каморка папыВлада
журнал Новая Игрушечка 1999-40 текст-1
Меню сайта

Поиск

Статистика

Друзья

· RSS 29.06.2017, 15:36

скачать журнал

страница следующая ->

НОВАЯ ИГРУШЕЧКА

Русский журнал для детей


Иван Сергеевич Тургенев
ДВА БОГАЧА

Когда при мне превозносят богача Ротшильда, который из громадных своих доходов уделяет целые тысячи на воспитание детей, на лечение больных, на призрение старых, — я хвалю и умиляюсь.
Но, хваля и умиляясь, не могу я не вспомнить об одном убогом крестьянском семействе, принявшем сироту-племянницу в свой разорённый домишко.
— Возьмём мы Катьку, — говорила баба, — последние наши гроши па неё пойдут, не на что будет соли добыть, похлёбку посолить...
— А мы её... и не солёную, - ответил мужик, её муж.
Далеко Ротшильду до этого мужика!


НОВАЯ ИГРУШЕЧКА
№ 40 1999 год

Русский журнал для детей
Основан в 1880 году

Главный редактор МИТЯЕВ АНАТОЛИЙ ВАСИЛЬЕВИЧ
Главный художник ПАНОВ ВЛАДИМИР ПЕТРОВИЧ
Члены редакционной коллегии:
ГОНЧАРОВА ТАТЬЯНА ВСЕВОЛОДОВНА
ЕРЁМИН ВИКТОР НИКОЛАЕВИЧ (генеральный директор)
КОНДАКОВА НИНЕЛЬ ИВАНОВНА (заместитель главного редактора)
ЛАЗУТОВА МАРИЯ НИКОЛАЕВНА
ЛОСИН ВЕНИАМИН НИКОЛАЕВИЧ
НАЙДЁНОВА ИННА ГЕОРГИЕВНА (художественно-технический редактор)
СТАРОСТИН АЛЕКСАНДР СТЕПАНОВИЧ
УСТИМЕНКО АНДРЕЙ ИВАНОВИЧ
Компьютерная вёрстка: ДОЛЖКОВ СЕРГЕЙ РУСЛАНОВИЧ


СОДЕРЖАНИЕ

И. С. Тургенев
Два богача

Имена россиян на картах Земли, Луны и Звёздного неба 2

А. С. Пушкин
Кавказ 3
Обвал 4

Тамара Крюкова
Дежурство 6
Пчёлка золотая 14

В. П. Катаев
Цветик-семицветик 18

Александр Старостин
Приключения Васи Иванова с фактории Светлый путь 28

Лев Кузьмин
На Поклонной горе 27

Анатолий Митяев
«Это самое» 43

Валентина Телегина
Потешки 41

Приходите, гости! 44

Угадай сказку 45

Наталья Гончарова
Тверские пряники 46


Сдано в набор 14.04.1999. Подписано в печать 10.05.1999. Формат 84x108/16. Бумага офсетная № 1. Печать офсетная. Усл.-печ. л. 3. Усл.-изд. л. 3,5. Тираж 1300 экз. Заказ 244. Отпечатано в типографии ОАО «Внешторгиздат». Адрес: 127576, Москва, ул. Илимская, 7.
© «Новая Игрушечка», 1999, № 40, 1—48


Журнал «Новая Игрушечка» издают московские писатели и художники. «Новая Игрушечка» рекомендована Министерством образования Российской Федерации для внеклассного чтения в начальной школе и включена в ведомственную подписку.
Нумерация журнала ведётся последовательно, а не календарно. Каждый подписчик получит столько номеров, на сколько подписался.


ИМЕНА РОССИЯН НА КАРТАХ ЗЕМЛИ, ЛУНЫ И ЗВЁЗДНОГО НЕБА

Сергиев Посад

Посадом в древние времена называли на Руси часть города вне городских или монастырских стен. Сергиев Посад возник вокруг Троице-Сергиевой лавры. А за её стенами стоят древние храмы: Троицкий собор, Духовская церковь, Успенский собор, шатровая церковь Зосимы и Савватия...
От Москвы до Сергиева Посада семьдесят один километр. Люди, приехав в столицу, непременно едут, а часто идут пешком, в город Сергия. Троице-Сергиева лавра — самая чтимая святыня православного народа России. Её основатель Сергий Радонежский — самый почитаемый на Руси святой. В Троицком соборе в серебряном гробу находятся ныне его мощи.
Сергий — монашеское имя святого. При рождении в 1321 году он был назван Варфоломеем. Мальчик жил с родителями в городке Радонеже, отсюда и прозвание Радонежский.
В глухих лесах, окружавших Радонеж, он своими руками построил деревянную церковку во имя Троицы, давшую начало знаменитому монастырю. В монастырях, которые основывали Сергий Радонежский и его последователи, не было места ленивым, была скудость в пище и скромность в одежде, а всё имущество считалось общим.
Сергий Радонежский чудесным образом исцелял больных, предвидел будущее. А главным его делом было, с Божьей помощью, заступничество за Россию. Он благословил Дмитрия Донского на победную битву с правителем Золотой Орды Мамаем.
Он же, спустя два века как окончилась его земная жизнь, наставил нижегородца Козьму Минина собрать ополчение и выгнать из Кремля и Москвы засевших там поляков. Трижды святой Сергий являлся Козьме Минину во снах, называл его освободителем Москвы. Козьма сомневался, что ему, купцу, а не какому-либо князю поручается спасение России. Чтобы рассеять сомнения, святой Сергий поведал избраннику, что болеть ему тяжёлой болезнью, излечится же, когда решится на подвиг. Так и произошло. Россия была спасена от напавших врагов. Было это в 1612 году.
Народное ополчение освободителей шло в Москву от Троице-Сергиевой лавры. Надо сказать, что войско поляков и литовцев полтора года осаждало монастырь. Монахи, крестьяне, небольшой отряд солдат-пушкарей, укрывшись за крепкими, высокими стенами, отстояли Сергиеву обитель.
К великому греху, в 1930 году Сергиев Посад переименовали в Загорск. Истинное название возвращено ныне.
— Святой Сергий отпустит наши грехи, — говорят люди на богомолье в лавре. — Он поможет народу избавить Россию от бед, ныне навалившихся на неё!

Анатолий МИТЯЕВ


Александр Сергеевич Пушкин

КАВКАЗ
Кавказ подо мною. Один в вышине
Стою над снегами у края стремнины;
Орёл, с отдалённой поднявшись вершины,
Парит неподвижно со мной наравне.
Отселе я вижу потоков рожденье
И первое грозных обвалов движенье.
Здесь тучи смиренно идут подо мной;
Сквозь них, низвергаясь, шумят водопады;
Под ними утёсов нагие громады;
Там ниже мох тощий, кустарник сухой;
А там уже рощи, зелёные сени,
Где птицы щебечут, где скачут олени.
А там уж и люди гнездятся в горах,
И ползают овцы по злачным стремнинам,
И пастырь нисходит к весёлым долинам,
Где мчится Арагва в тенистых брегах,
И нищий наездник таится в ущелье,
Где Терек играет в свирепом веселье;
Играет и воет, как зверь молодой,
Завидевший пищу из клетки железной;
И бьётся о берег в вражде бесполезной
И лижет утёсы голодной волной...
Вотще! нет ни пищи ему, ни отрады:
Теснят его грозно немые громады.
1829 год

ОБВАЛ
Дробясь о мрачные скалы,
Шумят и пенятся валы,
И надо мной кричат орлы,
И ропщет бор,
И блещут средь волнистой мглы
Вершины гор.
Оттоль сорвался раз обвал,
И с тяжким грохотом упал,
И всю теснину между скал
Загородил,
И Терека могущий вал
Остановил.
Вдруг, истощась и присмирев,
О Терек, ты прервал свой рев;
Но задних волн упорный гнев
Прошиб снега...
Ты затопил, освирепев,
Свои брега.
И долго прорванный обвал
Неталой грудою лежал,
И Терек злой под ним бежал.
И пылью вод
И шумной пеной орошал
Ледяный свод.
И путь по нём широкий шёл:
И конь скакал, и влёкся вол,
И своего верблюда вёл
Степной купец,
Где ныне мчится лишь Эол,
Небес жилец.
1829 год

Рисунки Евгения Мешкова


Тамара Крюкова

ДЕЖУРСТВО

С нового учебного года у Лёхи и Женьки ввели кабинетную систему. Каждый предмет изучали в специальном кабинете, а на переменах приходилось переходить с места на место. Может, кто и считал, что это не очень удобно, но Женька сразу понял, какие большие перспективы открывает кочевая жизнь. Мало того, что, если опоздал на урок, всегда находилось объяснение: мол, не сразу нашёл класс. Вдобавок в каждом кабинете было много преинтереснейших штуковин.
В среду Женька и Лёха дежурили по классу. Нельзя сказать, что Женька любил дежурить, но на этот раз ему не терпелось приступить к своим обязанностям, потому что первым уроком по расписанию стояло природоведение, а Женька уже давно нацелился обследовать кабинет биологии. Это был самый интересный кабинет в школе, если не считать кабинета химии. Чего тут только не было: и аквариум с рыбками, и клетка с хомяками, и даже человеческий скелет из пластмассы.
К тому же сегодняшнее дежурство таило в себе и другие скрытые достоинства. Женьке уже недели две нравилась Синицына, но кроме как дёрнуть её за косу или выбить из рук портфель, повода к общению не представлялось.
И вот Женьке улыбнулась удача. Он знал, что Синицына хочет покормить хомячков, поэтому накануне в разговоре как бы невзначай обмолвился, что дежурит в кабинете биологии.
— Приходи, так и быть, тебя впущу. Только учти, больше никого не притаскивай, — щедро предложил он.
Женька притащился в школу ни свет ни заря и тотчас побежал в учительскую за ключом от кабинета.
В день дежурства Женька нервничал. Интересно, придёт или нет? От этих девчонок всего ожидать можно.
Дверь открылась, но, к Женькиному разочарованию, в кабинет вошёл Лёха.
— Чего это ты меня не подождал? Я за тобой зашёл, а тётя Аня говорит: «Он уже в школе».
Женьке не очень хотелось обсуждать этот вопрос, поэтому он ловко перевёл разговор на другую тему.
— Смотри, чего это тут треугольник валяется? Он же из кабинета математики. Здоровый какой. Голова пролезет.
— Не, не пролезет, — отмахнулся Лёха.
В этот момент дверь распахнулась и вошла Синицына.
— Привет, мальчики. Чем занимаетесь? — спросила она.
— Да вот, у нас тут спор вышел. Слабо голову в треугольник просунуть или нет, — объяснил Женька.
Синицына оценивающе посмотрела на треугольник и заявила:
— Слабо. Уши не пролезут.
— Вот и я говорю, что он маленький, — подтвердил Лёха, воодушевлённый поддержкой Синицыной.
Теперь Женька просто обязан был доказать свою правоту, чтобы Синицына видела, на чьей стороне истина.
— На спор — пролезут! Ставлю десять порций мороженого!
— А деньги откуда возьмёшь? — усмехнулась Синицына.
— Моё дело. Ну, давай! — Женька сунул треугольник Лёхе.
— Если тебе мороженое девать некуда, — пожал плечами Лёха и, взяв треугольник, без особого энтузиазма попытался надеть его на голову.
Как и следовало ожидать, треугольник был слишком узок и не надевался, но неудача Женьку не испугала. В нём проснулся азарт спорщика, и не мудрено. Ладно бы ещё они были один на один с Лёхой, но потерпеть поражение при Синицыной!
— Ты нарочно не стараешься. По-честному надевай! — распалился Женька и стал помогать Лёхе надевать треугольник.
Бедный Лёха выпучил глаза и, тщетно пытаясь отбиться от ретивого помощника, вскричал:
— Ты что, с ума сошёл? Ты мне все уши оборвёшь!
И тут настал момент Женькиного триумфа. Лёхина голова проскользнула в дырку треугольника безо всякого урона ушам. Женька ликовал.
— Что я говорил! — воскликнул он, с видом победителя поглядывая на Синицыну.
— Только учти, я тебе мороженое не обещал, — напомнил Лёха.
Но он напрасно беспокоился. Женька был не из тех, кто добивает поверженного. Ему было достаточно моральной победы в споре, к тому же Синицына должна видеть, какой он благородный, поэтому Женька великодушно сказал:
— Ладно, я и не требую.
Успокоившись, что мороженое ему покупать не придётся, Лёха принялся снимать треугольник, но не тут-то было. Лёха вертел противную деревяшку и так и сяк — всё напрасно.
— Ну, чего ты там с ним возишься? — спросил Женька.
— Попробовал бы ты его снять. У меня уши не пролезают, — пожаловался Лёха.
— Опять твои знаменитые уши! — рассмеялся Женька. — Если они туда пролезли, значит, и оттуда вылезут. Закон физики.
Скоро Лёха на собственном опыте убедился, что у каждого закона есть исключение. Конечно, по всем правилам, голова должна была пролезть в дырку, но, не повинуясь никаким правилам и законам логики, уши не пролезали. Близилось начало уроков. В коридоре послышался топот и голоса тех, кто не любит опаздывать и загодя является в школу.
— Сейчас ребята придут, — забеспокоилась Синицына.
— Давайте, я пока класс закрою, — предложил Женька.
Он запер дверь на ключ и тоже включился в операцию по освобождению друга. Вся троица упрямо пыхтела над нелёгкой задачей.
— Больно же! — стонал потный взъерошенный Лёха, отбиваясь от помощников.
— Терпи, сейчас снимется. Туда он тоже туго шёл. Чего ты нос выставил! Убери! — деловито командовал Женька.
— А куда же я его уберу? — обиженно засопел Лёха.
Женька с остервенением рванул треугольник.
— Ты что, сдурел? Ты так с меня скальп стащишь, — не своим голосом завопил Лёха.
— Мальчики, тихо, — пыталась успокоить их Синицына.
В дверь требовательно постучались, и донёсся голос учительницы естествознания.
— Что вы там делаете? Откройте сейчас же дверь.
Дело оборачивалось нешуточно. Как всегда в критический момент, Женька мгновенно оценил ситуацию и принял решение.
— Залазь в шкаф.
Лёха приоткрыл дверцу встроенного стенного шкафа и заглянул внутрь. На верхних полках лежали цветные таблицы и муляжи, а внизу стояло ведро с тряпками и валялся веник. Было тесновато, но выбирать не приходилось. Не показываться же на глаза Таисии Ивановне в таком виде. Лёха вздохнул и полез в шкаф.
— Не волнуйся. Как только училка уйдёт, мы тебя сразу выпустим,— успокоил его Женька.
— А если не уйдёт? — с опаской спросил Лёха и попятился назад.
— Не трусь. Чего ей в классе торчать?
В это время Синицына, которая ни жива, ни мертва от страха топталась возле двери, взмолилась громким шёпотом:
— Мальчики, ну давайте же, делайте что-нибудь.
Женька с укором посмотрел на Лёху.
— Мужайся, Лёха. Ты же не хочешь, чтобы из-за тебя её к директору потащили.
Лёхе не хотелось, чтобы Синицыну потащили в кабинет директора. Но ещё больше ему не хотелось оказаться там самому. И он принял решение. Залезая в шкаф, Лёха из последних сил надеялся, что биологичка заглянет в класс и, убедившись, что всё в порядке, уйдёт.
Женька отпер дверь. Таисия Ивановна зашла в класс с таким решительным видом, что стало ясно, что в ближайшее время уходить она не собирается.
— Зачем вы заперли дверь? — строго спросила она.
Женька знал, что Синицына совсем не умеет врать. Если она проговорится — конец. Собрав всё своё красноречие, Женька преданно посмотрел в глаза учительнице и отрапортовал:
— Мы тут хомяков кормили. Только Синицына совсем ни при чём. Она даже и не хотела вовсе. Она говорит, не надо, Таисия Иванна не разрешает. А я заладил: «Давай покормим, давай покормим». Так что Синицына не виновата. Наказывайте меня.
Он так трагически склонил голову в ожидании кары, что учительница просто не могла не оценить его благородства. Она улыбнулась и снисходительно кивнула.
— Ладно, джентльмен, на первый раз прощаю. Но больше этого не делай. Их нельзя перекармливать, иначе можно только навредить.
Лёха сидел в шкафу в ожидании, когда его выпустят из заточения, с тоской вслушиваясь в гомон голосов. Класс заполнялся ребятами. Близилось начало урока, но Лёха не терял надежды, что Женька придумает, как его освободить. И тут раздался звонок.
Ждать дольше было нельзя. Лёха толкнул дверь и с ужасом понял, что заперт. Только теперь узник в полной мере осознал трагизм своего положения. Ему не оставалось ничего другого, как сидеть весь урок в шкафу.
Лёхе повезло, что в двери была замочная скважина. Обзор, который предлагало ему это единственное оконце, связывающее его с внешним миром, был весьма жалким, но, к своей радости, Лёха обнаружил, что за партой, стоящей как раз рядом со шкафом, сидит Женька с Синицыной. Конечно, это мало помогало ему в теперешнем положении, но всё-таки как-то обнадёживало.
Таисия Ивановна сделала перекличку.
— А почему нет Потапова? — спросила она.
У Лёхи сжалось сердце. Казалось, никогда ещё ему так мучительно не хотелось присутствовать на уроке. Он услышал голос Женьки.
— Он к врачу пошёл. У него уши болят.
Уши у Лёхи и правда болели, но не настолько, чтобы он не услышал, как учительница с сомнением проговорила:
— А мне казалось, что я его сегодня видела. Может, он приболел оттого, что я наметила его спросить?
Когда Лёха услышал о планах Таисии Ивановны, его желание посетить урок сильно поколебалось. Во всяком случае, неизвестно, что лучше: иметь в журнале «нб» или «двояк». Теперь Лёхе было немного легче смириться со своим незавидным положением. Он притулился к стенке и стал ждать.
Казалось, урок идёт целую вечность. Лёха сидел, согнувшись в три погибели.
Ноги у него затекли, шею ломило.
Он попробовал пошевелиться и расправить плечи, но тут задел головой полку. Один штырёк, поддерживающий её, расшатался и держался на честном слове.
Лёха осторожно отодвинулся назад, но тут небольшой кусок штукатурки прямо возле штыря отвалился от стенки, полка хряпнула и опустилась прямо Лёхе на плечи.
К счастью, звук был не очень громкий, но главное, что, услыхав шум в шкафу, Женька не растерялся.
Он тотчас сбросил на пол портфель, просыпав все книжки, так что, повернувшись к классу от доски, Таисия Ивановна встретилась с его невинным взглядом.
— Простите, я нечаянно, — искренне сказал он.
Молча покачав головой, биологичка продолжала рисовать на доске схему круговорота воды в природе. Стоило ей отвернуться, как Женька бросил в сторону шкафа испепеляющий взгляд. И о чём там только Лёха думает!
А Лёха думал о том, чтобы устоять.
Он уже не сидел, как барон, развалившись на венике, а, скрючившись, стоял и, подобно античному атланту, поддерживал на себе злосчастную полку. Силы героя быстро иссякали, и он понимал, что до конца урока ему никак не дотянуть. И тут в шкафу раздался грохот.
На этот раз нужно было уронить, по меньшей мере, с десяток портфелей, да ещё хорошенько по ним наподдать, чтобы звук выглядел правдоподобно. И Женька сдался.
Взгляд Таисии Ивановны ничего хорошего не сулил.
— Что там в шкафу? Лена Синицына, ну-ка открой,— сказала она.
Синицына поднялась и на трясущихся ногах шагнула к шкафу. Она открыла створку, и зрелище, представившееся её взору, до конца дней запечатлелось у неё в памяти. Перед ней было лицо, вернее, даже не лицо, а то, что от него осталось. Скальпа не было, а вместо кожи зияли кровавыми ранами мышцы.
— Скальп снял... — прошептала она и стала медленно сползать на пол.
Только после того, как Синицыну откачали, открыли другую половинку шкафа, где под таблицами был погребён Лёха. Потом Женька доказывал, что Лёха самый настоящий везунчик, ведь мало того, что он не ушибся, ещё и треугольник разломился на две части. Может быть, насчёт везения Женька был прав, потому что когда Лёха увидел муляж человеческой головы с открытыми мышцами, он понял, что ему в самом деле посчастливилось, что он не оказался рядом с ним в соседнем шкафу.
Правда, в кабинете директора фортуна Лёхе изменила, но Женька успокоил друга:
— Не бери в голову, Лёха. Всё плохое когда-нибудь кончается. Жалко, конечно, что биологичка сказала, что на пушечный выстрел нас к кабинету не подпустит, но ничего. Я на следующую неделю на уборку кабинета химии записался.

Рисунки Германа Мазурина


ПЧЁЛКА ЗОЛОТАЯ

У каждого народа свои любимые животные: у российских северян (чукчей, нганасан, ненцев, русских сибиряков) — олень, «дающий жизнь всем»; у жителей пустыни — верблюд; у индусов — корова... У нас много любимых животных, одно из любимейших и почитаемых существ — пчела, «золотая пчёлка», Божья труженица. Один учёный монах сравнил небесную любовь Богородицы ко всем нам с нежным прикосновением пчелы к цветку: она, собирая нектар, хранит целость цветка, не нарушает ни его благоухания, ни красоты, ни последующего плодоношения.
***
В геральдике, или гербоведении, пчела — эмблема трудолюбия и терпения. Разумеется, пчела хотя и терпелива, но не до бесконечности: может укусить.
Вот герб города Тамбова. В гербовнике о нём сказано так: «на лазоревом поле улей и над ним три пчелы золотые, земля зелёная».
Пчёлы были и на гербах графа Безбородка, дворян Козодавлевых, Юрьевых, Яковлевых, Зерновых.
***
Пчеловодство и бортничество (борть — колода для пчёл) у нас известно с незапамятных времён. Считалось, что пчеловоды, или бортники, — люди близкие к Богу и чуть ли не волшебники, умеющие говорить с пчёлами. В самом деле, пчеловоды всегда отличались терпением, смелостью, добродушием, завидным здоровьем и мудростью. Русская пословица гласит: «Безгрешного пчела не укусит».
Почему пчеловодов считали волшебниками? Наверное оттого, что они умели предсказать погоду. Точнее, пчёлы подсказывали им погоду.
Если пчёлы с утра весело играют, стремительно летают — день будет солнечным.
Если они не летят собирать нектар и пыльцу, а глухо гудят в улье — в ближайшие часы грянет дождь.
Если небо в тучах и время от времени гром погрохатывает, а пчёлы трудятся — значит дождя не будет.
Если ясное небо, а пчёлы летают в одном направлении к улью — жди грозы. Горе зазевавшейся пчеле — она уже никогда не вернётся в родной улей.
Если Божьи труженицы заделали осенью леток воском и оставили маленькие отверстия для проветривания — ожидается зима с сильными морозами.
Перед тёплой зимой пчёлы могут вообще не заделывать леток.
Если пчёлы вылетают из ульев рано — весна будет тёплой и ранней.
Один знаток пчёл сказал: «Жизнь пчёл похожа на волшебный колодец: чем больше из него черпаешь, тем обильнее он наполняется».
Люди, которые всю жизнь занимаются пчёлами, никогда не перестают им удивляться.
У нас, на Руси, пчела вошла не только в гербы городов и фамилий, но в пословицы, песни, стихи, загадки, сказки.

ПОСЛОВИЦЫ
С пчёлкой водиться — в медку находиться, а с жуком связаться — в навозе оказаться.
Работяща, как пчела.
Пчела и на себя, и на людей, и на Бога (восковые свечи в церкви) трудится.
Пчела — Божья угодница.
На всякий цветок пчёлка садится, да не со всякого цветка поноску берёт.
Не на себя пчела работает.
Ни пчелы без жала, ни розы без шипов.

ЗАГАДКИ
Сидит девица в темнице, вяжет узор, ни петлей, ни узлов.
Сидят девушки в горенках, нижут бисерок на ниточки.
Во тёмной темнице красны девицы, без нитки, без спицы вяжут вязеницы.
Ни девка, ни вдова, ни замужняя жена: детей водит, людей питает, дары Богу носит.
В тесной избушке ткут холсты старушки.
Летит птичка гоголёк через Божий теремок, сама себе говорит: моя сила горит!
(Пчела, свеча).
***
Про «пчёлку золотую» написано множество стихотворений и песен. Вот слова песни, написанные почти два с половиной века тому назад замечательным поэтом Гаврилой Романовичем Державиным.
Эту песню особенно любили студенты и казаки — донские и кубанские. И теперь иногда можно услышать по радио эту «восхищающую» (так говорили в XIX веке) песню в исполнении детского хора.

Александр СТАРОСТИН

Рисунки Юлии Якушиной

Гаврила Романович Державин
ПЧЁЛКА

Пчёлка златая!
Что ты жужжишь?
Всё вкруг летая,
Прочь не летишь?
Или ты любишь
Лизу мою?
Соты ль душисты
В жёлтых власах,
Розы ль огнисты
В алых устах,
Сахар ли белый
Грудь у неё?
Пчёлка златая!
Что ты жужжишь?
Слышу, вздыхая,
Мне говоришь:
«К мёду прилипнув,
С ним и умру».

Николай Алексеевич Некрасов
ПЧЁЛЫ

Натко медку! с караваем покушай,
Притчу про пчёлок послушай!
Нынче не в меру вода разлилась,
Думали, просто идёт наводнение,
Только и сухо, что наше селение
По огороды, где ульи у нас.
Пчёлка осталась водой окружённая,
Видит и лес и луга вдалеке,
Ну и летит, — ничего налегке,
А как назад полетит нагружённая,
Сил не хватает у милой. Беда!
Пчёлами вся запестрела вода,
Тонут работницы, тонут, сердечные!
Горю помочь мы не чаяли, грешные,
Не догадаться самим бы вовек!
Да нанесло человека хорошего,
Под Благовещенье помнишь прохожего?
Он надоумил, Христов человек!
Слушай, сынок, как мы пчёлок избавили.
Я при прохожем тужил-тосковал;
«Вы бы им до суши вехи поставили», —
Это он слово сказал!
Веришь: чуть первую веху зелёную
На воду вывезли, стали втыкать,
Поняли пчёлки сноровку мудрёную:
Так и валят и валят отдыхать!
Как богомолки у церкви на лавочке,
Сели — сидят.
На бугре-то ни травочки,
Ну, а в лесу и в полях благодать:
Пчёлкам не страшно туда залетать,
Всё от единого слова хорошего!
Кушай на здравие, будем с медком.
Благослови Бог прохожего!
Кончил мужик, осенился крестом;
Мёд с караваем парнишка докушал,
Тятину притчу тем часом послушал,
И за прохожего низкий поклон
Господу Богу отвесил и он.

Иван Андреевич Крылов
ПЧЕЛА И МУХИ

Две Мухи собрались лететь в чужие краи
И стали подзывать с собой туда Пчелу:
Им насказали попугаи
О дальних сторонах большую похвалу.
Притом же им самим казалося обидно,
Что их, на родине своей,
Везде гоняют из гостей;
И даже до чего (как людям-то не стыдно,
И что они за чудаки!):
Чтоб поживиться им не дать сластями
За пышными столами,
Придумали от них стеклянны колпаки;
А в хижинах на них злодеи — пауки.
«Путь добрый вам, — Пчела на это отвечала, —
А мне
И на моей приятно стороне.
От всех за соты я любовь себе сыскала —
От поселян и до вельмож.
Но вы летите,
Куда хотите!
Везде вам будет счастье то ж:
Не будете, друзья, нигде, не быв полезны,
Вы ни почтенны, ни любезны,
А рады пауки лишь будут вам
И там».
---
Кто с пользою отечеству трудится,
Тот с ним легко не разлучится;
А кто полезным быть способности лишён,
Чужая сторона тому всегда приятна:
Не бывши гражданин, там мене презрен он,
И никому его там праздность не досадна.

Александр Алексеевич Кондратьев

Заливаясь, поют соловьи.
Отовсюду их щёлканье слышно,
И сирень, отцветая так пышно,
Стелет крестики наземь свои.
На дорожках — лиловый ковёр,
Вся окрестность цветами одета.
Надо мною немолкнувший хор
Звонких пчёл, в честь грядущего лета.


страница следующая ->


Copyright MyCorp © 2017
Конструктор сайтов - uCoz