каморка папыВлада
журнал Огонёк 1991-11 текст-4
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 28.04.2017, 03:31

скачать журнал

<- предыдущая страница следующая ->

ОГОНЁК

ЧУДНОЕ МГНОВЕНЬЕ

Леонардо да Винчи. МАДОННА ЛИТТА.
В. Л. Боровиковский. ПОРТРЕТ Е. А. НАРЫШКИНОЙ.
Кес ван Донген. ПОРТРЕТ ДАМЫ В ЧЕРНОЙ ШЛЯПЕ.
Огюст Ренуар. ОБНАЖЕННАЯ.
А. Самохвалов. У ЛЕБЕДКИ. СО СВЕРЛОМ. У КРАНА.
А. Дейнека. ТЕКСТИЛЬЩИЦЫ. НА СТРОЙКЕ НОВЫХ ЦЕХОВ.


Ф. И. ТЮТЧЕВ

Ты помнишь ли, при вашей встрече,
При первой встрече роковой,
Ее волшебны взоры, речи
И смех младенческо-живой?
И что ж теперь? И где ж все это?
И долговечен ли был сон?
Увы, как северное лето,
Был мимолетным гостем он!
Судьбы ужасным приговором
Твоя любовь для ней была,
И незаслуженным позором
На жизнь ее она легла!
Жизнь отреченья, жизнь страданья!
В ее душевной глубине
Ей оставались вспоминанья...
Но изменили и оне.
И на земле ей дико стало,
Очарование ушло...
Толпа, нахлынув, в грязь втоптала
То, что в душе ее цвело.
И что ж от долгого мученья,
Как пепл, сберечь ей удалось?
Боль злую, боль ожесточенья,
Боль без отрады и без слез!
О, как убийственно мы любим!
Как в буйной слепости страстей
Мы то всего вернее губим,
Что сердцу нашему милей!..

1851


Григорий КРУЖКОВ

ГОЛИЦЫНСКИЕ ПРОГУЛКИ

Хорошо после уличных плит
Побродить по корням-буеракам,
Если даже немножко знобит,
Как помыслишь о встрече с маньяком.
Да, представьте себе, маниак
По голицынским рощам гуляет,
Убивает людей просто так,
Убивает, потом расчленяет.
Страсть какая! А может быть, бред —
Весь рассказ про того про маньяка?
Как узнаешь, где правда, где нет?
Говорят же! — и верят, однако.
Что поделать, живешь, как в лесу,
Ловишь слухи, куста сторонишься,
На орешни златую красу,
Обмирая душою, дивишься.
Я ходил этой желтой тропой,
Видел в чаще оленьи орешки,
Говорил со старухой слепой,
Собиравшей в лесу сыроежки.
Полный был кузовок, не совру.
Говорила с улыбкою жалкой:
— Приспособилась. Так и беру,
Где рукою пошарю, где палкой.
«Приспособились, так и живем»,—
Повторял я с усмешкой покорной,
За вороною и воробьем
Маршируя дорогою торной.
Я смотрел на рябины аллей
И на бурые доски заборов,
Кротко слушая лай кобелей,
Шорох листьев и рокот моторов.

REPUBLIQUE DE OUVA POSTE AERIENNE

Он мне достался, как счастливый сон!
Подарок дружественной нам вдовы,
Был с дачи, из-под Клина, привезен
Альбомчик старый с марками Увы.
Я ничего не ведал об Уве,
Я марки взял в постель — и перед сном
Смотрел на профиль горный в синеве
И самолетик с точкой под крылом.
И вдруг увидел: точечка растет,
Растет — и превратилась в парашют!..
И вот уже на землю стал пилот,
И отстегнулся, и, достав лоскут
Из куртки, вытер с подбородка грязь.
Вокруг дымилась жухлая трава.
Он оглядел пейзаж, не торопясь,
И мне сказал: «Республика Ува
Лежит на берегах реки Увы,
Которая, увы, давно мертва,
И нет там ни халвы, ни пахлавы,
Ни славы, ни любви, ни божества.
Ни ярко разрисованных цветов,
Ни рамочки, ни зубчиков над ней,
Ни этих мощно дышащих китов,
Ни этих вольно скачущих коней.
Не слышно на деревьях райских птах,
И не гуляют розовые львы,—
Лишь зайцы ходят в шляпах и плащах
По улицам республики Увы.
Лишь, оседлав свинью или козла,
Гарцуют всадники без головы —
Свидетели неведомого зла —
По улицам республики Увы.
Лишь во дворце харит и аонид,
За хвост подвешенная к потолку,
Селедка крутобедрая висит
И каждый час кричит свое ку-ку».
Он сплюнул и сказал: «Я все сказал.
Отдай же брату младшему альбом!»
И вдаль побрел, и вскоре точкой стал,
Исчезнувшей на фоне голубом.
Сгустилась постепенно синева
И проступили звезды над тропой,—
Когда с холма спустились три волхва,
И каждый вел верблюда за собой.

ДЕРЕВО ПЕРЕБОРА

...А это значит, что, решив и выбрав,
Ты перед выбором предстанешь снова,
И потому на много тонких фибров
Ветвится ствол желания любого.
Нет, ты не пыль в стихийном произволе,
Ты сознаешь, что средь густого бора
Случайностей есть Древо Перебора,
В котором — торжество свободной воли.
Оно же, впрочем, Древо Униженья
Свободной Воли, ибо так и этак
Твое желанье терпит пораженье
На каждом перепутье гибких веток.
Так или этак — лучшей половины
Лишается, стезю свою сужая;
И каждый миг, как язычок змеиный,
Раздвоенностью безысходной жалит.
О, если бы не мыслию растечься —
Не только мыслью, волком или птицей,—
Всей полнотою жизни человечьей,
Всей дрожью жил совпасть и наложиться,
Чтоб испытать все то, что недоступно,
Недостижимо, чуждо, беззаконно,
Изведать все развилки, сучья, дупла
И все плоды вкусить от этой кроны!
...Есть сладкая в Эдеме сикомора,
Есть темный кедр над пропастью Эрева;
Но только это Древо Перебора
И есть Познанья истинное Древо.


Марина БОРОДИЦКАЯ

ПРАЗДНИКИ

Цепляемся за праздники... С начала
И до конца он греет, этот хмель.
Проснешься после выпускного бала —
А сын уж нянчит новенький портфель!
Раскрошена сирень по электричкам,
Салют ноябрьский сыплется впотьмах...
И входит няня с крашеным яичком,
И пахнет елкой на похоронах.

ИЗ КИТАЯ

Треск резинки — и взлетает
Резкий, хрупкий вертолет.
— Пап, откуда?! — Из Китая.
Пятьдесят девятый год.
Зонтик лаковый, бумажный
В трубку толстенькую сжат,
И шуршит на кукле важной
Неснимаемый халат.
Круглый веер с веткой дуба:
Шелк натянут — в пальцах зуд,
Но, сияя белозубо,
Кеды взнузданные ждут!
Воспитательница Сяо
В детской книжице жила:
С детских слов письмо писала,
Тонкой кисточкой вела.
С папой книжку полистаю,
Суну нос в цветочный чай...
Я когда-нибудь слетаю
В этот праздничный Китай!

* * *

Опять, опять дворами, вдоль помоек,
Обидою прерывисто дыша,
Вдоль желтеньких бахрушинских построек
Без спросу загуляется душа.
Отброшена взыскательной любовью,
Она утянет тело в те края,
Где в детстве научили сквернословью,
Где не смыкались школа и семья,
Где с крыш зимой съезжали, застревая
На желобе,— и знали наперед,
Что вывезет московская кривая,
Бахрушинская лихость пронесет...
И вывезла — до самых новостроек.
И пронесла — над самой пустотой!
Да фиг теперь найдешь среди помоек
Хотя б клочок уверенности той.


ПУТЬ К КОММУНИЗМУ
Анатолий ГОЛОВКОВ

Снимки, сделанные в деревне, вроде бы сами за себя говорят: Сибирь, февраль 1991 года... На фотографиях — русские крестьяне, которых некогда объединили в колхоз «Путь к коммунизму». Название было придумано давно, когда никаких других путей в будущее не намечалось и возникали по всей державе сквозь кровь, голод и нищету «Заветы Ильича», «Красные пахари» или, к примеру, «Политотделы».
Насильственное шагание к светлым далям превратилось для сельчан в уклад суровый и строгий, при минимуме прав и максимуме обязанностей, главная из которых — гнуть спину в поле или на ферме. Да так, чтоб, не дай Бог, не рассердить начальство. А куда податься? В задымленные, грязные города с их талонными очередями?
Сельчане — народ образованный: смотрят телевизор, читают, хоть и с большим опозданием, газеты. Дивятся разноцветью флагов, размышляя: за какими же горами и долами затерялся этот давно обещанный коммунизм?
Между прочим, нашелся бы тут, скажем, Иван Кузьмич Полозков, никто и не говорит, что, дескать, изобилие — вот оно, за поворотом. Перспектива оттого и названа «коммунистической», чтоб цель всегда маячила перед глазами. А нынче все мы, мол, устремлены к «социализму с человеческим лицом». И если время от времени бьют по этому лицу дубинками, стреляют, давят его танками, так это временные трудности.
Из далеких теплых стран привез бы я гостей в эту сибирскую деревню. Пусть бы посмотрели на колхозников из «Пути к коммунизму» да поучились у русских терпению. А еще — позаимствовали бы умения у руководителей наших, верных своим идеалам и партийности, держаться на плаву, мимикрировать, месяцами сидеть в засаде, наносить упреждающие удары, конспирироваться вплоть до «комитетов спасения».
Мы, безусловно, достойны, как и любой другой народ, своего парламента, кабинета министров, президента. И сейчас можем лишь корить себя за то, что где-то просчитались. Но за окнами реальность: правящая верхушка предпринимает продуманные и мощные удары для сохранения власти. Прижатая к стенке самим временем, она понимает, что крах империи означал бы и конец тотального всевластия центра.
Немудрено, что на фоне политических страстей никому будто бы и нет дела до маленького колхозика в Восточной Сибири. До его людей, которые знают цену житейской истине и добру.
Поклониться бы им и всем крестьянам нашей России в пояс. Попросить бы у них прощения за тех, от кого до сих пор терпят унижение, кто больше семидесяти лет лжет им прямо в глаза. Докричаться бы до изб, занесенных снегами февраля, что никакого коммунизма не бывает. Что накормить себя и свое Отечество могут лишь люди, избавившиеся от иллюзий. Свободные хозяева на своей земле.

Фото Игоря ЛАГУНОВА


СИБИНВЕСТБАНК
«СИБИНВЕСТБАНК» НЕ ПРОВИНЦИАЛ В БАНКОВСКОМ ДЕЛЕ: ЕГО УСЛУГАМИ ПОЛЬЗУЮТСЯ ОРГАНИЗАЦИИ И ЧАСТНЫЕ ЛИЦА В ЛЮБОМ УГОЛКЕ НАШЕЙ СТРАНЫ.
НАС ЗНАЮТ, НО МЫ ХОТИМ, ЧТОБЫ О НАС ЗНАЛИ И ВЫ.
«Сибинвестбанк» — это:
— комплексное обслуживание предприятий и организаций
— незаменимый посредник в лизинге и факторинге
— вклады населения и работа с ценными бумагами
— гарантированное получение 10% годовых по депозитным вкладам
— поддержка и инвестиции перспективных форм бизнеса.
НЕ ДУМАЙТЕ, ЧТО «СИБИНВЕСТБАНК» — ЭТО ДАЛЕКОЕ И НЕДОСТИЖИМОЕ!
Звоните нам: 44-37-38, 44-64-80.
Адрес: 630124, Новосибирск-24, ул. Мира, 55.
Телетайп: 15-74 «Банк».
ЭСКАРТ
285-77-09
285-47-98


<- предыдущая страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz