каморка папыВлада
Полянский Э.И. Формула безопасности. текст-1
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 21.04.2019, 04:09

скачать книгу

страница следующая ->

ЭДУАРД ПОЛЯНСКИЙ
ФОРМУЛА БЕЗОПАСНОСТИ
Детективно—назидательное повествование

Москва «Юридическая литература» 1991


67.99(2)8 П 54
В книге использованы рекомендации, подготовленные Кривенцовым В. В.
Полянский Э. И.
П 54 Формула безопасности: Детективно-назидательное повествование — М.: Юрид. лит., 1991. — 96 с.
ISBN 5-7260-0525-2
Как уберечь себя, свою семью от преступных посягательств — об этом рассказывается в детективно-иронической повести. Читатель найдет в ней простые, но полезные советы о том, как вести себя на улице, в транспорте, магазине, чтобы не попасть в поле «деятельности» преступника, как защитить свою квартиру, автомобиль, имущество от хищений.
Книга адресована взрослым и детям — всем, кто хочет лишить преступника работы.
1203021100-176
П --КБ-19-7-90 67.99(2)8
012(01)-91
ISBN 5-7260-0525-2
© Издательство «Юридическая литература», 1991


Предисловие

Если не остановить рост преступности, у населения могут войти в моду бронежилеты. И Вячеслав Зайцев, наш известный модельер, откликаясь на социальный заказ, выведет на подмостки демонстрационного зала группку очаровательных манекенщиц и манекенщиков, которые изящно понесут в массы коллекцию бронедоспехов: непробиваемый жилет с металлической подстежкой, кольчугу в виде свитера, пиджак с накладными латами, шляпу с вмонтированной в нее каской.
А пока защитные жилеты — спецодежда уголовного розыска и других подразделений милиции. И население, сталкиваясь лицом к лицу с преступниками, подвергается нешуточному риску: наши доморощенные мафиози неплохо вооружены.
Как разойтись с преступником, не нарваться на нож, кастет или дуло пистолета, сберечь себя, своих близких, свое имущество? Увы, очень часто мы страдаем из-за своей собственной неосторожности, из-за неумения или нежелания предвидеть последствия своих необдуманных поступков, оценить степень своей защищенности и принять все необходимые меры, чтобы оградить себя и семью от преступных посягательств.
Нередко мы как бы сами ищем встреч с преступниками, сами создаем для них благоприятные условия, своего рода сервис. В таких случаях им остается только поблагодарить нас за трогательную заботу о преступном мире и воспользоваться нашими промахами, нашей беззаботностью.
Не все зависит от нас, но если мы станем придерживаться некоторых элементарных правил, а попросту будем вести себя более осторожно, жизнь преступника значительно осложнится, а число потерпевших резко уменьшится.
Задача этой книги, с одной стороны, показать читателям, как мы становимся жертвами преступлений по собственному легкомыслию, смоделировать подобные ситуации, а с другой — дать прямые советы, как следует вести себя, чтобы в эти ситуации не попасть.
Для большей наглядности и запоминаемости автор облек свое повествование в детективно-ироническую форму, густо населил его ворами, грабителями, насильниками. Он подверг опасности людей честных, хотя и неосмотрительных. Сделал он это для того, чтобы читатели учли их ошибки, извлекли для себя полезные уроки. Точно так, как это делают герои книги, пострадавшие от преступников из-за несоблюдения тех самых правил, которые читатель найдет в виде советов в конце каждой главы.
Хотя все главы и объединены общим сюжетом и общими героями, каждая из них посвящена какому-то одному аспекту проблемы: как уберечься от преступников на улице, как защитить свой дом, свой автомобиль, как избежать насилия, как обеспечить безопасность детей и стариков.
Возможно, многие сведения, содержащиеся в книге, покажутся кому-то слишком известными, но в том-то и состоит парадокс: казалось бы, предлагаемые меры предосторожности лежат на поверхности и доступны каждому — это ведь не бронежилеты и не огнестрельное оружие, а всего лишь умение всегда быть начеку и знание нехитрых правил — и тем не менее появляются все новые и новые жертвы преступлений, становящиеся таковыми по собственной халатности, пренебрегающие элементарной осторожностью.
Значит, разговор о простейших способах самозащиты актуален и необходим.


Глава 1

УЛИЧНЫЕ СЮРПРИЗЫ

Легко ли быть потерпевшим?

Когда Сергей Иванович Уваров видит себя в зеркале во весь рост, у него портится настроение. В зеркале отражается человек небогатырской наружности, маленького росточка и не существующей в спорте весовой категории. Не уродился, одним словом, Сергей Иванович и за полвека не нажил мускулатуры, не раздался хотя бы вширь. Годы для закваски выдались ему военные, не добрал он в раннем детстве витаминов, что, наверное, и сказалось на всем облике.
— Не горюй, Сережка, — успокаивала его жена Люся, — зато компактный ты и меня дисциплинируешь. Для нашей малогабаритки первое дело — не съедать пространство. Вон до чего Козловы разъелись — на двухспальной тахте перестали умещаться. И спокойно мне: бабы на тебя не заглядываются.
Дамский пол Уварова, действительно, игнорировал. Зато мужчинам его тщедушный вид импонировал. По соседству с ним все они чувствовали себя богатырями. Некоторые из них, повстречавшись с Сергеем Ивановичем на улице, находили в нем прекрасный объект для демонстрации своей силы.
Что и говорить: лучшего объекта для уличной разминки не сыщешь! Достаточно легкого толчка — и Сергей Иванович валится с ног! Только какой же мужчина будет ограничивать свою удаль легкими толчками! Дважды Уваров попадал в больницу — с сотрясением мозга и переломом ключицы, несколько раз возвращался домой с синяками и шишками, лишился двух зубов, кожаного пиджака, часов «Сейка» и в общей сложности около шестисот рублей наличными.
В последнее время интерес к его персоне на улицах возрос. Недавно перепало и жене Люсе, которая после случившегося уже не заговаривает об удачно сэкономленном жилом пространстве.
Возвращались они поздно вечером из театра в свой отдаленный микрорайон Сохатово двумя автобусами. На пустынной пересадочной остановке провели минут десять. Их вполне хватило Сергею Ивановичу, чтобы пробить головой стеклянную стенку павильона — помог один гражданин — косая сажень в плечах, томившийся, как и Уваровы, в ожидании автобуса. У косой сажени планы почему-то изменились: не дождавшись автобуса, он одной левой послал Сергея Ивановича в нокдаун, а одной правой ударил с размаху по Люсиной руке, подхватил выпавшую сумочку и был таков.
Не велики убытки: сумочка, театральный бинокль да шоколадный набор, купленный в буфете для дочери Катерины.
Быстро прошла у Сергея Ивановича тупая боль в затылке, врачи удачно зашили шрам на лбу — от стеклянного осколка.
Всего с неделю поболела Люсина рука.
Но не заживала у Уваровых моральная травма, тяжело было думать им о своей незащищенности, о том, что и в будущем не ограждены они от таких наглых нападений. К мукам Сергея Ивановича прибавлялось еще и мужское самолюбие, отпущенное ему природой с избытком — как бы в насмешку над его внешностью. Без мужской мощи оно вело только к пустым терзаниям.
Сергея Ивановича мучили угрызения совести, он чувствовал себя виноватым перед Люсей, и перед дочкой Катюшей было стыдно. Невеста она у него, нуждается в защите еще больше, чем жена. А папаша у нее заморыш и раззява.
И это в столь напряженный момент, когда криминальщина полезла из всех щелей. Дня не проходит, чтобы пресса не нашарахала общественность, не выдала информации о стрельбе на улицах, о ночном разбое, об изнасиловании, о квартирной краже — да мало ли еще преступных разновидностей, сейчас чуть ли не весь Уголовный кодекс в ходу! То труп из реки выловят, то руку отдельно от человека в такси провозят, то человек целиком, с руками и ногами, испаряется в неизвестном направлении!
А если случается в городе день без изнасилования и убийства, газеты этот факт особо подчеркивают. Чтобы хоть немного порадовать читателей. Но Сергей Иванович почему-то этому не радуется, страшно ему за жену и дочку. После вечернего приключения всерьез задумался он о безопасности своих женщин.
Должен же быть какой-то выход! Силы бог ему не дал, но голова-то на плечах имеется. Он ею не только павильоны на остановках торпедирует, но и кое-какие твердые орешки в своем НИИ разгрызает. Не зарегистрированная в спорте весовая категория не мешает ему работать главным специалистом.
Первая удачная мысль появилась вместе с соседом дядей Мишей. Он пришел стрельнуть трояк, и главный специалист решил взять его в советники.
Сосед Уваровых, Михаил Антонович Марьин или просто дядя Миша, бывший кадровик завода, а ныне пенсионер, был опытным потерпевшим. В уличные переделки он попадал гораздо чаще, чем Сергей Иванович, возможно, из-за привычки, свойственной кадровикам, всюду совать свой нос. Он настолько свыкся с ролью потерпевшего, что в относительно спокойные периоды своей жизни, бедные на встряски, скучнел, замыкался в себе и даже прихварывал. И, наоборот, пострадав от грабителей или хулиганов, оживлялся, становился контактным и, как казалось, более довольным бытием, чем во времена, когда на него не покушались. Вероятно, Марьину нравилось быть в центре внимания: стоило ему попасть в очередную историю, и к его квартире приковывалось внимание всего дома, врачей и милиции.
Сейчас у дяди Миши был счастливый период жизни. Об этом красноречиво свидетельствовала повязка на голове и заплывший глаз.
Приключение не бог весть какое. Шел он себе по проспекту, а навстречу — большая компания подростков. Издалека было видно, что подростки шли не с комсомольского собрания, у парней чесались кулаки, они явно искали уголовно наказуемого выхода своей энергии. Не внушала доверия их нарочито разболтанная походка, расхристанный вид, эдакая позаимствованная у героев видеобоевиков небрежность хозяев улицы, держащих в страхе всю округу. На месте дяди Миши любой здравомыслящий человек перешел бы от греха подальше на другую сторону или повернул назад. Тем более парни, приметив дядю Мишу, рассыпались по тротуару, перекрыв проход. Нетрудно было догадаться, что молодые оболтусы решили позабавиться, поймав в свои сети одинокого прохожего.
Но дядя Миша, конечно, не мог упустить такой шанс и не стать, в который раз, популярной личностью. Он безрассудно направился навстречу этой орде и к тому же для достижения большего эффекта решил повоспитывать парней, отпустив по их адресу пару реплик на тему длинных волос и общей неухоженности. Промолчи он, и подростки могли ограничиться несколькими тумаками. Воспитательная же работа подействовала на них, как красная тряпка на быка, и они с исключительным вдохновением отлупцевали бедолагу Марьина.
Дядя Миша ревниво выслушал историю Сергея Ивановича. Серьезной конкуренции потерпевший Уваров потерпевшему Марьину не составлял. Случай Уваровых не шел ни в какое сравнение с переделкой, в которую попал дядя Миша. Он запросто мог сложить свою буйную голову во имя нашей педагогики. Слава дяди Миши как самого многострадального жильца дома ничуть не померкла. Материальный ущерб Уваровых также не затмевал его славы, ибо в памяти всех жителей дома еще не стерлось предыдущее приключение дяди Миши, в котором он лишился не какого-то там малокалиберного бинокля, а целого чемодана с вещами.
Дядя Миша возвращался из дома отдыха, куда попал по бесплатной путевке, выделенной ему заводом как ветерану труда. С поезда он сошел ночью, когда городской транспорт не работал. Взял такси. По дороге с вокзала у таксиста что-то заело, и он попросил Марьина выйти из машины и подтолкнуть ее сзади. Дядя Миша, поднабравшийся силенок в доме отдыха, добросовестно выполнил просьбу таксиста. Машина рванула с места, а наш курортник распластался на асфальте. Когда он поднял голову, такси с его вещами было уже далеко. Номера дядя Миша не запомнил — расслабился после курорта.
Вот у какого бывалого человека решил попросить совета Сергей Иванович.
— Лично я пристрелил бы негодяя! — с ходу признался дядя Миша.
— У вас есть пистолет? — испугался Сергей Иванович.
— К сожалению, нет. Был бы, дал поносить. Отрезвляюще действует на шпану.
— Пожалуй, Ваш рецепт мне не подходит, — уклончиво сказал Сергей Иванович. — Негуманно убивать за бинокль и коробку конфет. Нельзя ли без огнестрельного оружия обойтись? Впрочем, я и на холодное не согласен. Так можно самому в тюрьму попасть.
— Тогда жди, когда тебя укокошат, — решив не настаивать больше на вооруженном отпоре, сказал дядя Миша. — А пока живой, дай трояк. Ладно, посоветуюсь в нашем отделении милиции. Как-никак, свой я там человек, заслуженный, можно сказать, клиент. Меня сам майор Беляев, заместитель начальника по уголовному розыску, знает.

Как мы провоцируем Федора Тимохина, ночного грабителя и вора

Удачливый преступник Федор Тимохин, которого хотел пристрелить из несуществующего у него пистолета дядя Миша, с аппетитом уплетал шоколадный набор, купленный вовсе не для него. Положив в рот очередную конфету, он поднес к глазам театральный бинокль и посмотрел через него на включенный экран телевизора. Диктор благодарил зрителей за помощь в поимке грабителя, который оказался трижды судимым. Федор судимостей не имел и в милицейских картотеках не значился, что делало его менее уязвимым, чем грабителей, уже оставивших сыщикам свои визитные карточки. Работал Тимохин до сих пор в одиночку, не вступал в контакт ни с блатными, ни с перекупщиками краденого, справедливо полагая, что публика эта ненадежна, при случае заложит.
Взвесив все, Тимохин решил, что пока находится в относительной безопасности. Во всяком случае портрета своего он на долгую память милиции не дарил. Разве что фоторобот состряпают, но тоже вряд ли: темная ночка — его верный союзник.
Федор выключил телевизор и отправился на кухню за селедкой. После сладкого потянуло на солененькое. Селедка, как и многое в его доме, была реквизирована им у населения. Никогда не угадаешь, что может оказаться в приглянувшейся тебе сумке. Сдуру он, конечно, увязался за этой бабкой с селедкой. Вечер выдался неудачный. Ни одного подходящего человека с автобуса не сошло. Вернее, спрыгнул один добротно одетый интеллигент — в дубленке и норковой шапке, с новеньким чемоданчиком в руке. Сморчок расфуфыренный — как раз его, Федора, клиентура, рослых и накачанных он обходит. «Повел» сморчка в надежде, что он свернет в темный переулок, но тот заподозрил неладное, остановился и пропустил его, хитрюга, вперед, а сам деру в обратную сторону, к остановке, где были еще люди. Ну прямо как по инструкции действовал. Грамотно. Окажись Федор на его месте, точно так же поступил бы.
Пришлось на безрыбье бабку до переулка сопроводить. Она на него никакого внимания не обратила. Лихая старуха — не отдавала сумку. Зря некоторые так отстаивают свое имущество. Не понимает их Федор: жизнь-то и здоровье дороже любой ценности. Тем более, дороже селедки.
Оглушил старушку слегка, чтобы не забывалась. А в сумке — картошка, банка селедки и сорок копеек медью в драном кошельке. За что воевала, дуреха! Да и он хорош — на бабку польстился. Обидно было пустым возвращаться. Но селедка оказалась славной, по вкусу тихоокеанская. Да и картошка разваристая.
Пока в этот переулок ни шагу, бабулька могла в милицию позвонить. Для нее селедка дороже, чем для другой золотая цепочка.
Не там ли он, кстати, добыл прошлой зимой за один присест кучу золота?
Федор вернулся в комнату, выдвинул из-под дивана чемодан и, открыв его, извлек из тряпья старый носок. Вытряхнул из носка золотые украшения — большую цепочку с увесистой подвеской и браслет с бриллиантами.
Вспомнил, как это было.
Он ехал в трамвае, на одной из остановок вошла одетая с иголочки дама. Расстегнула пальто, жарко ей стало. Хотя морозище стоял, окна трамвая покрылись льдом. Демонстрировала цепь всему трамваю и млела, ловя завистливые взгляды. А потом для полного куража и браслет обнажила, ухватившись рукой за верхний поручень. До чего народ легкомысленный: ради минутного удовольствия лишилась такого богатства!
Тимохин взвесил на ладони цепочку и браслет. Надо бы избавиться от барахлишка, на Кавказ смотаться, там вырвут из рук. Сколько у меня еще таких опасных улик?
Он не любил расставаться с добытыми на улицах вещами, обращать их в деньги. Такая гобсековская черта могла дорого обойтись ему. Тимохин хорошо понимал это, но не мог отказать себе в удовольствии. Вещи — его слабость, ради них он и заступал вечерами на свою вахту. Это уже была неодолимая тяга, каждый раз он выходил на улицу в радостном предвкушении — что хорошенького приготовили для него доверчивые и неосмотрительные граждане?
Хотелось бы, чтобы они расширили ассортимент выносимых на улицу ценностей.
Ну сколько человеку нужно кассетников? Три штуки он уже отобрал у школяров, а они все не угомонятся, все тащут ему навстречу магнитофоны различных зарубежных марок: «За ради Христа, отбери их у нас, дяденька Тимохин!»
И куда только родители смотрят!
Вообще горожане ведут себя провоцирующе! Сумки и портфели возят в транспорте в открытом виде, как бы приглашая его к краже. Достают проездные талоны или газеты, а закрывать забывают. Иной раз какой-нибудь кошелек или аппетитный сверточек сам в руки просится. Ну как не прихватить для коллекции!
Один такой аккуратненький кулечек Тимохин выудил, а в нем набор серебряных ложек. Спасибо, как говорится, за скромный подарок, в следующий раз не забудьте золотые подарить!
Или того лучше: к водителю отправляются за талончиками, а сумочку на свободное сидение кладут — место своими сбережениями занимают. А водитель, известное дело, пока до остановки не доедет, не обслужит.
Ну как не воспользоваться? Опять же благодаришь за презент и вместе с сумочкой выскакиваешь в любезно открытую дверь.
А какие соблазны в толпе! В переполненном автобусе или троллейбусе! В давке у торгового прилавка! Тут и в застегнутую сумку легко заглянуть или выпотрошить ее снизу, полоснув бритвой, и в карманах пошарить.
Никак не возьмет население в толк, что толпа — самое милое дело для вора. В толпе человека мнут и пихают со всех сторон, в такой нервозной обстановке трудно ощутить нежное проникновение в сумочку или карман натренированной руки карманника.
Нет, угрызения совести не мучают Тимохина — сами виноваты. Варежки разевают. Сумки на длинных ремнях на спины перекидывают — отчего же не покопаться в них или не взять целиком, отхватив бритвой ремень.
Был аналогичный случай в его практике, только не кусок ремня он оставил пострадавшей от собственной невнимательности гражданке, а обрезок шпагата.
В универмаге выставили на прилавок импортный кофейный сервиз.
Тимохин бросил взгляд на сервант, в котором стоял сервиз. Тогда он ему сразу приглянулся. Покупатели бросились к прилавку и мигом расхватали его. Приглядев одну раскрасневшуюся после битвы у прилавка покупательницу, он вышел из универмага следом за ней. В троллейбусе женщину стиснули со всех сторон, ну он и срезал сервиз, оставив в ее руке кусочек шпагата.
Сейчас народ с ног сбивается, пытаясь деньги куда-нибудь пристроить. Денег в карманах много — товару на прилавках мало. Каждый день об этом по телевизору говорят. Он, Федор Тимохин, можно сказать, избавляет людей от хлопот. Чтобы головы понапрасну не ломали, куда деньги девать. Ну и они с готовностью идут ему навстречу, облегчая доступ к своим кошелькам. Не прячут их куда подальше, поближе к телу, а обязательно в карман, который на виду.
Некоторые до того предупредительны, что даже транспортируют портмоне в задних карманах джинсов. А они неглубокие, и кусочек портмоне просительно так на окружающих поглядывает: «Ну, кто смелый?» А какая тут смелость: руку протяни, и денежки твои.
Летом на стадионе он таким макаром сберкнижку с ягодицы снял. На предъявителя оказалась. Замечательный сервис для вора — класть деньги на предъявителя. Трогательная забота о воровской братии. По именной-то сберкнижке ни шиша не получишь: в два счета можно влипнуть. Листаешь ее и только облизываешься. Другое дело — на предъявителя. Через десять минут выдали ему четыре тысячи. На такси летел, пока пацан не хватился. Вызывающее разгильдяйство — на футбол тысячи прихватывать!
Пацан этот со сберкнижкой в подпитии был. Пьяный — находка для вора. Не человек — бесчувственное дерево. И если в полуотключке, еле ногами перебирает, плевое дело обобрать его. Присоседиваешься — вроде бы ты его заботливый приятель, вместе пили и теперь вместе до дома добираетесь. Верный способ выпотрошить человека белым днем, на глазах у всего честного народа.
Тимохин сунул украшения хвастливой дамы в чемодан и задвинул его под диван.
Наработал ли он свой почерк, свои излюбленные приемы, набор штампов, по которым милиция могла бы выстроить цепочку его подвигов, проследить его путь и вычислить очередное появление на улицах?
Пожалуй, кое-какая повторяемость прослеживается, но не настолько заметная, чтобы вычленить его из моря уличных происшествий, о которых взахлеб кричат газеты и телевидение.
На грабеж он выходит в темное время суток, выбирая места, куда не проникает свет фонарей и витрин, но кто же из таких, как он, стремится на залитые светом центральные проспекты и площади, оживленные магистрали?
Основная площадка Тимохина — погруженные во мрак улочки и переулки, закоулки между домами, подворотни и дворы с деревьями, сглатывающими свет от окон, малопосещаемые скверы.
Странно, но почему-то одинокие прохожие, особенно женщины, часто прокладывают себе путь по таким укромным, плохо освещенным местам, словно специально испытывают себя на храбрость. Казалось бы, немудреная наука — выбирай более людные, оживленные маршруты или старайся не ходить в одиночку! Так все просто, а освоить не могут. Упрямо идут на риск, чему он, конечно, только рад.
Нападает Тимохин чаще всего сзади — это его отличительная черта, осторожная повадка грабителя-одиночки. Недавно не сдержался, сгреб одну барышню прямо на проспекте. Фонари во всю шпарят, а он не сдержался. Уж очень она близко к домам вышагивала.
Вот такая странность: любит народ к домам прижиматься, уверенность что ли людям углы и подворотни придают? А ведь тут легко затаиться и внезапно напасть. Так и с этой девчонкой вышло: он стоял в подворотне и, когда она поравнялась с ним, затянул к себе. Со стороны можно было подумать, что она свернула во двор.
Снял с нее золотые сережки. Но рисковал зря — могла разглядеть. И на остановке зря нашумел с этим пигмеем. Могли из проезжающих машин увидеть.
И конфеты противные, переслащенные. А за бинокль — мерси!
Он выключил свет и подошел с биноклем к окну. Дом напротив кишел многочисленными соблазнами. Федор поводил биноклем по окнам, выбирая незашторенные и ярко освещенные. Редкий случай, когда свет стал его союзником.
Дом напротив был напичкан видео- и радиотехникой, коврами, дорогой посудой, книгами. Обладатели этих сокровищ и не подозревали, какая им грозит опасность. Как хорошо, что не перевелись на свете такие недогадливые люди! При нынешней-то оптике через открытое любопытному взору окно можно все тайны выведать, узнать, где хозяева хранят деньги и драгоценности, короче произвести полноценную разведку, чтобы потом молниеносно, не тратя времени на поиски, очистить квартиру.
Федор Тимохин не останавливался на достигнутом, стремился расширить свой кругозор, освоить что-то новое, неизведанное. Сейчас его манили к себе чужие квартиры. Но и дилетантства он не терпел: сначала нужно было все обмозговать, полистать детективную литературу.
А пока Федор выходил на новые оперативные просторы в уличном промысле. Правда, не по доброй воле и вопреки своим принципам грабителя-одиночки.
Он посмотрел на часы. Они показывали без двадцати десять. Ровно в десять у него деловая встреча. Пора собираться.

Приметы грабителя

Дядя Миша сдержал свое слово. Майор Беляев, заместитель начальника отделения по уголовному розыску, учтя заслуги Марьина перед милицией, которую он не оставлял без работы, откликнулся на его просьбу. Он согласился встретиться в отделении с Сергеем Ивановичем. Разумеется, дядя Миша лично сопровождал его.
Выслушав рассказ Уварова, майор Беляев сказал ему:
— Плохо, Сергей Иванович, что Вы сразу не пришли к нам. Я понимаю, имеются граждане, у которых совесть не чиста. Они не любят милицию, да и нам с ними противно дело иметь. Хотя по долгу службы и приходится. Но вы-то честный человек. Или я ошибаюсь?
— Не ошибаетесь, — заверил его Сергей Иванович. — Если начистоту, неохота всю эту мороку затевать. Слышал я от людей: протоколы всякие, опросы, очные ставки и прочий бюрократизм. Для меня это настоящая пытка. А грабителя и след простыл. Ищи ветра в поле Да и стоит ли из-за коробки конфет и бинокля связываться? Вот если бы машину увели, другое дело.
— Уведут, когда купишь, — пообещал дядя Миша. — У них, ворюг, ведь как? Сегодня бинокль спер, завтра — велосипед, а через полгода — автомобиль. У тебя, соседушка, как раз очередь на «Жигули» подойдет.
— Ваша правда, — пошел на попятную Сергей Иванович. — Верите ли, я до сегодняшнего дня даже не знал, где отделение милиции находится.
— Удивительное легкомыслие! — сказал майор. — Вам что, неизвестно, как в последнее время преступность прогрессирует. За себя не боитесь, так о семье побеспокойтесь! Адрес и телефон отделения милиции должны быть известны всем членам Вашей семьи. Сейчас ни один человек не гарантирован от нападения. Вам надо было сразу, в тот же день и час позвонить в отделение. Возможно, по горячим следам мы преступника бы и обезвредили. А теперь, действительно, ищи ветра в поле. Опишите грабителя поподробнее.
— Плечистый такой, в темной куртке. Хотя в темноте все куртки темные. Без головного убора. Во всяком случае, я не заметил, что у него на голове. Нос большой. Или нет, скорее, маленький. Средних размеров нос.
— Может, у него вообще носа не было? — съязвил дядя Миша.
— Лицо вытянутое, — продолжал Уваров. — Снизу вытянутое, а сверху, по-моему, не вытянутое.
— Весьма показательно для наших граждан, — вздохнул майор. — Как правило, многие из них дают такие расплывчатые приметы. И часто, как вы, — взаимоисключающие. Именно из-за невнимательности потерпевших некоторым преступникам удается совершить целую серию злодеяний, прежде чем их удается обнаружить. Ну хорошо, может, Вам бросилась в глаза какая-нибудь особая примета?
Сергей Иванович надолго задумался.
— Подбородок у него раздвоенный, — нерешительно выдавил он из себя.
Майор неожиданно оживился.
— Раздвоенный, говорите? Это уже интересно. А волосы, случайно, у него не кудрявые?
— Действительно, кудрявые, — удивился Сергей Иванович. — А Вы откуда знаете? Мелкие такие кудряшки.
Майор Беляев подошел к Уварову и крепко пожал ему руку.
— Уголовный розыск благодарит Вас, Сергей Иванович, за ценные сведения. Вам повезло, что Вы так легко отделались, человек, вырвавший у Вашей жены сумочку, — опасный преступник. Действует под покровом темноты. Поэтому к невнимательности граждан добавляется еще и осторожность преступника. Были две приметы, в которых мы сомневались: раздвоенный подбородок и мелкие кудри. Своей информацией, Сергей Иванович, Вы закрепили их, облегчив нам розыск. Теперь Вам ясно, какую Вы допустили ошибку, сразу же не обратившись в милицию? У меня маленькая просьба: изложите все, как было, на бумаге.
Сергей Иванович взял листок бумаги и начал излагать. Излагал он в муках, часто отрывался от бумаги и глядел в потолок, как бы опасаясь, что тот обрушится на него.
Закончив, он протянул написанное майору. Майор взял листок и прочитал первые слова вслух: «В тот вечер мы с женой возвращались из театра и были полны впечатлений от только что просмотренной и прослушанной оперетты «Сильва».
Дальше майор читал молча, время от времени поглядывая на Сергея Ивановича.
— Несерьезный документ, — сказал он, дочитав до конца. — Масса подробностей о не относящейся к делу Сильве и минимум сведений о самом факте нападения. И вообще, Сергей Иванович, кто же так пишет заявления? Вы не указали даже своего адреса. И где, на какой именно остановке все произошло, какого числа, в какое примерно время? Где подробности, детали? Поймите, чем больше зацепок дают нам потерпевшие, тем успешнее идет поиск. Вы не обижайтесь, Сергей Иванович, но это больше похоже на охранную грамоту для преступника. Каждый потерпевший ждет немедленной помощи от милиции, не понимая, что от него тоже кое-что зависит. Потерпевший не только страдалец, требующий зашиты, он еще и гражданин, который должен активно и грамотно участвовать в обезвреживании преступника, чтобы не допустить новых жертв. Сейчас, как никогда, нужны совместные усилия населения и милиции. Только так мы одолеем преступность.
— Товарищ майор, мы готовы на совместные усилия,— от имени населения своей семьи заверил Сергей Иванович. — Но у меня такой вопрос. Поскольку милиция не в состоянии охватить дозором каждый квадратный метр города, мы и впредь будем сталкиваться с преступниками в ее отсутствие. Так как же защищаться от них? Вот дядя Миша считает, что лучшее средство — пистолет.
— Напрасно он так считает, — сказал майор. — За хранение оружия, как огнестрельного, так и холодного, придется отвечать по всей строгости закона. Я бы посоветовал иметь при себе свисток. Между прочим, эффективнейшее средство. На какой-то момент деморализует преступников. Публика эта лишнего шума не любит. Мне известны случаи, когда жулики, напугавшись свистка или просто истошного женского крика, пускались наутек.
И еще один совет — заведите собаку. Только пес нужен покрупнее, чтобы во время вечерних прогулок одним своим видом отпугивал злоумышленников и мог постоять за хозяина.
Если человек по своим физическим данным не может оказать сопротивление преступнику, тем более вооруженному, он должен вспомнить о своих ногах. Ничего не будет зазорного в том, что вы сбежите от него. На всякий случай изучите все окрестности своего дома, микрорайона, чтобы легче было уйти от преследования.
Держитесь на улицах поуверенней — хулиганы обычно останавливают свой выбор на тех, кто боится их. Но не переборщите, не будьте слишком самонадеянны — ничем не оправданная бесшабашность тоже к добру не приведет.
Все советы майора Сергей Иванович записал в книжечку. К сожалению, майора Беляева вызвали к начальству и поучительная беседа на этом прервалась. Хозяин кабинета раскланялся с визитерами. На прощанье он протянул Сергею Ивановичу свисток.
— Подарок для Вашей дочери, — сказал он. — Пусть всегда носит с собой. Вдруг пригодится!


страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2019
Конструктор сайтов - uCoz