каморка папыВлада
журнал Смена 1994-05 текст-6
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 24.10.2017, 14:34

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->


Трубку снял дежурный сержант:
— Скотланд-Ярд слушает.
— Офис комиссара, пожалуйста.
На экране появилась секретарша Хезлтайна.
— Ах, доктор Фаллада! Мы пытаемся вас найти.
— Что-нибудь срочное?
— Вас хотел видеть премьер-министр.
Фаллада с Карлсеном переглянулись.
— Сэр Перси сейчас у себя? — спросил Фаллада.
— Он на Даунинг-стрит. Мне ему перезвонить?
— Нет нужды. Но я должен оставить кое-какую информацию. Вы не могли бы записать следующие номера машин? — Он зачитал вслух.— Мне хотелось бы знать, где можно найти их владельцев.
— Я могу это сделать сейчас, если подождете. Только не кладите трубку.
— Да ладно, сейчас не надо. Я сегодня буду в Лондоне и тогда перезвоню. Вы только передайте сэру Перси, что номера связаны с нашим делом. Он поймет. И попросите никому эту информацию не передавать до встречи со мной.
— Хорошо, сэр. А где вы сейчас?
— В Стамбуле,— ответил Фаллада с улыбкой.
— Так вы уезжаете сегодня? — спросил Гейерстам, когда тот повесил трубку.— Жаль.
— Думаю, это необходимо. Надо вычислить «мадам».
— И что потом?
— Не знаю,— откровенно признался Фаллада.— Есть какие-то предложения?
— Боюсь, мой совет не принесет пользы. Но все равно скажу, а вдруг! Самое главное — заставить вампира отступить. Помните последние сцены в «Дракуле»? Звучит, может, нелепо, но они четко характеризуют психологию вампира. Вампир, стоит его принудить к бегству, теряет свои преимущества. Я как-то назвал вампиризм разновидностью ментального карате. Он зиждется на нападении, на агрессии. Вампир в основе своей преступник. Поэтому, когда вычислите свою вампиршу, не выказывайте перед ней страха. Я, конечно, не осведомлен о силе пришельцев, потому и совет, возможно, окажется негодным. Но скажу вот что: попытайтесь, чтобы она начала вас бояться.
Карлсен покачал головой.
— Есть одно возражение: она снова может исчезнуть. На этих нелюдей никакие ограничения не распространяются.
— Ограничения быть должны,— заметил Гейерстам.— Ваша задача их выяснить. Сами вы уверены в том, что она может исчезнуть? Вспомните, как все складывалось. Первой из здания ИКИ исчезла женщина. Затем выяснилось, что двое остальных умерли. Теперь же известно, что они попросту побросали свои тела и нашли себе другие. Но как: самостоятельно или с помощью друг друга?
— И вправду...— задумался Карлсен.— У нас нет подтверждений, что они могут это делать в одиночку.
— И если они сейчас разлучены,— развивал свою мысль Гейерстам,— то по отдельности с ними легче будет справиться. Кроме того, вы уже знаете, что их местонахождение можно вычислить под гипнозом.
— А может, вы поедете с нами? — с надеждой в голосе спросил Фаллада.
Гейерстам покачал головой.
— Нет. У меня уже не тот возраст. Более того, я вам и не нужен. Вы о вампирах знаете столько же, сколько и я, может, и поболее...

Самолет приземлился в международном аэропорту.
В зале ожидания Карлсен и Фаллада разошлись по телеэкранным кабинам. Карлсен позвонил Джелке.
— Только что собиралась принять ванну. Дети будут около девяти. Ты вернешься к этому времени?
— Пока не знаю. Фаллада сейчас звонит Хезлтайну. Я перезвоню.
Фаллада дозвонился до дежурного сержанта, сообщившего, что комиссар дома. Затем он перезвонил Хезлтайну домой.
— Прошу прощения,— извинился Фаллада.— Небось от обеда оторвал?
— Да ничего, я уже почти закончил. Где тебя носило?
— Скажу, когда встретимся. Вы там отследили два номера, которые я передал?
— Да.— Хезлтайн вынул из кармана листок бумаги.— Один иностранный: какая-то парочка из Дании занырнула на медовый месяц. Другой значится за неким Прайсом, из Холмфирта.
— Это где?
— В Йоркшире.
— Отлично! Мы сейчас подъедем.
— Подъезжайте, составите компанию. Собирался глотнуть бренди да выкурить сигару. Карлсен с тобой?
— Со мной.
— Хорошо. Моей жене просто не терпится с ним познакомиться.

По дороге из аэропорта остановились у журнального киоска, и Фаллада купил атлас Британских островов. Открыв его в аэротакси, он удовлетворенно хмыкнул.
— Взгляни, Холмфирт примерно в пяти милях к югу от Хаддерсфилда. Так что на «шершне» можно доскакать меньше, чем за час.
— Боже упаси,— вздохнул Карлсен.— По крайней мере не сегодня вечером.
— Устал?
— Да.— Карлсен понимал, что говорит неправду. Он просто боялся. Боялся идти домой, боялся искать пришельцев, боялся сидеть без дела.
— Кстати,— вспомнил Фаллада,— жена Хезлтайна просто умирает от желания познакомиться с тобой. Она была в свое время самой красивой дебютанткой в Лондоне. Мисс Пегги Бучкэим. Так что придерживай свою фатальную обольстительность.
Они остановились перед парадной дверью трехэтажного особняка из красного кирпича, с неказистыми ребрами чугунной ограды в викторианском стиле. Дверь открыла стройная, приятная женщина в зеленом кимоно. Фаллада поцеловал ее в щеку.
— Пегги, это Олоф Карлсен.
— Наконец-то вижу вас воочию, капитан.
— Очень рад познакомиться,— вежливо ответил Карлсен.
— Перси поднялся в кабинет. Вы пришли по делам?
— Нет,— дипломатично произнес Фаллада,— не только. На дела уйдет лишь несколько минут.
— Надеюсь. Кофе только что вскипел.
Она провела их в гостиную: приятная, уютная комната со. старомодной мебелью начала века.
— Я звякну Перси и скажу, что вы здесь. Он не думал, что вы так быстро.
— Может, я сам поднимусь? — спросил Фаллада.— Олоф, вы с госпожой Хезлтайн побеседуйте, пока я схожу за Перси.
— С молоком или черный? — спросила она, когда Фаллада вышел.
— С молоком, пожалуйста.
— Бренди?
— Чуть-чуть.
Кофе и бренди она поставила на стол.
— Странно, но у меня такое чувство, будто я знаю вас довольно близко. Может, потому, что видела вас по телевизору.
Их руки соприкоснулись, когда она передавала сахарницу. Глядя ей в лицо, Карлсен спросил:
— Скажите, вы можете читать мои мысли?
— Я... Похоже, да.
Карлсен выпустил ее руку.
— Что это значит? — выдохнула она.
— Вам муж рассказывал о вампирах?
Она кивнула.
— Тогда ответ ясен.
Леди Хезлтайн прошла через комнату и, опустившись на диван, закрыла глаза.
— С вами все в порядке? — встревоженно спросил Карлсен.
— Да,— тихо ответила она.— Ступайте наверх, займите Ганса и Перси, ладно? Наверх и сразу направо.
Он медленно поднялся по лестнице и постучал.
Хезлтайн встал из-за стола, чтобы поприветствовать его.
— Хорошо выглядите, Карлсен. Наслышан о ваших невероятных похождениях в Швеции. Присаживайтесь. Виски?
— Спасибо, не надо. Я уже выпил рюмку бренди.
— Тогда еще одну.
Наливая, Хезлтайн спросил:
— Насколько серьезно вы воспринимаете все это, насчет премьер-министра?
— Не знаю, что и ответить,— признался Карлсен.— Мне известно об этом не больше, чем вам. Я просто услышал на записи свой голос.
— Вы не помните, как ее наговорили?
— Я вообще ничего не помнил, пока был под гипнозом.
— Откровенно говоря...— Хезлтайн некоторое время подыскивал слова.— Понимаете, я пробыл на Даунинг-стрит всю вторую половину дня. Мне просто в голову не пришло бы, что...
Его прервала трель телеэкрана.
— Алло?
— Перси, опять я,— произнес собеседник с протяжным йоркширским акцентом.
— Есть новости?
— Э-э... да, да. Я навел справки по Артуру Прайсу. У него в Пенистоне электронная фабрика, буквально через пустырь от Холмфирта.
— А больница?
— Здесь сложнее. В районе Хаддерсфилда их всего пять, одна по гериатрии. Единственная, что возле Холмфирта,— это «Терлстон».
— «Терлстон»? Психиатрическая больница?
— Ага, для маньяков.
— О'кей, Тед, отлично. Здорово помог. Увидимся завтра.
— Сам, что ли, нагрянешь? — Констебль, очевидно, был удивлен.
— Может быть.
— Это то, что нам нужно,— коротко заключил Карлсен, когда линия освободилась.
Хезлтайн удивленно посмотрел на него.
— «Терлстон»? Откуда вы знаете?
— Пока не знаю. Просто хочу сказать, что психиатрическая лечебница — идеальное прибежище для вампира. Если женщина все еще в том районе, она именно в больнице.
— Если так...— Хезлтайн поглядел на часы.— Боюсь, можем ли мы себе позволить дожидаться до завтра?
Фаллада пожал плечами.
— Я готов в любое время куда угодно. За Олофа сказать не могу. Его дома ждут жена и дети.
— Ничего,— сказал Карлсен.— Они все поймут.
— Хорошо. В таком случае...— Хезлтайн набрал номер.— Алло... Сержанта Паркера, пожалуйста... Ага, Паркер! Наш «шершень» свободен? Надо выехать в Йоркшир.
— Буду через десять минут, когда вернется Калвершоу.
— Превосходно. Сядьте на Белгрэйв Сквер и позвоните, когда прибудете.
Через двадцать минут они уже смотрели, как растворяются и тают внизу неоновые огни города.
— Говоря официальным языком,— проронил Хезлтайн,— покидая Лондон, я нарушаю указания.
— Почему?
— Я подотчетен министру внутренних дел и о каждом происшествии обязан докладывать ему лично. Премьер меня за этим и вызвал: координировать розыск пришельцев.
— Каким образом, не объяснил? — поинтересовался Карлсен.
— Нет. Но обмолвился, что вы с Фалладой, по его мнению, немного «того».
— А если сообщений не поступит,— с тяжелым сарказмом сказал Фаллада,— он это использует как свидетельство, что никакой опасности нет.
Несколько минут все молчали, погруженные в собственные мысли. Затем над ухом Карлсена раздался голос Фаллады:
— Прибыли, Олоф.
Под слепящими огнями «шершня» мелькали верхушки деревьев, машина снижалась на узкое безлюдное шоссе.
— Где это мы? — спросил Карлсен.
— К югу от Хаддерсфилда, в нескольких милях,— отозвался через плечо пилот.— Холмфирт где-то рядом.
«Шершень», коснувшись дороги, отключил реактивные двигатели; одновременно работал механический привод, и короткие крылья втянулись в бока; воздушное судно фактически преобразилось в большой автомобиль. Не проехав и сотни метров, они остановились у перекрестка. Одна стрелка указателя показывала на Барнсли, другая — на Холмфирт.
— Не так уж и поздно,— заметил Хезлтайн.— Пожалуй, успеем навестить мистера Прайса. Сержант, выясните, где здесь Аппертон-роуд.
Пилот поиграл с клавишами компьютера. На мониторе развернулась дорожная схема Холмфирта, одна из дорог высветилась красным.
— Нам везет,— сказал Паркер.— Мы, сдается, на ней и стоим.
Отыскать дом не составило труда — преуспевающего вида одноэтажный особнячок из стекла и фиброфлекса, окруженный солидным газоном сто на сто; фонарь выхватывал из темноты декоративный пруд и цветочные клумбы.
На звонок открыла пожилая женщина, она растерянно оглядела троих незнакомцев. Хезлтайн показал удостоверение.
— Мы можем поговорить с вашим мужем?
— По налогам? — натянуто спросила она.
— Нет, что вы,— успокоил ее Хезлтайн.— Мы хотим получить от него кое-какую информацию.
— Сейчас, погодите секунду...— Она исчезла. Хезлтайн посмотрел на своих спутников и лукаво подмигнул.— Сразу видно, у кого что болит.— Прошло несколько минут, и женщина возвратилась.— Прошу вас, входите.
Она провела их в гостиную с плотно задернутыми шторами. В инвалидной коляске сидел здоровенный пожилой мужчина с уставленным закуской подносом на коленях.
— Мистер Артур Прайс? — осведомился Хезлтайн.
— Я,— ответил сидящий — само спокойствие, только глаза настороженно-любопытные.
— Э-э... Кажется, какая-то ошибка. Вам принадлежит «Кристал Флэйм», номер КБХ 5279Л?
— Мне.
— Вы сегодня на нем выезжали?
— Нет, куда ему! — тревожно воскликнула женщина.
— Нелл,— оборвал ее хозяин.— А что, врезался в кого? — спросил он у Хезлтайна.
— Нет, что вы. Нам просто нужно найти человека, который ездил на ней сегодня утром.
— Тогда, наверное, Нед,— задумчиво произнесла женщина.
— Да замолчишь ты?!
— Кто такой Нед? — спросил Хезлтайн.
— Наш сын.— Хозяин гневно сверкнул глазами на жену.— Управляет делом с той поры, как меня хватануло.
— Ясно. А где он живет?
— Да вот, через дорогу. В чем дело-то?
— Ничего серьезного, мистер Прайс. Мы разыскиваем пропавшего и думаем, может, ваш сын нам что-нибудь скажет. Какой у него номер дома?
— Сто пятьдесят девять,— пробурчал Прайс.
Хозяйка проводила их до ворот и указала на дом, где жил сын.
— Вон тот, с красными шторами, не ошибетесь.
Дом с красными шторами смотрелся беднее своего соседа. Машина, которую искали, стояла перед гаражом. В ответ на звонок Хезлтайна из миниатюрного громкоговорителя послышалось:
— Кто там?
— Полиция. Можно переговорить с мистером Прайсом?
Через полминуты дверь открыла невысокая блондинка со спящим ребенком на руках. Ее можно было бы назвать хорошенькой, если бы не загнанный, замученный вид.
Она шепотом спросила:
— Вам чего?
— Мы могли бы поговорить с вашим мужем?
— Он уже спит.
— А может, еще нет? Он нам очень нужен.
Взгляд женщины с немой тоской переходил с одного непрошеного гостя на другого, тихая властность в голосе Хезлтайна, видимо, сильно напугала ее.
— Ну, я не знаю... Придется минуту подождать...
Она тяжелой поступью поднялась по лестнице, чуть покачиваясь под весом ребенка. Прошло несколько минут.
— Напоминает прежние времена, когда был участковым,— вздохнул Хезлтайн. — Ужасно не люблю нарушать людской покой.
Спустя пять минут на лестнице показался мужчина, рыжеволосый, не по годам грузный, с нездоровым цветом лица и с беспокойными, воровскими глазами. Хезлтайн извинился за неожиданное вторжение и вежливо спросил, не уделит ли им хозяин несколько минут. Мужчина пригласил гостей в дом.
— Мистер Прайс,— обратился к нему Хезлтайн,— сегодня примерно в одиннадцать утра вы в районе пустыря сидели в машине, той, что сейчас возле дома... Нас интересует женщина, платье в красную и желтую полоску...
— Я что, нарушил закон? — с вызовом в голосе спросил Прайс.
— Никто и не говорит, что нарушили.
— Тогда что за дела?
— Хочу быть с вами откровенным, мистер Прайс. Нам нужна ваша помощь, и, что бы вы сейчас ни говорили, это не выйдет за стены комнаты. Просто надо узнать, что случилось с той девушкой.
— Что она натворила? — спросил Прайс.
— Да ничего. Но надо ее разыскать. Куда вы поехали, когда она к вам подсела?
— Поболтали немного. Потом она предложила поехать в какую-нибудь гостиницу. Мы и махнули в Лидс...
— В «Европа-Отель»,— кивнул Карлсен.— И когда вы оттуда уехали?
— Где-то в семь.
— Ее к этому времени уже не было?
— Вы, я вижу, и так уже все знаете.— Мужчина пожал плечами.
— Благодарю вас, мистер Прайс. Вы очень нам помогли,— сказал Карлсен и поднялся.
— Вы договорились с ней о следующем свидании? — неожиданно спросил Хезлтайн.
Мужчина молча кивнул. Тяжело поднявшись на ноги, он проводил гостей до двери.
У «шершня» их поджидал сержант.
— Я сейчас выходил по рации на тот психушник, сэр. Думаю, вон те огни, на верхушке холма.
Хезлтайн посмотрел на часы.
— Давайте-ка перебираться туда. Времени уже порядочно.
Через три с небольшим минуты огни «шершня» выхватили из темноты массивное серое здание.
Лужайка перед лечебницей освещалась мощным прожектором. Когда машина снизилась на лужайку, Хезлтайн спохватился:
— Ничего, что мы садимся? Радары не взвоют?
— Они отключены, сэр. Я сообщил по рации, что мы прибудем около десяти.
Дверь главного входа в лечебницу отворилась, и на пороге показался чей-то массивный силуэт.
— Наверное, главный надзиратель,— решил Хезлтайн.
Человек шагнул им навстречу.
— Большая честь, комиссар, просто великая... Доктор Армстронг.
Туловище у доктора было просто необъятным: килограммов сто двадцать, никак не меньше. Свободный серый костюм отставал от моды лет на двадцать. Голос оказался на удивление сочным и мелодичным.
Хезлтайн пожал ему руку.
— Очень любезно с вашей стороны оказать нам прием в такое позднее время. Доктор Ганс Фаллада. А это капитан Олоф Карлсен.
Армстронг запустил пухлую ладонь в седой ежик на голове.
— Покажите мне, где упасть! Столько знаменитых гостей, и все сразу! Жаль, что жены моей здесь нет! Она позеленеет от зависти, когда узнает. Сюда, пожалуйста. Садитесь. Может, виски? Надеюсь, вы останетесь у нас до утра?
— К сожалению, нет,— ответил Хезлтайн.— Мы уже заказали номера в хаддерсфилдском «Континентале».
— Заказ можно и отменить.
— А что, это мысль,— поддержал доктор Фаллада.— Вернуться утром.
— Превосходно! Будем считать, что договорились. Постелили вам в крыле у персонала. А теперь, чем могу быть полезен?
Хезлтайн чуть подался вперед.
— Вы верите в существование вампиров?
— Да, конечно. И с удовольствием изучаю статью Фаллады о вампиризме.
— Вы никогда не следили за своей медсестрой Хелен? За ее отношением с пациентами? Вам не кажется, что она тоже в некотором роде вампир?
— Звать ее не Хелен, а Эллен. Эллен Дональдсон. Она у меня два года руководит женским персоналом. А что касается вампиризма, да, нет, не думаю...
— Женщинам здесь работать не опасно? — спросил Хезлтайн.
— Не так опасно, как вам, вероятно, кажется. Кроме того, женщинам проще общаться с пациентами мужского пола. Действует успокаивающе.
— Я мог бы с ней встретиться? — осторожно перебил его Карлсен.
— Разумеется. Думаю, она еще не легла. Сейчас я ее позову.
— Нет, мне бы хотелось с глазу на глаз,— пояснил Карлсен.
Нависла гнетущая тишина. Наконец Фаллада спросил:
— Ты не рискуешь?
— Со мной все будет в порядке. Я с ней раз уже встречался, и ничего, выжил.
— А может, лучше подождать до утра?
Карлсен покачал головой.
— Они наиболее активны ночью. Именно сейчас.
— Ладно,— кивнул Хезлтайн.— Может, вы и правы. Только постойте, возьмите это.— Он протянул Карлсену пластмассовую коробочку с кнопкой посередине. Стоило нажать на кнопку, как в кармане куртки у Хезлтайна засвербил стойкий высокий зуммер.— Если понадобится помощь, нажмите на эту кнопку. Секунда, и мы тут как тут.— Он убрал палец с кнопки, и зуммер прекратился.
— Где она? — обратился Карлсен к доктору.
Армстронг поднялся.
— Я вас проведу.
Он вывел Карлсена через главную дверь. Пройдя вдоль газона и миновав окруженный стенами сад с круглым озерцом, они подошли к закрытым воротам. Надзиратель вынул из кармана ключ и открыл их. За воротами скрывалось длинное приземистое здание, с фонарем над каждой дверью.
— Это у нас квартиры медсестер. Мисс Дональдсон живет в первой с конца, номер один.
— Благодарю.
— Может, мне лучше войти и представить вас?
— В общем-то я обойдусь.
— Тогда ладно. С внутренней стороны ворота открываются без ключа. Если через полчаса не возвратитесь, мы выйдем к вам.
Карлсен поднялся на крыльцо и позвонил. В динамике послышался женский голос:
— Кто там?
Наклонившись, он приставил губы к микрофону:
— Моя фамилия Карлсен. Хочу переговорить с вами.
Он ожидал дотошных расспросов, но динамик затих. Через секунду дверь открылась. Стоящая в проеме женщина оглядывала его с любопытством, безо всякой боязни.
— Вам чего?
— Можно войти?
— Как вы сюда пролезли?
— Меня привел доктор Армстронг.
— Входите.— Она посторонилась, давая ему пройти, затем решительно подошла к внутреннему телеэкрану.
— Алло? — сразу же послышался голос Армстронга.
— У меня здесь некий господин Карлсен. Вы в курсе?
— Да. Это я его привел. Он капитан.
— Ясно.— Телеэкран погас, и женщина повернулась к Карлсену.— Что вас ко мне привело?
— Можно присесть? Мне бы хотелось расспросить о человеке, с которым вы провели вторую половину дня. О мистере Прайсе.
— Не понимаю, о чем вы говорите.
— А я думаю, понимаете. Покажите вашу руку.
Она подняла на Карлсена изумленные глаза.
— Что?
— Руку покажите.
Она стояла, вжавшись спиной в узкое пространство между стеной и столиком. И тут неожиданно возник контакт. Они играли, и оба знали правила игры. Ее глаза неотрывно смотрели на него; вот она сделала шаг навстречу — медленно, очень медленно. Он подался вперед и взял ее за обе ладони. Женщина покачнулась, пришлось ее удержать. Энергия постепенно перетекала из нее в него. Слова были ни к чему, Карлсен чувствовал движение ее мыслей.
— Как его звать?
— Не знаю.— Женщина бессильно припала к его плечу.
— Говори! — Она покачала головой.— Сейчас ударю.— Карлсен сильнее стиснул ей руки. Она опять качнула головой.
В дверь постучали. Карлсен вздрогнул от неожиданности, она же, похоже, не замечала вообще ничего.
— Кто там? — отрывисто спросил он, опустил женщину в кресло и подошел к двери. На пороге стоял Фаллада.
— Тут все в порядке?
— Конечно. Заходи.
Войдя в комнату, Фаллада увидел женщину.
— Добрый вечер,— учтиво поздоровался он и удивленно посмотрел на Карлсена.— Что с ней?
Карлсен сел на подлокотник кресла. Лицо женщины пылало, по щекам струились слезы.
— Ничего особенного. Она совершенно безопасна.
— Она нас слышит?
— Возможно. Но ее это не волнует. Она как голодный ребенок.
— Голодный?
— Хочет, чтобы я ее поколотил.
— Ты серьезно? — У Фаллады это просто не укладывалось в голове.
— Абсолютно. Видишь, когда за нее берется вампирша, она начинает цедить энергию из своих жертв. Но сама всю ее потом отдает. А вот если я беру из нее энергию, она отзывается автоматически. Установка только на то, чтобы давать.
— Ты сейчас забираешь энергию?
— Понемногу. Если перестану, она очнется.
— Может, лучше прекратить все это?
— Только когда выясню, что мне надо,— имя заключенного.
Фаллада опустился перед женщиной на колени и приподнял ей одно веко. Взгляд был отрешенный: ее интересовал только Карлсен.
— Встань! — резко приказал Карлсен.— Назови имя!
Женщина болезненно сморщилась, упала на колени и потеряла сознание. Карлсен поднял ее на руки, отнес в спальню и осторожно положил на кровать. Ко лбу ее пристала прядка волос. В углу рта виднелся пузырек слюны. Выключив свет, Карлсен медленно вышел из комнаты.
Едва мужчины ступили во двор, как пошел дождь. В воздухе сладковато попахивало ракитником и вереском.
— Так ты и не выяснил, что хотел,— сказал Фаллада.
— Выяснил достаточно.
Со стороны стоящих в ряд длинных приземистых зданий им навстречу кто-то вышел.
— Все в норме? — послышался голос Армстронга.
— Отлично, благодарю,— отозвался Карлсен.
— Ваши спальни в конце, вон те три комнаты.— Доктор указал на фонари, горящие над дверями.
Вставив ключ, надзиратель открыл дверь главного входа. В вестибюле горел синий ночник.
Хезлтайн мерил шагами комнату.
— Ну, наконец-то,— облегченно произнес он,— я уже начал беспокоиться. Ну, как там эта медсестра, Дональдсон? Она не преступница?
— Здесь дело не в преступлении, а в раздвоении личности,— задумчиво ответил Карлсен.
Фаллада кивнул.
— Аксиома психологии. Любой человек, подверженный мощным позывам подсознания, таит в своей оболочке как бы двоих людей.
— Если вы полагаете, что Эллен Дональдсон страдает от раздвоения личности,— вмешался в разговор Армстронг,— я могу сказать, что никогда за ней такого не замечал.
Карлсен, зевнув, поднялся.
— Пойду-ка я спать, устал за сегодняшний день.
Хезлтайн последовал примеру Карлсена.
— Мы все устали. Пора укладываться.

Проснулся Карлсен от того, что кто-то возился ключом в замочной скважине. Оказалось, главный санитар Лэмсон вошел с подносом.
— Доброе утро,— весело поздоровался он.— Кстати, в самом деле прекрасное. Кофе?
— Вот за это спасибо. Который час?
— Восемь пятнадцать. Завтрак через полчаса.— Лэмсон поставил поднос Карлсену на колени.
— А что это? — Карлсен кивнул на журнал в яркой обложке, лежащий тут же на подносе.
— Вы уж, сэр, пожалуйста, не откажите. Мой племянник вами просто бредит. Вы не подпишете для него свою фотографию?
— Конечно, конечно.
— Я через пару минут вернусь, разнесу кофе остальным. А второй, что с вами,— доктор Фаллада?
— Верно.
— И третий — по-моему, я его тоже видел по телевизору.
— Сэр Перси Хезлтайн, главный комиссар полиции.
Лэмсон присвистнул.
— Не каждый день такие гости. К нам вообще редко кто наведывается... Кроме родственников, разумеется.
Он вышел, оставив дверь чуть приоткрытой; Карлсен видел, как он катит тележку от одной двери к другой.
Прихлебывая кофе, астронавт перечитывал статью. «Олоф Карлсен — человек столетия». Он поморщился, вспомнив рекламную трескотню трехмесячной давности; сил и нервов было вымотано больше, чем в самой заковыристой космической экспедиции.
— Как звать вашего племянника? — спросил Карлсен у Лэмсона, когда тот вернулся.
— Джорди Бишоп.
На фото Карлсен написал: «Для Джорди, с наилучшими пожеланиями»,— и возвратил журнал и ручку Лэмсону.
— Ну все, он просто упадет. Спасибо...— Санитар свернул журнал трубкой и сунул в карман белого халата.
В дверь постучали. Голос Фаллады окликнул:
— Олоф, завтракать идем?
— Ой,— спохватился Лэмсон,— мне уже пора. Еще увидимся.— Посторонившись перед Фалладой, санитар вышел.
— Все еще лежишь? Ладно, я зайду позже.
— Нет, нет, заходи. Сейчас быстро оденусь, и пойдем...
На солнечной лужайке возле «шершня», лежа на спине, сержант Паркер проверял турбины вертикального взлета.
— А вы не идете завтракать?
— Спасибо, сэр, я уже позавтракал с медперсоналом.
— Вы не видели там одну женщину, медсестру Дональдсон?
— А как же.— Сержант осклабился.— Она без остановки о вас расспрашивала.
— Вот как! И о чем именно?
— Ну, женаты вы или нет...— Сержант подмигнул.
Столовая располагалась на солнечной стороне. Хезлтайн уже сидел за столом, нервно поглядывая на дверь. Когда Карлсен и Фаллада вошли в зал, Армстронг довольно потер руки.
— Доброе утро! Погода великолепная. Как, хорошо спалось? — Гости дружно кивнули.— Пожалуйста, усаживайтесь. Меня не ждите, я уже поел. А теперь вынужден оставить вас, надо делать обход.— Он вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Вернулся Армстронг к концу завтрака, ведя за собой Лэмсона и еще одного санитара.
— Ну как, славно? Я всегда начинаю день с добротного завтрака. Убежден, именно в этом беда с половиной местного контингента.
— Из-за завтрака? — удивленно переспросил Хезлтайн.
— Скорее из-за отсутствия оного. Люди так и не выработали в себе привычку к завтраку. И вот вам результат: взвинченность, дурное настроение, гастрит и вообще хандра. Если и вправду хотите извести преступность в Англии, добейтесь, чтобы все плотно завтракали...
— Ну что, джентльмены, готовы приступать? — обратился к Карлсену Армстронг.
— Да, конечно,— ответил он, вставая.
Следом за надзирателем все прошли через вестибюль и поднялись на два пролета. Чувствовалось, что место не из веселых. Построена лечебница была где-то в начале столетия, когда психические болезни достигли пика. Пластиковые стены, создававшие некогда впечатление легкости и света, пообтерлись и замусолились. На каждой площадке виднелись зеленые металлические двери с облупленной краской.
— Это общие палаты,— указал Армстронг.— Одиночки у нас на верхнем этаже, там комнаты со звукоизоляцией, чтобы не тревожить больных. Откройте-ка дверь, Нортон.
Медбрат вставил в замочные скважины два разных ключа и одновременно повернул их; дверь отворилась без малейшего скрипа. Стены открывшегося коридора украшала мозаика, изображающая горный пейзаж.
Вдруг в дальнем конце коридора показалась Эллен Дональдсон. Она оторопело смотрела на процессию и, поравнявшись с шагающим навстречу Армстронгом, схватила его за рукав.
— Можно вас на секунду, доктор?
— Не сейчас, сестра. Мы заняты.— Отмахнувшись, Армстронг прошел мимо.
Сестра покорно удалилась, и тут неожиданно для себя Карлсен все понял: Армстронг приютил в себе вампира.
Нортон открыл дверь, пропуская всех в комнату.
Лэмсон наполнил одноразовый шприц. Улыбаясь, Карлсен медленно протянул руку к Лэмсону. Тот застыл в немом изумлении, но шприц уступил. Широким шагом Карлсен прошел мимо Нортона и вогнал иглу Армстронгу сквозь халат. Туша Армстронга грузно осела на пол.
Карлсен повернулся к Фалладе и Хезлтайну.
— Давайте перетащим его в другое место. Я хочу его допросить, прежде чем пройдет действие укола. Куда можно? — спросил он Лэмсона.
— Вниз, в хирургическую. Подождите минуту, я принесу каталку.— Он вышел и вскоре возвратился со складным креслом из кожзаменителя.— Я свезу его вниз на лифте и встречу вас на первом этаже у лестницы.
Едва санитары отъехали, Фаллада повернулся к Карлсену:
— Что случилось?
— Я понял, что вампир перешел в Армстронга.
— Вы в этом уверены? — пытливо посмотрел на него Хезлтайн.
— Абсолютно. Надо было раньше догадаться. Не знаю, почему не додумался. По логике, Армстронг непременно должен был стать следующей жертвой. Скользкий, тщеславный, сплошные пакостные извращения на уме.
— Вы уверены, что эта нечисть все еще в Армстронге? — спросил Фаллада.— Что ей мешает перекинуться в кого-то другого?
Карлсен тряхнул головой.
— Пока Армстронг без сознания, ей деваться некуда. Она вынуждена сосуществовать с его телом на равных...
Они спустились на лифте к ожидающему их Лэмсону.
— Вот сюда, господа.— Лэмсон провел всех в небольшой кабинет со стандартными картотечными стеллажами, справочниками и подшивками «Британского медицинского журнала». Карлсен попросил санитаров перенести Армстронга на кушетку, задернул шторы и пододвинул настольную лампу, чтобы она светила прямо в немигающие глаза Армстронга.
— Вы можете организовать еще одну дозу седативного?
— Думаю, да, сэр. Но одной обычно достаточно,— с сомнением произнес Лэмсон.
— Сколько длится действие?
— Как минимум часа два.
— Тогда, возможно, понадобится еще.
Когда санитары вышли, Хезлтайн аккуратно закрыл дверь и запер ее изнутри.
— Вторая доза может быть смертельна, вам не кажется? — опасливо спросил Фаллада.
— Знаю. Только эта нечисть крепче, чем нам кажется. Еще, чего доброго, упустим...
Наклонившись над тушей Армстронга, Карлсен прикрыл ему глаза. Из письменного стола достал электронный капсульный диктофон и поставил на столик у изголовья кушетки. Убедившись, что приборчик работает, нажал на кнопку, а сам присел на краешек кушетки.
— Армстронг, вы меня слышите?
Веки чуть дрогнули, но губы остались неподвижны. Карлсен повторил вопрос и добавил:
— Если слышите, скажите «да».
Губы приоткрылись, и Армстронг прошептал:
— Да.
— Вы знаете, где сейчас находитесь?
Лицо Армстронга исказила плаксивая гримаска, как у обиженного ребенка. Голос звучал сдавленно:
— Я не хочу здесь оставаться. Хочу уйти. Я боюсь. Пустите меня. Пустите...
— Где вы?
Молчание длилось больше минуты. Карлсен повторил вопрос несколько раз. Чувствовалось, что Армстронг выдавливает слова с большим трудом.
— Они не дают мне говорить.
— Кто «они»?
Ответа не последовало.
— Слушайте, Армстронг. Если хотите, чтобы мы помогли вам выбраться, скажите, где вы находитесь. Где вы?
На губах у Армстронга запузырилась слюна. Он тяжело задышал и выдавил из себя:
— Я... здесь...
— Армстронг,— продолжал расспрашивать Карлсен,— вы видите, кто держит вас в плену?
— Да! — Глаза доктора распахнулись.
— Передайте ему, что мы хотим говорить с ним.
Тело неожиданно дернулось, и в этот момент раздался стук в дверь.
— Кто?
— Лэмсон, сэр. Принес ноотропин с мефидином.
Фаллада отпер дверь.
— Ага, благодарю.
— Вы ведь знаете, как его использовать, сэр? Дождетесь, пока он придет в чувство, и только тогда вколете очередную дозу.
— Не беспокойтесь, мы знаем.
Армстронг лежал спокойно. Карлсен расстегнул ему манжету и закатал рукав на пухлой, волосатой руке. Как только он взял шприц, Армстронг сел и дернулся в сторону. Карлсен выронил шприц и снова схватил толстяка за руку. Хезлтайн помог уложить Армстронга обратно на кушетку.
— Ганс, бери шприц и действуй! — выкрикнул Карлсен.
И тут Армстронг заговорил настолько спокойно и веско, что все невольно застыли на месте.
— Нет нужды. Если вы меня отпустите, обещаю покинуть Землю.
Фаллада со шприцем в руке замялся в нерешительности.
— Он лжет! Если не сделаем укол, через десять минут он ускользнет! — продолжал кричать Карлсен.
Но его опять перебил спокойный голос:
— Карлсен, ты меня разочаровываешь. Я думал, ты всё понял.
— Давайте, давайте,— кивнул астронавт Фалладе. Тот быстро всадил иглу. Они сидели, наблюдая за лицом Армстронга. Через минуту с небольшим дыхание его стало глубоким, взор окаменел, а челюсть отвисла.
— Ты меня слышишь? — тихо спросил Карлсен.
Ответа не последовало.
— Может, дали слишком много,— предположил Хезлтайн.
Карлсен покачал головой, наклонился к Армстронгу и зашептал ему в самое ухо:
— Слушай. Если понадобится, мы будем держать тебя в таком состоянии целыми днями, неделями. Ты понял?
— Да.— Дыхание доктора постепенно перешло в прерывистое.
— Как бы концы не отдал,— забеспокоился Фаллада.
— Даже если и так,— жестко проговорил Карлсен,— нечисть погибнет вместе с ним. Одно другого стоит.
— Всех нас не уничтожить,— глухо рокотнул голос.
— Ничего, постараемся,— заверил Карлсен.— Пошлем на вашего циклопа боевые корабли.
Фаллада удивленно взглянул на него, но ничего не сказал. Веки Армстронга устало смежились. Лицо окаменело, кожа как-то обмякла.
— У нас есть еще один шприц,— сообщил Карлсен.— Будешь отвечать на наши вопросы, или вводим?


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz