».
Какое варварство! Какое вопиющее безобразие! Трудно найти слова, чтобы выразить свое возмущение, когда узнаешь из статьи о хамском отношении и подростков, и взрослых к останкам советских воинов, погибших в борьбе с гитлеровскими захватчиками.
Как же могло случиться, что после войны прошло уже столько лет, но до сих пор останки наших солдат лежат под открытым небом?.. Неужели там нет Советской власти? Неужто там живут такие бездушные и безмозглые люди, которым священная Память о жертвах войны совершенно безразлична?
По приглашению школьников-тельмановцев из г. Берлина мне дважды — в 1984 и в 1985 годах — довелось побывать у них в гостях. Они случайно узнали из газеты, что я участвовал в боях за освобождение Берлина, и им захотелось встретиться со мной. Я с радостью воспринял их предложение, и прямо скажу: поездками в Берлин остался очень доволен!
Почему? Да потому, что там память о наших погибших боевых товарищах немцы чтут так высоко, что просто теряешься, когда смотришь на то торжественно-траурное убранство, которое царит на мемориальных кладбищах советских воинов.
И не только в самом Берлине. Когда немецкие друзья меня спросили, куда бы я хотел поехать в ГДР, я ответил:
— На место бывшего плацдарма. В старую пойму Одера между Франкфуртом и Кюстрином. Там, где начинаются Зееловские высоты, есть деревня Вуден. В ней должна быть могила моего друга детства Гриши Вильховского. Мы воевали с ним в одном полку. Туда нужно ехать!
Но... В деревне Вуден мы узнали, что останки всех советских воинов после войны перевезены в деревню Рейтвайн. Там был в годы войны штаб маршала Жукова и теперь находится мемориальное кладбище советских воинов, где похоронены три тысячи солдат и офицеров...
Деревня Рейтвайн находится вдали от больших дорог. Сюда мало кто приезжает. Но до чего же заботливо ухожено наше кладбище в этом отдаленном уголке! На гранитных стелах отливают золотом фамилии погребенных здесь солдат и офицеров. Нигде ни одной царапинки, ни одного сломанного цветка. Все ухожено так, как будто сюда каждый день приходят их родные, чтобы проявить заботу об этом священном уголке, навечно приютившем российских сыновей.
Молодое поколение в ГДР достойно хранит память о тех, кто освободил их страну от фашистского гнета. В этом я хорошо убедился и во время встреч с детьми в школах Берлина. Как-то в 18-й школе имени Адама Кукова на одном из уроков русского языка меня спросили:
— Есть ли разница между тем поколением юношей, которое вы видели сразу после войны в Берлине, и сегодняшним?
Вопрос, конечно, был неожиданный. Но я на него ответил таким примером:
— 2 мая 1945 года для нас в Берлине война была закончена. Во второй половине дня мы стали собираться группами, чтоб разделить радость Победы. И вот в такой момент вдруг раздался выстрел. Офицер, стоявший рядом с нами — вся грудь в орденах,— упал замертво. Когда мы прочесали здание, то выволокли оттуда 12-летнего мерзавца из команды «Гитлерюгенд»... А сегодня вы все меня встречаете, как родного, улыбаетесь, дарите цветы!
Одна девочка, утирая слезы, спросила: «А были ли дети у того офицера?!»
Вот как воспитаны дети нынешней свободней и демократической Германии!
Я живу в Ставрополе. От порога нашего дома до школы № 24 примерно 60 метров. А, к моему стыду, побывал в ней только в нынешнем году. Конечно, дети из нашего дома знали, что я фронтовик. Но их это почему-то не интересовало.
Так вот, когда меня пригласили на встречу со школьниками, то пришлось в их программу внести поправку. Они хотели мне почитать стихи, какие-то выдержки из литературы и т. п. Я подумал и сказал:
— А что, если сделаем наоборот? Не я вас буду слушать, а вы меня послушаете?..
— Конечно!.. Давайте так сделаем!..
Надо нам, взрослым, постоянно быть ближе к детям. И не просто быть. А являть собою пример. Во всем всегда. Тогда, уверен, нам не придется писать такие страшные рассказы о делах, порочащих прекрасное и высокое имя Человека.
А. СВИРИДОВ, ветеран 8-й Гвардейской армии, бывший разведчик.


Новая старая Москва — это возможно?

Что в имени твоем?

Я москвич, живу на Пионерском пруду. Не думаю, что кто-нибудь из 20-й комнаты сразу сообразит, где я проживаю, хотя редакция «Юности» — в двух кварталах отсюда. Я живу на Патриарших прудах.
— Ах, так бы и сказали, — слышу обычно в ответ...
Сейчас немало пишут о неоправданных изменениях исторических названий улиц, площадей и городов. Морям и рекам, озерам и прудам повезло в этом куда больше. Сохранили в столице свои названия не только Москва-река, но и Яуза, и Чистые пруды, и даже Неглинка, заключенная еще в начале XIX века в трубу. Пожалуй, не повезло только моим Патриаршим.
В XVII веке здесь, в районе Патриаршей Козьей слободы, существовало три пруда, о чем и поныне сообщает находящийся рядом Трехпрудный переулок. Именовали их Патриаршими. В XIX веке остался один пруд, но множественное число сохранилось. В 1932 году Патриаршие пруды были переименованы. Теперь это Пионерский пруд (или же — Пионерские пруды, точнее сказать не могу, в разных современных справочниках бедный водоем значится то в единственном, то во множественном числе, а на самом пруду и вовсе ничего не написано).
Несмотря на обилие переименований, трудно, наверное, указать в Москве столь же АБСОЛЮТНО НЕ ПРИЖИВШЕЕСЯ название, как Пионерский пруд, вместо Патриарших прудов. Сам я о переименовании с детства любимых мест узнал недавно и совершенно случайно, увидев фотографию в энциклопедии «Москва». Спросив соседей, убедился, что и вокруг мало кто вообще знает новое название пруда, и уж вовсе никто так его не называет. Единственным исключением оказался эрудированный сосед-первоклассник, ответивший так: «Мы живем на Патриарших, бывших Пионерских прудах». А в недавних типографских афишах значилось: «На Пионерских (бывших Патриарших) прудах состоится выставка», и это при том, что переименование произошло более полувека назад!
Нельзя забывать, что Патриаршие пруды — место не только историческое, но и — а может быть, прежде всего — литературное...
Сюда, на Патриаршие пруды, приехал после Бородинского сражения Пьер Безухов, не раз упоминал о Патриарших живший совсем рядом, в Кудрине, A. П. Чехов, и, уж конечно, не раз и не два писал о них знаменитый знаток старой Москвы дядя Гиляй — B. А. Гиляровский, называвший этот район, который облюбовали студенты, московским Латинским кварталом. В Трехпрудном родилась Марина Цветаева.
Ну и, разумеется, каждый, услышав «Патриаршие пруды», прежде всего вспоминает уже хрестоматийно известные первые страницы романа М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита».
Перечислить же всех современных прозаиков и поэтов, упоминающих одно из самых поэтичных мест Москвы — Патриаршие пруды — просто невозможно. Кстати, уже в этом году в «Юности» вспомнил о Патриарших прудах С. Антонов в «Ваське» (№ 3), а стихотворение С. Каратова (№ 1) так и называлось — «Патриаршие пруды». Заканчивалось оно так:
Ах, эти Патриаршие пруды!
Одно названье...
Да и то сменили.
Пруд невелик — 0,99 га при глубине около 2 м (это — по официальным данным, а на глаз — не глубже метра) — мелочь, если ВНЕ истории Москвы, ВНЕ российской словесности. Наверное, ВНЕ всего этого находились и те, кто переименовывал в 30-х годах. Может, сказалась примитивно понимаемая антирелигиозная пропаганда (хотя неподалеку живет и здравствует поныне Богословский переулок), может, еще какие были причины, но сегодня настало время вернуть прудам их знаменитое название. Сделать это тем более несложно, что новое название существует, очевидно, лишь в официальных бумагах, даже табличку менять не надо, ибо ее нет.
Ко всему, в Москве есть еще один Пионерский пруд — в Филевском парке, так что и пионеры не будут обижены.
Евгений БУНИМОВИЧ, житель Патриарших прудов.
P. S. Обращаюсь к вам, в 20-ю комнату, как к соседям, памятуя о ваших публикациях в защиту булгаковских мест. Но хотелось бы, чтобы это письмо было воспринято как официальное обращение в Моссовет.
Фото Л. Шимановича


ВЕДОМОСТИ

20 комната

МИЛОСТИВЫЙ ГОСУДАРЬ, НАШ ЧИТАТЕЛЬ!
Если вы являетесь обладателем ценной информации — не жадничайте, поделитесь с другими: банк информации «Ведомостей» открыт для Вас!
Звоните по телефону 251-02-30 Нике.

ВИДЕО + РОК = ...

Киностудия им. Довженко.
Объединение «Видео».
КЛИП! КЛИП! — закричит искушенный рокер-меломан и... ошибется. Потому что снимается в окрестностях Ленинграда, в прекрасном Павловске художественный фильм-концерт на документальной основе. Режиссер-постановщик и автор сценария Петр СОЛДАТЕНКОВ.
Как будет называться будущий фильм — «Барды покидают дворы» или «Монологи на фоне из старого кирпича»,— еще неясно.
Ясно одно: у любителей рок-музыки появляется возможность не только посмотреть и послушать своих кумиров, но и узнать, что думают они о современной музыке, рок-культуре. Поэтому, как говорит П. Солдатенков, «по сравнению с клипом это не реклама, а размышление».
В фильме участвуют: Александр БАШЛАЧЁВ, Борис ГРЕБЕНЩИКОВ, Константин КИНЧЕВ, Олег МИТЯЕВ, Юрий МОРОЗОВ, группы: «ДДТ», «КАПИТАЛЬНЫЙ РЕМОНТ».

Настины ответы.

Каждый день горы писем на столах в 20-й комнате прибавляют в росте. Тысячи взволнованных голосов просят помочь им найти ответы на очень непростые вопросы.
Кто отвечает на письма? Дела ем это мы — те, кто пришел в «20-ю комнату», для кого она стала «вторым домом».
Однажды открылась дверь, и на нашем пороге возникла Настя Кондаурова, которая учится в девятом классе и занимается психологией. И ей мы доверили отвечать на часть писем из нашей почты.
Некоторые Настины ответы показались нам очень интересными, и мы решили, что их надо опубликовать.
«Что такое жизнь? Часто задаю себе этот вопрос. А ответа не нахожу.
Ю. Алешкин».
г. Калуга.
— Ты спрашиваешь, что такое жизнь? По-моему,— это лирическое отступление от небытия.
Настя.

«Чем, по-вашему, отличается мораль от нравственности? Ведь в школе учат, что это одно и то же. А пишут то одно, то другое слово.
З. А-ва».
Кировская область.
— По-моему, мораль — это конспект «как надо», а нравственность — чувство «как не надо».
Настя.

«Считаю, что парень должен быть начитанным, интересным собеседником, внимательным, вежливым, отзывчивым, добрым. Он должен заниматься спортом, быть мужественным, смелым, находчивым. Не пить, не курить. Наверное, вы читаете и улыбаетесь? Но другого я полюбить не смогу...
Наталья Ч-ва».
г. Павлодар.
— Когда-то я тоже думала так. А потом отец объяснил, что любят не «за», а «несмотря на»...
Настя.

Фото А. Аксёнова.

В ожидании сказки

Москва, ул. Остоженка, д. 8.
Кому как, а мне интересен не только сам результат, но процесс, предшествующий ему. Поэтому я приглашаю всех моих единомышленников стать свидетелями становления нового, молодого театрального коллектива.
Вперед, театралы! Вас ждет театр-группа «Сказка»!
Первые пьесы — «В ожидании Годо» Сэмюэля Беккета и «Лысая певица» Эжена Ионеску (увиденные москвичами на сцене ДК «Каучук») из репертуара театра абсурда. Впрочем, «Сказка» не собирается ограничивать себя какими бы то ни было рамками. Это любительское объединение, в труппе которого дипломированные актеры.
Пожелаем же всем им успеха и... поспешим на спектакль!

Спасибо за внимание.

В последнее время большой резонанс в рядах поклонников рока вызывали статьи ведущего нашей рубрики «Урок рок-музыки» Ильи Смирнова. В них подробно описывался феномен бюрократизации молодежного досуга и предлагалась конструктивная программа. Кроме того, И. Смирнов позволил себе усомниться в добросовестности таких недоброй памяти публикаций газеты «Комсомольская правда», как «Рагу из синей птицы» и др. Газета не оставила эти критические замечания без ответа: 16 сентября она напечатала статью Б. Земцова «Кто поет с чужого голоса», содержащую биографию самого Ильи. Оказывается, чаш коллега еще «на пороге гражданской зрелости» под видом «проведения досуга» занимался чем-то предосудительным.
Мы благодарим газету за столь пристальное внимание к личной жизни своих ведущих. Но почему-то кажется, что для миллионов читателей куда интереснее была бы полемика по существу.

«Ответственный редактор» Вероника МАРЧЕНКО.


Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz